Александр Лиманский – [де:КОНСТРУКТОР] Терра Инкогнита (страница 52)

Я шёл ровно. Не торопился, не останавливался. Дышал размеренно, считая шаги, как считал их когда-то на марш-бросках, когда единственный способ не свихнуться от усталости это превратиться в метроном. Раз. Два. Три. Чавк. Четыре. Пять. Шесть. Чавк.

Болото отпускало неохотно. Воздух над водой стоял густой и тухлый, насекомые уже вернулись и звенели над головой, норовя сесть на шею и лицо. Серёга затих на плече, и я не мог понять, отключился он или просто терпит молча. Проверять было некогда.

Через пятнадцать минут под ногами начал проступать твёрдый грунт. Вода отступила, ил сменился глиной, потом утоптанной землёй. Я вышел из болота на сухой пригорок, где стояли БРДМы, и остановился.

Они все были здесь. Восемнадцать «расходников», выстроившихся неровным полукругом вокруг машины. Стояли молча, глядя на меня. Кто-то держал автомат, кто-то сунул руки в карманы. Сержант Дымов курил, привалившись к борту БРДМ, и тоже смотрел, лениво щуря глаза от дыма.

Я представлял, как выгляжу со стороны. Грязь с головы до ног, бурая болотная тина, уже засохшая коркой на лице и одежде. Тёмные пятна крови барионикса на груди и плечах, чёрные, маслянистые, с тяжёлым рыбным запахом, который несло на три метра. Раненый парень на плече, автомат за спиной, покрытый слизью из пасти мёртвого ящера.

Красавец. Хоть на обложку журнала.

Никто не произнёс ни слова. Молодые смотрели с тем особым выражением, которое появляется у людей, впервые увидевших, как выглядит человек, только что вышедший из боя. Должники смотрели иначе, оценивающе, как смотрят на актив, который внезапно вырос в цене. Даже Лось и его дружки притихли на левом фланге, и в маленьких глазках бугая я прочитал что-то новое. Не уважение, нет. Лось был слишком глуп для уважения. Но осторожность. Пересчёт рисков. Понимание, что этого «деда» лучше трогать с дистанции, а не в ближнем бою.

Полезная реакция.

Дымов докурил сигарету. Затянулся последний раз, глубоко, со вкусом, и бросил бычок в грязь. Растёр подошвой.

— Долго возились, — сказал он, и в его голосе не было ничего. Ни одобрения, ни недовольства, ни интереса. Голос человека, который ставит галочку в журнале. «Задание выполнено. Потери: один». — Грузите мясо в БРДМ. Обед скоро.

Мясо. Это про Серёгу, с его сломанными рёбрами и треснувшей голенью, с его серёжкой в ухе и глупой верой в то, что мир прекрасен. Мясо.

Я опустил парня на землю, осторожно, придерживая за спину. Двое из «молодых» подскочили, помогли уложить на расстеленный кем-то тактический коврик. Молча, быстро, без приказа.

Мысль сформировалась холодно и чётко, как рапорт на одну строчку: всё с вами ясно. Мы для вас не люди. Мы патроны. Расходный материал, который списывают после использования и не вносят в ведомость потерь.

Ничего нового. Видел такое в каждой армии, на каждой войне. Просто здесь это было честнее. Здесь даже подразделение так и называлось. «Расходник».

БРДМ трясся и гудел, карабкаясь по раскисшей дороге обратно к базе. Серёга лежал на полу десантного отсека, головой на чьей-то скатке, и молчал, закрыв глаза. Лицо у него было землистого цвета, а губы посинели. Болевой шок не отпускал, и я видел, как его пальцы впиваются в край коврика при каждом толчке.

На базе нас встретила рутина. Ворота, КПП, проверка пропусков. БРДМ заехал на территорию и встал у медблока, низкого бетонного здания с красным крестом на стене, нарисованным от руки криво и небрежно, будто рисовавший торопился или ему было всё равно.

Два медбрата выгрузили Серёгу на носилки. Парень открыл глаза, когда его поднимали, и нашёл меня взглядом.

— Спасибо, Кучер… — голос был слабым, еле слышным за гулом двигателя. — Я тебе должен.

— Потом сочтёмся, — сказал я. — Лечись.

Его унесли внутрь. Дверь медблока закрылась, и я остался стоять на плацу, мокрый, грязный, воняющий болотом и рыбьей кровью.

Отряд расходился. Молча, кто куда. Двое парней из тех, что ехали в другом БРДМ, подошли ко мне. Один хлопнул по плечу, коротко, крепко. Второй просто кивнул, встретившись со мной глазами. Без слов. Слова тут были не нужны. Контакт между людьми, которые видели одно и то же и понимали одно и то же.

Авторитет. Валюта, которую нельзя украсть, нельзя подделать и нельзя купить. Только заработать. Грязью, кровью и чужой жизнью на плече.

Полезный ресурс. Запомним.

Я шёл к казарме, прикидывая, хватит ли воды в умывальнике, чтобы смыть с себя хотя бы верхний слой болотной тины, когда перед глазами мягко вспыхнула иконка. Не красная, как при угрозе. Золотистая, мерцающая на периферии зрения, как закатный отблеск на воде.

— Ну что, герой, — голос Евы был непривычно довольным, почти мурлыкающим. — Поздравляю. Система оценила твои танцы с бриониксом.

