4. «Живый Господь» — ό Κυριοί ζών — живый — в противоположность мертвым богам языческим.
5. то он сказал: «А я — господин на земле, повелевающий взять оружие и исполнять царскую службу». Впрочем, он не успел совершить своего умысла.
5. Что помешало замыслу Никанора напасть на Иудеев в субботу, — неизвестно.
6. Превозносясь с великою гордостью, Никанор думал одержать всеобщую победу над бывшими с Иудою.
7. Маккавей же не переставал надеяться с полною уверенностью, что получит заступление от Господа.
8. Он убеждал бывших с ним не страшиться нашествия язычников, но, воспоминая прежде бывшие опыты небесной помощи, и ныне ожидать себе победы и помощи от Вседержителя.
9. Утешая их обетованиями закона и пророков, припоминая им подвиги, совершенные ими самими, он одушевил их мужеством.
10. Возбуждая дух их, он убеждал их, указывая притом на вероломство язычников и нарушение ими клятв.
10. Примеры вероломства и клятвопреступления язычников — 1 Мак XVI:17; 1 Мак VI:62; 2 Мак V:25 и д. и XII:5.
11. Вооружил же он каждого не столько крепкими щитами и копьями, сколько убедительными добрыми речами, и притом всех обрадовал рассказом о достойном вероятия сновидении.
12. Видение же его было такое: он видел Онию, бывшего первосвященника, мужа честного и доброго, почтенного видом, кроткого нравом, приятного в речах, издетства ревностно усвоившего все, что касалось добродетели, — видел, что он, простирая руки, молится за весь народ Иудейский.
12. Об Онии этом — см. 2 Мак III:1, 5; IV:1 и д.
13. Потом явился другой муж, украшенный сединами и славою, окруженный дивным и необычайным величием.
14. И сказал Ония: это братолюбец, который много молится о народе и святом городе, Иеремия, пророк Божий.
15. Тогда Иеремия, простерши правую руку, дал Иуде золотой меч и, подавая его, сказал:
16. возьми этот святый меч, дар от Бога, которым ты сокрушишь врагов.
16. «Святый меч…», как вручаемый ему от Бога на посечение зла и нечестия, покушавшегося на Его святыню.
17. Утешенные столь добрыми речами Иуды, которые могли возбуждать к мужеству и укреплять сердца юных, Иудеи решились не располагаться станом, а отважно напасть и, с полным мужеством вступив в бой, решить дело, ибо город и святыня и храм находились в опасности.
17. «Город и святыня и храм…», τήν πόλιν και τα αγία και τό ιερόν — слав.: «град, и святая, и святилище…» Τα αγια рядом и именно перед ιερόν — показывает, что здесь оно (та αγία) употреблено в широком смысле слова — священное устройство, священные установления народа.
18. Борьба за жен и детей, братьев и родных казалась им делом менее важным; величайшее и преимущественное опасение было за святый храм.
18. «Преимущественное опасение было за светый храм…» — ввиду угроз Никанора — XIV:33.
19. Для тех, которые остались в городе, также немало было беспокойства, ибо они тревожились о сражении, имеющем быть в поле.
20. Итак, когда все ожидали, что наступает решение дела, когда враги уже соединились и войско было поставлено в строй, слоны размещены в надлежащих местах и конница расположена по сторонам,
21. Маккавей, видя наступление многочисленного войска, пестроту приготовленного оружия и свирепость зверей, простер руки к небу и призывал Господа, творящего чудеса и всевидящего, зная, что не оружием одерживается победа, но Сам Он, как Ему угодно, дарует победу достойным.
21. «Свирепость зверей…», т. е. слонов.
22. В молитве своей он так говорил: Ты, Господи, при Езекии, царе Иудейском, послал Ангела, — и он поразил из полка Сеннахиримова сто восемьдесят пять тысяч.
23. И ныне, Господи небес, пошли доброго Ангела пред нами на страх и трепет врагам.
24. Силою мышцы Твоей да будут поражены пришедшие с хулением на святый народ Твой. Сим он кончил.
25. Бывшие с Никанором шли со звуком труб и криками,
26. а находившиеся с Иудою с призыванием и молитвами вступили в сражение с неприятелями.
27. Руками сражаясь, а сердцами молясь Богу, они избили не менее тридцати пяти тысяч, весьма обрадованные видимою помощью Божиею.
28. Окончив дело и радостно возвращаясь, они узнали, что Никанор пал в своем всеоружии.
29. Когда крик и шум утихли, они восхвалили Господа на отечественном языке.
30. Тогда Иуда, первоподвижник за сограждан и телом и душею и лучшие лета свои сохранивший для одноплеменников, дал приказание, чтобы отсекли голову Никанора и руку с плечом и несли в Иерусалим.
31. Придя туда, он созвал одноплеменников и поставил пред жертвенником священников, призвал и тех, которые находились в крепости,
32. и, показав голову скверного Никанора и руку злохульника, которую он простирал на святый дом Вседержителя и превозносился,
33. приказал вырезать язык у нечестивого Никанора и, раздробив его, разбросать птицам, руку же безумца повесить против храма.
