61. И было великое замешательство в народе Израильском, потому что не послушались Иуды и братьев его, мечтая показать храбрость,
62. тогда как они не были от семени тех мужей, руке которых предоставлено спасение Израиля.
63. Но муж Иуда и братья его весьма прославились перед всем Израилем и перед всеми народами, где только слышно было имя их, —
64. и собирались к ним приветствующие.
65. После того вышел Иуда и братья его и воевали против сынов Исава в земле, лежащей к югу, и поразил Xеврон и селения его, и разрушил укрепление его, и сожег башни его вокруг него,
65. Xеврон — Χεβρών — древний город времен патриархов, в 7 часах пути от Иерусалима к горам Иудейским, нынешний el-Khalil, еще во времена Неемии был населен иудеями (Неем XI:25), позднее захвачен идумеями. Укреплен был еще во времена Ровоама (2 Пар XI:10).
66. и поднялся, чтобы идти в землю иноплеменников, и прошел Самарию.
66. От Xеврона Иуда «поднялся» в «землю иноплеменников» (αλλοφύλων), т. е. филистимлян, и «прошел Самарию». Вместо Самарии (Σαμάρειαν) некоторые кодексы читают Μαρισσαν. Это разночтение, от перестановки букв которого легко могло произойти Σαμαρειαν, предпочитается многими исследователями. И в самом деле, если цель Иуды была в земле филистимлян (66 ст., ср. ст. 68), то от Xеврона путь туда вовсе не лежал через Самарию, Μαρίσοα же была действительно как раз на пути, в низменности Иудейской — близ Beil Dschibrin, и прямо упоминается в паралл. месте — 2 Мак XII:35.
67. В то время пали в сражении священники, желавшие прославиться храбростью и безрассудно вышедшие на войну.
68. И обратился Иуда в Азот, землю иноплеменников, разрушил жертвенники их, сожег огнем резные изображения богов их, взял добычи городов и возвратился в землю Иудейскую.
68. «В землю иноплеменников…» — γήν αλλοφύλων — приложение к είς 'Αζωτον, но не для обозначения положения Азота, а для ближайшего определения местности, где воевал Иуда; посему и далее выражается, что Иуда «разрушил жертвенники их» — βωμούς αύτων, т. е. αλλοφύλων, иноплеменников, а не 'Αζώτου — одного Азота.
Глава VI
Смерть Антиоха Епифана (ср. 2 Мак гл. IX) (1–17). Жалоба иудейских отступников и сирийского гарнизона Антиоху Евпатору на Иуду и большие приготовления царя к новому походу на Иудею (18—30). Осада Вефсуры и битва при Вефсахаре (31–47). Осада укреплений горы храма, сдача Вефсуры (48–54). Заключение перемирия; вероломство царя и удаление в Антиохию (55–63) (ср. Ios. Antt, XII, 9, 3–7 и 2 Мак XIII:18–27).
1. Между тем царь Антиох, проходя верхние области, услышал, что есть в Персии город Елимаис, славящийся богатством, серебром и золотом,
1. На пути своем через «верхние страны» (см. к III:31 и 37), Антиох «услышал, что есть в Персии город Елимаис», славящийся своим храмом и несметными богатствами, куда и направился… Это выражение, внeceннoe в textus receptus, что Елемаис — город в Персии, представляет очевидную географическую ошибку, так как в Персии был не город Елимаис, а 'Ελυμαίς — греческая форма евр. имени ??? — провинция Персидского царства (Дан VIII:2 — область Еламская с престольным городом Сузы). — К наименованию этой «Елемаис» городом могло послужить то обстоятельство, что в оригинале стояло здесь ???, «местность», ошибочно переведенное переводчиком через πόλις. К этому побуждало его особенно то, что во 2 и 3 ст. идет речь именно о городе. Но в таком случае правильнее было бы выразиться просто: «слышал (Антиох), что есть έν Έλυμαίδι έν τη Περσίδι город…» и т. д. Это, как будто, дают лишь и разночтения текста: έν Έλυμές (код. Алекс.), έν Ελυμαίς (Компп.), έν λυμαίς (Син.), έν Έλυμαίς и έν Ελυμαίδι (Fritzsche). — Не упоминают имени города и другие исторические свидетельства об этом событии. Так, Поливий говорит лишь, что Антиох, желая добыть денег, предпринял поход «на храм Артемиды в Елимаиде», но цель его не была достигнута (XXXI, 11). Аппиан упоминает, что Антиох грабил τό της Ελυμαίας 'Αφροδίτης 'ιερόν (Syr. с. 66). — 2 Мак IX:2, передавая об этом событии, называет имя города — Персеполь (Persepolis), но это основано на простой догадке.
2. и в нем — храм, весьма богатый, и есть там золотые покровы, брони и оружия, которые оставил там Александр, сын Филиппа, царь Македонский, первый, воцарившийся над Еллинами.
2. «Оставил там Александр», т. е. в качестве посвященных даров и победных трофеев. — «Первый, воцарившийся над Эллинами». См. к I:1.
3. И он пришел и старался взять этот город и ограбить его, но не мог, потому что намерение его стало известно жителям города.
4. Они поднялись против него войною, и он обратился в бегство и ушел оттуда с великою скорбью, чтобы отправиться в Вавилон.
4. «Ушел…, чтобы отправиться в Вавилон». Это не противоречит сообщению Поливия, что Антиох умер в Таве (Tabae), потому что здесь сказано только, что Антиох отправился в Вавилон, на пути куда смерть и застигла его.
