интегралы и ряды,
плод гениальных рвений
и прозрений,
когда пролёт моста
и куст сирени
вдруг обретают
общие черты.
Открыт закон.
Он ясен и красив.
Уж он-то, вроде,
не играет в прятки.
Но снова где-то
во втором порядке
просчёт
неуловимо просквозит.
И даже не просчёт —
неясный след
того, что за чертой,
всего, что «недо…»
…Я знаю сам,
что не найду ответа,
и всё-таки всю жизнь
ищу ответ.
«Каждый путь – знают все …»
Каждый путь – знают все —
начинается с первого шага, —
Не сейчас, не сегодня —
всё та ж отговорка простая.
Тешу душу напрасно
и смуту её утишаю:
Завтра будет возможность,
ещё догоню, наверстаю.
Позвоню, навещу,
дорифмую вчерашние строчки,
Те, что теплятся,
вроде ещё, угольками,
Пыль сотру с книжных полок, —
заставлю себя, это точно,
Хоть и явно не хочется
этого делать пока мне.
Ну какая там гиря
опять у тебя на лодыжке?
Шаг вперёд, два назад —
только чуть заступил, и обратно.
Где на ладан
благие намеренья дышат,
Там и с ладаном
что-то, братишка, неладно.
Это даже не лень,
а скорей канареечья клетка,
Некий странный
в себе от себя изолятор,
Где ты замкнут, как видно,
надёжно и крепко
В этом мороке
до окончанья заклятья.
Только ходики ходят —
им гирька как раз не помеха,
Добросовестно тикают
и отпускают минуты
В то пространство,
где нету ни тени, ни эха.
– Ну давай, догони,
наверстай хоть одну, хоть одну ты…
«Такие короткие сроки…»
