4. И там дали им письма к местным начальникам, чтобы проводили их в землю Иудейскую с миром.
3–4. Время этого посольства падает, по мнению некоторых, на 169 или 168 г. э. Сел. = 144–143 или 143–142 г. до Р. Х. — немного спустя после взятия Карфагена и Коринфа.
5. Вот список письма, которое писал Ионафан Спартанцам:
6. «Первосвященник Ионафан и народные старейшины и священники и остальной народ Иудейский братьям Спартанцам — радоваться.
6. Впервые здесь в нашей книге упоминается собрание «старейшин» народа (ή γερουσία τού έθνους), вместе с другими представителями (первосвященник и священники) составлявших верховное иудейское управление («Иудейский сенат»). Во 2 Мак IV:44; XI:27 (ср. I:10 и 3 Мак I:8, 20) — этот «совет старейшин» упоминается уже при Антиохе IV, и V. Более точных сведений об организации его не имеется.
7. Еще прежде от Дария (Арея) царствовавшего у вас, присланы были к первосвященнику Онии письма, что вы — братья наши, как показывает список.
7. Послание Ионафана спартанцам начинается напоминанием прежде бывшей переписки между первосвященником иудейским Ониею и царствовавшим у спартанцев Дарием (правильная форма 'Αρεύς). Точный список обращения последнего с заявлениями о братстве прилагается тотчас после изложения нового послания (20–23 ст.). — Возникает вопрос о более точном определении времени первой переписки и действующих в ней лиц. Вопрос этот не столь легкий для разрешения в виду того, что в истории известны 3 Онии и 3 Арея, причем указываемое, между прочим, Иосифом Флавием преемство этих Оний — после Симона, — совершенно тождественно в 2 случаях, как ясно из следующего: Ония (I), сын Иаддая, Симон (I) Прав., сын Онии I. Елеазар, брат Симона (20 лет), Манассия, дядя — Ония (II), сын Симона Прав. Симон (II), сын этого Онии и Ония (III), сын Симона II. Если, таким образом, не принимать во внимание брата и дядю между Симоном I и Ониею II, его сыном, то преемство будет совершенно тождественно в обоих случаях: Ония (I), Симон (I), Ония (II); и затем опять: Ония (II), Симон (II), Ония (III), — и везде — отец и сын. Столь запутывается дело и между 3 Ареями. Доподлинно известны два царя Спарты под данным именем — Арей I, царствовавший — по Диодору XX, 29 — с 309–265 г. до Р. Х. и Арей II, царствовавший около 255 г. до Р. Х., но уже 8-летним мальчиком умерший (Павзаний, III, 66). Так как Ония II едва ли был современником Арея II, то — по мнению некоторых толкователей — остается считать таковыми лишь Арея I и Онию I (323–300 г.). Переписка, следовательно, падает на время «диадохов», когда спартанцы в борьбе с Антигоном и его сыном Димитрием Полиоркетом естественно могли задаваться мыслью подготовить своим противникам затруднение завязкою сношений на востоке. — Ближайшие последствия этой переписки и сношений спартанцев с евреями неизвестны. Любопытно, однако, что в последующее время экс-первосвященник Иасон именно в Лакедемоне искал убежища от своих преследователей: это показывает, что мысль о родстве иудеев и спартанцев находила себе и фактическое применение. Что касается оснований для этой мысли в библейских родословиях («что они — братья и от рода Авраамова…» 21 ст.), то после напрасных поисков в самой Библии, мы должны искать этих оснований разве лишь в греческих сказаниях о происхождении спартанцев от финикиян. А каким образом эта мысль могла прийтись по сердцу евреям, можно объяснить давно известною страстью этого народа считать еврейство источником всякого развития.
8. И принял Ония посланного мужа с честью, и получил письма, в которых ясно говорилось о союзе и дружбе.
9. Мы же, хотя и не имеем надобности в них, имея утешением священные книги, которые в руках наших,
9. Каким образом священные книги были «утешением» Израиля и устранением необходимости союза и дружбы? — Воспитанием уверенности, что Бог — их защита и спасение, как показывало неоднократное избавление их от тяжких обстоятельств особыми посланниками Божиими.
10. но предприняли послать к вам для возобновления братства и дружбы, чтобы не отчуждаться от вас, ибо много прошло времени после того, как вы присылали к нам.
11. Мы неопустительно во всякое время, как в праздники, так и в прочие установленные дни, воспоминаем о вас при жертвоприношениях наших и молитвах, как должно и прилично воспоминать братьев.
11. Молитва хотя и за языческий, но считавшийся родственным народ — вполне могла быть приносимою иудеями подобно молитвам за языческих властителей их страны.
12. Мы радуемся о вашей славе:
13. нас же обстоят многие беды и частые войны, ибо воевали против нас окрестные цари.
14. Но мы не хотели беспокоить вас и прочих союзников и друзей наших в этих войнах,
15. ибо мы имеем помощь небесную, помогающую нам; мы избавились от врагов наших, и враги наши усмирены.
