Александр Лопухин – Толковая Библия. Ветхий Завет. Книги учительные. (страница 18)

4. Ибо Ты закрыл сердце их от разумения, и потому не дашь восторжествовать им.

4–9. Мотивы высказанной в 3 ст. просьбы о заступничестве.

5. Кто обрекает друзей своих в добычу, у детей того глаза истают.

4–5. Засвидетельствовать, поручиться за невинность Иова может только Бог и никто, кроме Него. Друзья на это неспособны. При своей теории земных мздовоздаяний они не в состоянии возвыситься до мысли о возможности страдания невинного человека. Это выше их разумения. Но Бог, лишивший их мудрости (Мф XI:25) не позволит восторжествовать их ложному взгляду о греховности Иова, как не допускает торжества того, кто обрекает ближнего на несчастие (XI:20; Пс VII:16; LVI:7; Притч XXVI:27; Еккл X:8); — «у детей того глаза истают», — предатель будет наказан несчастиями своих потомков (ср. Ис XX:5). «Истают» — см. XI:20.

6. Он поставил меня притчею для народа и посмешищем для него.

6. Неспособны поручиться за невинность Иова и остальные люди. В их глазах Иов — грешник и, как таковой, — «притча», т. е. предмет поругания, насмешек (XVI:10–11; 2 Пар VII:20; Иез XIV:8; Пс LXIII:12), и «посмешище», по евр. «ветофет лефаним», «человек», которому плюют («тофет» от «туф» — плевать) в лицо, т. е. поносят, — наивысшее оскорбление (Чис XII:14; Втор XXV:9; Ис L:6).

7. Помутилось от горести око мое, и все члены мои, как тень.

7. В результате подобных отношений к Иову друзей и всех людей его глаза утратили блеск, помутились от печали (Пс VI:8; XXX:10), которая ослабляет даже телесные силы: «члены мои, как тень» (ср. Пс XXX:11).

8. Изумятся о сем праведные, и невинный вознегодует на лицемера. 9. Но праведник будет крепко держаться пути своего, и чистый руками будет больше и больше утверждаться.

8–9. Страдания праведника, вызывая в благочестивых чувства изумления и негодования против нечестивых, пользующихся счастьем (ст. 8; ср. Пс XXXVI:1; LXXII:3), в нем самом укрепляют веру в Бога (ст. 9). Всеми отверженный (ст. 4–6; ср. XII:5), сознающий, что защитником его может быть только Бог (ст. 3), он еще более прилепляется к Нему (ср. Пс LV:2–7; Пс LXII:8–9; Пс XCIII:16–19, 22). Так падает предъявленное Елифазом (XV:4) обвинение в отсутствии страха Божия, и не оправдываются слова диавола, что под влиянием бедствий Иов похулит Бога. Когда «кипело сердце его, он был невеждой» (Пс LXXII:21–22; ср. VI:26), а теперь, успокоившись, полагает в Боге свое упование (Пс LXXIII:28).

10. Выслушайте, все вы, и подойдите; не найду я мудрого между вами.

10. Речи друзей Иова сводятся к доказательствам его виновности и обещаниям благ под условием раскаяния. Не проявляя мудрости в рассуждениях первого рода (ст. 4), они не обнаруживают ее и в суждениях второго.

11. Дни мои прошли; думы мои — достояние сердца моего — разбиты. 12. А они ночь хотят превратить в день, свет приблизить к лицу тьмы.

11–12. Жизнь Иова, лелеянные им думы: «дни мои будут многи, как песок» (XXIX:18), оказались несбыточными (ст. 1), а между тем они утверждают, что ночь скорби превратится в счастливый день! (V:24–26; XI:17).

13. Если бы я и ожидать стал, то преисподняя — дом мой; во тьме постелю я постель мою; 14. гробу скажу: ты отец мой, червю: ты мать моя и сестра моя.

13–14. «Если я и ожидаю, то только того, чтобы иметь преисподнюю своим жилищем». Шеол — вот та будущность, на которую может рассчитывать Иов. Могила и наполняющие ее черви, — вот с кем в скором времени будет находиться в ближайшем общении Иов: «гробу скажу, ты отец мой, червю: ты мать моя и сестра моя».

15. Где же после этого надежда моя? и ожидаемое мною кто увидит? 16. В преисподнюю сойдет она и будет покоиться со мною в прахе.

15–16. Надежды на жизнь и ее радости нет и не предвидится. Она так же исчезает («в преисподнюю сойдет» — ст. 16), как и сам Иов. Вместо обещанного друзьями покоя на земле (V:24; XI:18) Иову предстоит покой в шеоле. Вместо «и будет покоиться со мною во прахе» буквально с еврейского должно перевести: «там, по крайней мере, во прахе я найду покой».

Глава XVIII

Речь Вилдада во втором разговоре. 1–3. Приступ. 4. Устойчивость законов мздовоздаяния. 5–21. Гибель грешника — его неизбежная участь. 1. И отвечал Вилдад Савхеянин и сказал: 2. когда же положите вы конец таким речам? обдумайте, и потом будем говорить.

