Александр Лихолетов – Грозовые скаты (страница 3)
Но странно, что о небе синем
Мы в песнях на лихих пирах
Прославим льда и звёзд богиню,
А не тепло и свет костра.
Тополь
Летним днём мой друг старинный,
Старый тополь за окном,
Ветви раскидав картинно,
Постучался ко мне в дом.
Он с порывом ветра каждым
Наклонялся заглянуть,
Про дела справлялся важно,
Говорил чего-нибудь.
Так он жил, не зная горя,
И до времени-поры
Не бывал ни с кем в раздоре,
Дом скрывая от жары.
Но однажды я проснулся
В необычной тишине;
Солнца луч меня коснулся
И остался на стене.
Я из дома быстро вышел,
Мрачно голову склоня.
Ничего я не услышал
У безжизненного пня…
Усталость
Сверкает в небесах луны глазница
Ночного тёмно-синего лица,
И тусклый свет спадает на страницы,
Что не дописаны мной были до конца.
Я не довёл всего две строчки,
И рифмы я, увы, не дописал,
Но только сон свои поставил точки
И труд мой в одночасье оборвал.
Ах, как обидно, ведь усталость
Приходит именно в тот час,
Когда осталась всего малость,
Что и во сне тревожит нас,
Лишает мирного покоя,
Мешает нам спокойно жить.
Но эта малость, беспокоя,
Даёт нам силу вновь творить.
Ядерная зима
Зима накроет белым покрывалом
Всё с головой, как тело мертвеца,
Свернутся крысы в уголках подвалов
В предчувствии холодного конца,
И небо меркнет, станут дни короче;
Из мрака выйдя в траурном чепце,
Раскроют нам свои объятья ночи
С печатью безразличья на лице,
И завоет свирепая вьюга,
Лишая покоя и сна,
А в небе сверкающим кругом
Восстанет во мраке луна.
Как ясное око ночное,
Она с неба смотрит на брег,
На мёртвое тело земное
И белый, как марево, снег.
А лёд, покрывающий воду,
Блеснёт с земли тихо в ответ:
«Ты зря освещаешь природу,
Здесь жизни, увы, уже нет».
Звери на дороге
Выходят в ночь они, 
