Александр Левин – Нашедшие Путь (страница 26)

– Не знаю… Я ему обещала в «ментовку» завтра зайти и перевязку сделать… Он в поликлинику идти не хочет.

– А почему менты «взрывчатку» ищут, а не «эмчеэсэсовцы»? – спросил Алексей.

– Откуда мне знать?.. Он об этом не говорил.

– Похоже, что за «МЧСС», по крайней мере на местном уровне, всё делают менты и пожарники, – предположил Алексей.

– За МЧС, – поправила Лариса.

– Кому – «МЧС», а кому и – «МЧСС» – если приходится писать идиотские отчёты в управление по делам ГО и ЧС.

По громкоговорителю милицейской машины объявили об окончании учений. Возвращение с холода в здание прошло значительно быстрее чем «эвакуация». После небольшого перерыва сотрудников собрали для подведения итогов. Разговор получился вялым. Изнемогающий директор, казалось, валился с ног; охрипшая Носова была не в состоянии нормально говорить, но пыталась высказать какие-то замечания.

– Отдельных студентов надо бы наказать за их поведение, – предложила Басюкова. – Что вот Упрямова тут делала, пока все на улице стояли?

– Медицинскую помощь кинологу оказывала, – сразу ответил Алексей. – Он руку поранил.

– Вы бы лучше замечания свои высказали, чем выгораживать!.. Зачем Лариса и Елена к оцеплению подходили?!

– Милиционер потерял деталь от автомата, а они нашли.

В кабинет вошла буфетчица, несколько раз извинилась и, робко подойдя к директору, что-то зашептала.

– Только этого не хватало! – директор соскочил с кресла. – Всё на сегодня… Дина Олеговна и Маргарита Ивановна, останьтесь, остальные – свободны.

В день получки Алексей купил много вкусного и по телефону доложил об этом Ларисе. Посиделки наметили на ближайший выходной день.

Придя в намеченное время, студенты принялись выставлять на стол всё, что принесли с собой.

– Что это у вас? – Алексей взял со стола бутылку и прочитал текст на этикетке. – Вы это пить собираетесь?

– А что?

– Эти, так называемые, «энергетические» напитки – жуткая отрава.

– Они же вкусные и бодрят.

– Дело ваше, но советую отвыкать от этой гадости, если не хотите годам к тридцати иметь жировой гепатоз, а к сорока – цирроз печени.

– Что же вы скажете, когда мы пойдём на балкон курить? – поинтересовалась Юля.

– Ты ещё и куришь?! И так самая маленькая… Бросай немедленно!

– У Юлы энергии много, – принялась язвительно комментировать Лариса, – она даже свои бутерброды собакам раздаёт.

– «Уж ты бы лучше помолчала бы!» Из-за кого нас Носова два дня тиранила?!. Собака-то, когда из «шараги» выходила, облизывалась.

– Вот это мне нравится, – когда молодёжь Высоцкого цитирует, – оценил Алексей высказывание Юли, – значит: вы ещё не совсем «пропащие».

– Вы хоть поняли, о чём я?! – не унималась Юля.

Алексей кивнул, но Юля продолжила:

– Директор поручил Носовой банкет для проверяющих устроить; Носова, видимо, перепоручила это гнусное дело буфетчице; та всего накупила, а за время дурацкой «эвакуации» – почти всё пропало!

– А при чём тут Лариса?

– Лариска собак любит.

– Ну надо же!.. Лариса, не знал, что ты – кореянка.

– Интересно, а на какие деньги всё это было куплено? – не оценив юмор Алексея, начала возмущаться Лариса. – К последней стипендии опять «довесок» давали?

– А тебе разве не давали?

– Мне не дают… Я пару раз эту, так называемую, «материальную помощь» Носовой отдать отказалась, – вот мне теперь и не дают.

– Соображала бы я так же хорошо как ты – я бы тоже не отдавала.

– Кто тебе сказал, что ты плохо соображаешь?! – возразила Татьяна. – У тебя хорошие стишки получаются… Ленка, дай гитару; пусть Юла что-нибудь «сбацает».

– Ну вы совсем обнаглели! – возмутилась Лена, подавая гитару. – На стол я одна должна собирать?!

– Я помогу, – подскочила Анна.

Юля, взяв гитару, начала с вопроса:

– А помните, как первого сентября по распоряжению Носовой Антон салют устраивал?

– Вот где было нарушение всех правил пожарной безопасности!

– Жаль, что ракеты не попали на кого-нибудь из администрации или из приглашённых «шишек».

– Так вот! – Юля повысила голос, вновь переключая на себя всеобщее внимание. – Я потом подумала, что это могло бы быть приблизительно так:

Как-то Антошка салют запустил; Чей-то балкон тем салютом спалил Вместе с квартирой, и после того Ищет хозяин балкона его; Ищут пожарные, ищут менты; Если найдут, – ему будут кранты; Если Антошку найдут наконец, — Будет ему несомненно… плохо.

– Знакомая мелодия, – подметила Лариса, – да и сюжет – тоже.

– Что смогла – то исполнила… Принимайте, кто-нибудь, «эстафету», а я пока поем чего-нибудь.

Гитару взял Алексей, а Лариса тем временем продолжила своё обращение к Юле:

– Ты бы лучше высмеяла, как ежегодно первого сентября устраивают показуху с выдачей халатов студентам первого курса.

– Да, – поддержала Татьяна, – а-то они сначала собирают эти халаты, купленные самими студентами, а потом перед городским начальством и перед телевизионными камерами выдают как бы от себя; получается видимость, будто администрация дарит халаты студентам.

– Давайте-ка я вам свою историю расскажу, – вмешался Алексей, начав наигрывать мелодию, – это и про меня и про вас:

Не стоит обижаться на привратности судьбы. Судьба слепа, глуха и глуповата; Порой бывает: разбивает в кровь носы и лбы, Потом на миг сожмётся виновато; А вскоре – вновь швыряет: влево, вправо, вверх и вниз… То жарко, то вдруг холодно, то душно… Меня она однажды вдруг взяла, приподняла И к вывеске красивой, как к витрине подвела;