5. Тогда пришел некто к нему в Персию с известием, что ополчения, ходившие в землю Иуды, обращены в бегство,
5–7. Краткое изложение Антиоху описанных III:32; IV:60 событий. — «Пришел некто к нему… с известием…» — απαγγέλων τις — это был, вероятно, особый посыльный Лисия. — «Ополчения, ходившие в землю Иуды…», войска Птоломея, Никанора и Горгия (III:38, IV:1). — «Лисий ходил… впереди всех…», έν πρώτοις, слав.: «в первых», т. е. не в смысле — «прежде всех», но — как высший всех как главнокомандующий (IV:28 и д.).
6. что Лисий ходил с сильным войском впереди всех, но был поражен Иудеями, и они усилились и оружием, и войском, и многими добычами, которые взяли от пораженных ими войск,
7. и что они разрушили мерзость, которую он воздвиг над жертвенником в Иерусалиме, а святилище по-прежнему обнесли высокими стенами, также и Вефсуру, город его.
7. «Разрушили мерзость…» В выражении — το βδέλυγμα — писатель влагает в уста язычника-посыльного свое собственное еврейское воззрение. — «Вефсуру, город его» — πόλιν αύτού — т. е. ему, сирийскому царю, по праву принадлежавший город.
8. Когда царь услышал слова сии, сильно испугался и встревожился, упал на постель и впал в изнеможение от печали, что не сбылось так, как он желал.
9. И много дней пробыл он там, ибо возобновлялась в нем сильная печаль; он думал, что умирает.
9. «Пробыл он там…», έν τή Περσίδι, где его нашел вестник Лисия.
10. И созвал он всех друзей своих и сказал им: удалился сон от глаз моих, и я изнемог сердцем от печали.
11. И сказал я в сердце моем: до какой скорби дошел я и до какого великого смущения, в котором нахожусь теперь! А был я полезен и любим во владычестве моем.
11. «Был я полезен и любим во владычестве моем». В естественной доброте и благонамеренности можно не отказать Антиоху; верно и то, что он старался — нередко до смешного — сделаться любимцем своего народа.
12. Теперь же я воспоминаю о тех злодеяниях, которые я совершил в Иерусалиме, и как взял все находившиеся в нем золотые и серебряные сосуды и посылал истреблять обитающих в Иудее напрасно.
13. Теперь я познаю, что за это постигли меня эти беды, — и вот, я погибаю от великой печали в чужой земле.
13. «Погибаю… в чужой земле…» Персия хотя принадлежала к царству Антиоха, однако была отдаленной провинцией, которая после предпринятых им туда походов сделалась для него действительно как бы чужою, так что нельзя было рассчитывать на ее участие в его печальной судьбе. В указании Антиоха на беззакония, совершенные им в Иерусалиме, как на причину своих бедствий, не все должно быть отнесено на долю иудейско-апологетического прагматизма историка. За некоторую правдоподобность влагаемых им в уста умирающего царя рассуждений и чувств — говорит не только заметка Поливия, что Антиох от некоторых страшных знамений Божества, за разграбление Елимаидского храма, впал в бесчувствие и умер, — но также и все обстоятельства самого дела. Воображение его рисовало, с одной стороны, все ужасы последних гонений его на иудейство, с другой — всю горечь его последних неудач: поставить то и другое в причинную и взаимную связь было так легко и естественно человеку — в состоянии особенной наклонности давать мистическое объяснение событиям.
14. И призвал он Филиппа, одного из друзей своих, и поставил его правителем над всем царством своим;
14. Филипп — во 2 Мак IX:29 — называемый также совоспитанником царя — σύντροφος, — был по-видимому, из «варваров» — фригиец родом, назначенный Антиохом в наместники Иудеи, чтобы «угнетать народ» (2 Мак V:22; VIII:8).
15. и дал ему венец и царскую одежду свою и перстень, чтобы он руководил Антиоха, сына его, и воспитывал его для царствования.
15. «Дал ему… и перстень…» — τό δακτύλιον, которым запечатывались все письменные распоряжения и указы царя.
16. И умер царь Антиох в сто сорок девятом году.
16. «Умер царь Антиох в 149 году…» э. Сел. = 164 г. до Р. Х. Через вручение царских регалий Филиппу, Антиох объявлял его и узаконил правителем царства и опекуном своего сына на время его несовершеннолетия. Сопоставляя это с III:32–34 находим странным, что эти полномочия царь передал не Лисию, а Филиппу. — Как кажется, Филипп постарался и успел войти в доверие упавшего духом царя насчет далекого Лисия, против которого Антиох и без того был настроен после понесенных им в Иудее поражений. Впрочем, если принять во внимание то, что Филипп был совоспитанником Антиоха, и, следов., стоял в отношении к царю едва ли не столь же близко, если не ближе, происходившего из царского рода Лисия, то можно будет допустить, что — назначением Филиппа правителем царства и воспитателем своего сына — Антиох вовсе и не имел в виду оскорбить Лисия. И если это назначение повело, однако, к междоусобной войне, то виновато в этом было более честолюбие Лисия, который не подчинился последней воле царя и не ограничился властью над одною половиною царства, а захотел захватить теперь и все царство. — Местом смерти Антиоха Поливий называет Tabae в Персии; блаж. Иероним — и Дан XI — Tabes oppidum Persidos. По Курцию V, 13 — этот город лежал in Paraetacene ultima, т. е. в местности, которая простиралась на север от Персии и восточнее от Сузианской провинции к Мидийской.