33. «Руку же безумца…», τα δ΄έπιχειρα τής ανοίας; слав. точнее: «и сия в возмездие безумия… повеси». Единственное число το επίχειρον очень редко (Иер XLVIII:25) употребляется в значении плечо; во множественном же τα επίχειρα означает — то, что кому приходит «на-руку», суждено, заслужено — возмездие дела, и если дела злого, то — наказание. Следовательно, в данном месте — повесить τα δ'επίχειρα τής ανοίας — значит повесить знак наказания безумца, т. е. отсеченную его руку.
34. Тогда все, обращаясь к небу, прославляли явившего помощь Господа и говорили: благословен Сохранивший неоскверненным место Свое!
35. Голову же Никанора повесил он на крепости в видимое для всех и ясное знамение помощи Господней.
35. «На крепости…» Здесь, как и в 21 ст. разумеется не крепость Сионская, которая была очищена от язычников позднее, при преемниках Иуды, но, вероятно, укрепления самого Иерусалима и храма, в противовес укреплениям Сионским.
36. И все общим приговором определили: никогда не оставлять без торжества день сей, чтить же празднеством тринадцатый день двенадцатого месяца, называемого на Сирском языке Адаром, за день до дня Мардохеева.
З6. Об установлении праздника в 13-й день Адара — см. 1 Мак VII:49. — «За день до дня Мардохеева…», т. е. накануне праздника Пурим (Есф IX:31 и д.). — «На Сирском языке» — τή Συριακή φωνή, т. е. на арамейском наречии, которое тогда входило во всеобщее употребление среди Иудеев Палестины.
37. Так окончилось дело с Никанором; и как с того времени город остался во власти Евреев, то я и кончу здесь мое слово.
38. Если я изложил его хорошо и удовлетворительно, то я сего и желал; если же слабо и посредственно, то я сделал то, что было по силам моим.
39. Неприятно пить особо вино и тотчас же особо воду, между тем вино, смешанное с водою, сладко и доставляет удовольствие; так и состав сочинения приятно занимает слух читателя при соразмерности. Здесь да будет конец.
О ТРЕТЬЕЙ КНИГЕ МАККАВЕЙСКОЙ
Содержанием третьей Маккавейской книги служит событие, имевшее место в Египте, при Птолемее IV Филопаторе и грозившее Египетским иудеям страшною опасностью поголовного истребления (несколько подобное рассказываемому в книге Есфирь).
Завязкою события послужило желание Птоломея «войти во святилище», — желание, встреченное единодушным, энергичным протестом иудеев (гл. 1-я). Разгневанный царь, попытке которого помешало, кроме того, внезапное, тяжкое расслабление, объявил иудеев «рабами» и повелел заклеймить их особым «знаком Диониса» (гл. II-я). Нежелание иудеев подвергаться этой последней операции окончательно взбесило деспота, и он отдал приказ истребить по всему царству всех иудеев (гл. III-я). Сорок дней иудеи разыскивались по всему царству и заносились в особые списки, чтобы в определенный день все они удобнее могли быть истреблены; однако, за множеством иудеев, рассеянных по всему царству, эти списки так и не могли быть доведены до конца: не достало ни хартий, ни письменных тростей по действию «небесного Промысла, помогавшего иудеям» (гл. IV-я ст. 16). В назначенный день 500 разъяренных слонов должны были быть выпущены на партию иудеев. Но несколько раз царь непонятным образом сам расстраивал свой ужасный план (гл. V-я). А в самую решительную минуту, когда слоны, наконец, действительно устремились на несчастных, явное чудо спасло последних: вместо иудеев животные вдруг бросились на сопровождавшие их войска и привели их в полное смятение. Это вразумило и самого царя, и он совершенно переменился в отношении к иудеям (гл. VI-я). Последовал новый указ, объявлявший иудеев под особым покровительством царя; вместе с тем, отданы были на расправу иудеям все те, кто в это тяжкое испытание обнаружил слабость в вере и малодушное уклонение от закона. Эти были истреблены иудеями, а в память события установлен особый праздник (гл. Vll-я).
О подлинности события. В виду значительного количества подробностей в изложении события, возбуждающих сильное сомнение относительно своей возможности (громадное количество обреченных на смерть, их приведение в Александрию, на конское ристалище, их перепись, поглотившая все запасы бумаги и тростей и т. п.), — допускают, что событие, составляющее содержание нашей книги, могло иметь в действительности лишь гораздо менее значительное историческое зерно, коим автор воспользовался для прикрашенного рассказа, имевшего целью — возвеличить народ иудейский в глазах язычников и показать особое попечение о нем Божие. Подлинное событие, таким образом, произошло, вероятно, в гораздо более скромных размерах. Оно упоминается и у Иосифа Флавия, впрочем — с именем другого царя (Птоломея VII Фискона) и с указанием других поводов и побуждений (прот. Апп. II, 5).