Иконка раскрылась, и перед глазами поплыли строчки золотого текста, одна за другой:

[БОЕВАЯ ЗАДАЧА ВЫПОЛНЕНА: ВОССТАНОВЛЕНИЕ ПЕРИМЕТРА (Сектор 7)]

[УСТРАНЕНИЕ УГРОЗЫ КЛАССА «ОПАСНЫЙ» (Барионикс)]

[СПАСЕНИЕ СОЮЗНИКА]

[РЕПУТАЦИЯ ПОВЫШЕНА]

[ТЕКУЩИЙ РАНГ: 2 (СПЕЦИАЛИСТ)]

[ДОСТУП РАЗБЛОКИРОВАН: КОРПОРАТИВНЫЙ МАГАЗИН (Уровень 1)]

Я остановился посреди плаца.

Ранг два. Специалист. Всего-то и надо было: убить двух ютарапторов, задушить мусорщика, завалить полуторатонного ящера из автомата, починить кабель по пояс в болоте и вытащить раненого. Нормальный карьерный рост. Три дня, два повышения.

Но последняя строчка зацепила взгляд и не отпускала.

Корпоративный магазин.

— Магазин? — переспросил я вслух. — А вот это уже интересно.

— Корпоративная торговая платформа, — Ева перешла в режим справки, и я почти увидел, как она виртуально поправляет несуществующие очки. — Доступ предоставляется операторам от второго ранга. Ассортимент зависит от уровня допуска. Оплата в кредитах, списание со счёта оператора. Доставка на ближайшую базу в течение двадцати четырёх часов.

Кредиты. Электроника из мешков Бизона, если она ещё была в моих вещах после досмотра. Когти барионикса, которые я оставил в болоте, но которые можно вернуть и снять, пока тушу не обглодали. Будущие деньги за будущую работу.

— Давай глянем, чем тут торгуют, — мысленно сказал я.

Вкладка «Магазин» раскрылась перед глазами голографической витриной, полупрозрачной, с мягкой золотистой подсветкой. Категории выстроились в ряд, каждая со своей иконкой: оружие, модули, аптечки, стимуляторы, снаряжение, инструменты.

Каталог пролистывался жестами, цены горели зелёным рядом с каждой позицией, а недоступные товары были затенены серым с пометкой «Требуется ранг 3» или выше.

— Так-так-так… — я потёр подбородок левой рукой, забыв, что он покрыт засохшей кровью барионикса, и по пальцам потянулись бурые хлопья. — Что тут у нас интересного есть…

Магазин на диване. Шопинг посреди плаца, в грязи и крови, с гудящим от боли плечом и запахом болотной тухлятины в ноздрях.

Добро пожаловать в капитализм, Кучер.

Глава 16

Голографическая витрина парила перед глазами мягким синеватым маревом, и я листал категории, вникая в ассортимент. Оружие, модули, аптечки, стимуляторы, снаряжение, инструменты.

Каждая иконка при касании взглядом разворачивалась в подменю, где товары выстраивались аккуратными рядами с ценниками, характеристиками и пометками уровня доступа.

— Нравится? — Ева материализовалась рядом, в своём чёрном комбинезоне с глухим воротом, и откуда-то из виртуального пространства извлекла указку. Настоящую такую учительскую указку. Длинную, деревянную, с металлическим наконечником. — Позвольте провести вам экскурсию, уважаемый клиент. Наш магазин предлагает широчайший выбор товаров для активного отдыха на свежем воздухе.

— Ты откуда указку взяла? — мысленно спросил я.

— Из реквизита, — она ткнула указкой в верхнюю строчку интерфейса, где мерцала надпись «РАНГ 2 / СПЕЦИАЛИСТ». — Итак. Корпоративная система рангов. Десять ступеней от грязи до звёзд. Ты находишься здесь.

Указка ткнулась во вторую строчку снизу. Чуть ниже болталась первая, «Рекрут», из которой я только что выполз. Выше второй ступени вертикальная лестница уходила в подсвеченную золотом даль, и каждая следующая строчка выглядела всё недоступнее предыдущей.

Я пролистал список глазами.

Третья ступень открывала доступ к расширенному арсеналу и спецсредстсвам. Можно было арендовать на базе личный лёгкий транспорт — эндуро, квадрик, багги.

Четвёртая давала право на тяжелое вооружение. На пятой, которая называлась «Мастер», система предлагала заказ личной тяжелой техники — БТР, БРДМ, экзоскелеты.

Дальше суммы, необходимые для продвижения, превращались в числа с таким количеством нулей, что у меня начинали чесаться глаза.

Восьмая ступень, «Легенда», обещала тяжёлые экзоскелеты и право на эвакуацию вертушкой по первому запросу. Последняя, десятая, называлась «Акционер» и предлагала долю в прибыли Корпорации, привилегированный статус и программу бессмертия через клонирование аватара.

— Бессмертие, — повторил я вслух и хмыкнул. — Серьёзно?

— Технология экспериментальная, — Ева постучала указкой по последней строчке. — Полное копирование нейроматрицы с последующим переносом в свежий аватар. Теоретически можно жить вечно. Практически до десятого ранга ещё никто не добрался из операторов «Авангарда». Из контрактников, которые живут тут годами, добрались трое. Один потом пропал в красной зоне, второй свихнулся и ушёл к баронам, третий…