16. Теперь мы избрали Нуминия, сына Антиохова, и Антипатра, сына Иасонова, и послали их к Римлянам возобновить дружбу с ними и прежний союз.
16. Посланники иудейские носят греческие имена, вероятно, для больших удобств при сношениях. Личности их неизвестны: одно кажется вероятным, что Иасон, отец Антипатра, здесь упоминается тот самый, которого Иуда посылал с Евполемом в Рим (VIII:17).
17. Поручили им идти и к вам, приветствовать вас и вручить вам письма от нас о возобновлении и с вами нашего братства.
18. И вы хорошо сделаете, ответив нам на них».
19. Вот и список писем, которые прислал Дарий (Арей):
20. «Царь Спартанский Онии-первосвященнику — радоваться.
21. Найдено в писании о Спартанцах и Иудеях, что они — братья и от рода Авраамова.
22. Теперь, когда мы узнали об этом, вы хорошо сделаете, написав нам о благосостоянии вашем.
23. Мы же уведомляем вас: скот ваш и имущество ваше — наши, а что у нас есть, то ваше. И мы повелели объявить вам об этом».
23. Мысль о желании взаимной поддержки всеми силами и средствами здесь выражена в форме пословицы, не требующей, конечно, буквального понимания.
24. И услышал Ионафан, что возвратились военачальники Димитрия с большим войском, нежели прежде, чтобы воевать против него,
24. Повествование о новых войнах Ионафана и Симона является продолжением описанных выше (XI:74 и ранее 67 ст.) войн их с сирийскими военачальниками в Галилее, явившихся теперь «с большим войском, нежели прежде…» (XI:68).
25. и вышел из Иерусалима, и встретил их в стране Амафитской, и не дал им времени войти в страну его.
25. Страна «Амафитская», где Ионафан встретил врагов — ή 'Αμαθίτις χωρά, — есть страна города Hamat — иначе — 'Αίμαθ (Чис XXXIV:8 и др.; 4 Цар XXV:21 и др.), или 'Ημάθ (2 Цар VIII:9 и др.) и 'Εμάθ (Нав XIII:5 и др.): большой город на Оронте и северном склоне Ливана, доныне существующий под именем Hamah.
26. И послал соглядатаев в стан их, которые, возвратившись, объявили ему, что они готовятся напасть на них в эту ночь.
27. Посему, когда зашло солнце, Ионафан приказал своим бодрствовать, быть в вооружении и готовиться к сражению всю ночь, и поставил вокруг стана передовых сторожей.
28. И услышали неприятели, что Ионафан со своими приготовился к сражению, и устрашились, и затрепетали сердцем своим, и, зажегши огни в стане своем, ушли.
29. Ионафан же и бывшие с ним не знали о том до утра, ибо видели горящие огни.
30. И погнался Ионафан за ними, но не настиг их, потому что они перешли реку Елевферу.
30. О реке Елевфер см. к XI:7. Эта река составляла границу между Финикией и Сирией; посему Ионафан и не переходил ее, не желая переносить войну в самую Сирию.
31. Тогда Ионафан обратился на Арабов, называемых Заведеями, поразил их и взял добычу их.
31. Что побуждало Ионафана обратиться на арабское племя «Заведеев» неизвестно, как неизвестно и само это племя. — Большую вероятность имеет предположение что наименование этого племени стоит в связи с именем равнины, деревни и реки Zebdini на восточном отроге Антиливана, прямо по карте в 4 геогр. милях северо-западнее Дамаска.
32. Потом, возвратившись, пришел в Дамаск и прошел по всей той стране.
33. И Симон вышел, и прошел до Аскалона и ближайших крепостей, и обратился в Иоппию, и овладел ею,
34. ибо он услышал, что (Иоппияне) хотят сдать крепость войскам Димитрия и поставил там стражу, чтобы охранять ее.
33–34. Об Аскалоне см к X:86; об Иоппии — к X:75. Иоппия уже была ранее взята Ионафаном (X:75 и д.), но, вероятно, оставлена была под охраною лишь местного городского отряда, которого могло быть совершенно достаточно для мирного времени. Теперь же, когда эта крепость проявила тяготение к Димитрию, Симон вновь «овладевает» ею и оставляет более сильный иудейский гарнизон для охраны города.
35. И возвратился Ионафан, и созвал старейшин народа, и советовался с ними, чтобы построить крепости в Иудее,
36. возвысить стены Иерусалима и воздвигнуть высокую стену между крепостью и городом, дабы отделить ее от города, так чтобы она была особо и не было бы в ней ни купли, ни продажи.
36. «Не было бы в ней ни купли, ни продажи…», ср. XII:49. — Крепость предполагалось, таким образом, взять измором, что и было достигнуто.
37. Когда собрались устроить город и дошли до стены у потока с восточной стороны, то построили так называемую Xафенафу.
37. «У потока, — т. е. Кедрона, — с восточной стороны…» Вероятно, в этом месте или совсем не уцелело стен или остатки их были столь слабы, что не выдержали бы тяжести новой кладки. Здесь строители построили Xафенафу, как называлась, по-видимому, часть этих полуобрушившихся стен.