1–2. Призыв Вилдада (ср. VIII:2) к хладнокровному, вдумчивому («обдумайте, и потом будем говорить» — ст. 2) обсуждению вопроса мотивируется тем, что в пылу спора, в состоянии раздражительности друзья укоряют друг друга в недостатке рассудительности («зачем ты считаешь нас за животных и принимаешь нас за существ неразумных» — ст. 3; XII:2–3; XV:2–3; XVI:2–3; XVII:10). Предвзятая мысль «о взаимном неразумии» не позволяет одному согласиться с другим; мешает выяснению истины.

3. Зачем считаться нам за животных и быть униженными в собственных глазах ваших? 4. О ты, раздирающий душу твою в гневе твоем! Неужели для тебя опустеть земле, и скале сдвинуться с места своего?

4. Пагубные последствия такого настроения сказываются на самом Иове. Не соглашаясь с друзьями, будучи уверен в своей правоте и встречая только одни возражения, он «раздирает душу свою в гневе», — раздражается, мучится (ср. XVII:2). Но как бы страстны ни были его речи, они не в состоянии изменить того закона нравственного миропорядка, по которому на земле наказываются одни грешники. Он так же непреложен, как и законы мира физического. Назначенная Богом для обитания человека земля (Ис XLV:18) всегда останется населенною, по слову человека скала не сдвинется с места, так точно не отменится закон возмездия за грехи.

5. Да, свет у беззаконного потухнет, и не останется искры от огня его. 6. Померкнет свет в шатре его, и светильник его угаснет над ним.

5–6. Закон возмездия проявляется в том, что счастье («свет», «светильник» — ср. XXI:17; XXIX:3; Притч XIII:9; XX:20; XXIV:20) нечестивого никогда не бывает прочным. Оно исчезает окончательно: «не останется искры от огня его» (ст. 5), или в буквальном переводе: «пламя его очага перестанет светить».

7. Сократятся шаги могущества его, и низложит его собственный замысл его, 8. ибо он попадет в сеть своими ногами и по тенетам ходить будет. 9. Петля зацепит за ногу его, и грабитель уловит его. 10. Скрытно разложены по земле силки для него и западни на дороге.

7–10. Все проявления силы, могущества грешника будут сведены ни во что, и причиною этого являются его собственные дела (ст. 1). Сам того не замечая (ст. 10), он запутается в них, как птица в силках и западне (ср. Притч V:22).

11. Со всех сторон будут страшить его ужасы и заставят его бросаться туда и сюда. 12. Истощится от голода сила его, и гибель готова, сбоку у него.

11–12. Чем ближе гибель, тем сильнее становится ее предчувствие, и больше прилагается усилий к спасению («заставят его бросаться туда и сюда», — ст. 11). Но последнее невозможно: кругом грешника ужасы, — предзнаменования бедствий. Стремление избавиться от них только обессиливает его, как обессиливает человека голод: и гибель готова.

13. Съест члены тела его, съест члены его первенец смерти.

13. Подготовляя себе гибель, нечестивый умирает в страшных мучениях. «Члены тела его, съест … первенец смерти», т. е. тело его будет разрушено самыми страшными болезнями (ср. Иc XIV:30: «первенцы бедных» — самые бедные), в которых как бы концентрируется вся разрушительная сила смерти, подобно тому как в первенце концентрируется сила его родителей (Быт XLIX:3).

14. Изгнана будет из шатра его надежда его, и это низведет его к царю ужасов.

14. По точному переводу с еврейского первая половина данного стиха должна читаться так: «он будет изгнан из его шатра, который служил его безопасностью». Пораженный неисцелимою болезнью, нечестивый умирает («нисходит к царю ужасов» = смерти, ср. X:21–22) в том самом шатре, живя в котором, он считал себя безопасным.

15. Поселятся в шатре его, потому что он уже не его; жилище его посыпано будет серою.

15–21. Наказание постигает не только самого нечестивого, но его жилище и семейство.

15. Так как местности, посыпанные серою, необитаемы для людей (Втор XXIX:22), то под имеющими поселиться в шатре нечестивого естественнее разуметь не людей, но диких животных, между прочим, шакалов, которыми пророки заселяют постигнутые гневом Божьим развалины городов (Ис XIII:20–22; XXVII:10).

16. Снизу подсохнут корни его, и сверху увянут ветви его.

16. Полная гибель дерева с ветвями и корнями (Ис V:24; Ам II:9) — образ гибели семейства нечестивого, о чем идет речь ниже (ст. 19).

17. Память о нем исчезнет с земли, и имени его не будет на площади. 18. Изгонят его из света во тьму и сотрут его с лица земли.

17–18. От нечестивого, как и его жилища, не остается никакого следа: память о нем исчезает, что считалось величайшим несчастием (Втор XXV:6; Сир XLVI:14–16), и имя предается забвению «на площади», буквально с еврейского «на лице» «хуц» — «поля» (V:10; Притч VIII:26), в местностях, лежащих, за пределами той страны, в которой жил нечестивый. Ст. 18 представляет образное выражение мысли ст. 17.

19. Ни сына его, ни внука не будет в народе его, и никого не останется в жилищах его.

19. От нечестивого не остается потомства.

20. О дне его ужаснутся потомки, и современники будут объяты трепетом.