Александр Левенбук – Еврейские анекдоты навсегда (страница 2)
— Но ее родители против.
— Так не женись.
— Но я ее очень люблю.
— Так женись.
— Но мои родители тоже против.
— Так не женись.
— Но я не могу без нее жить.
— Так женись.
— Но на что мы будем жить?
— Знаешь, какой я дам тебе совет? Крестись!
— Зачем, ребе?
— Затем, чтоб ты морочил голову попу, а не мне.
— Ты помнишь дядю Гришу из Кишинева?
— Конечно, помню.
— Так представляешь, вчера ночью я во сне разговаривал с ним по телефону, хотя он уже два года как умер.
— Бывает...
— Но самое интересное, что сегодня принесли счет за переговоры с Кишиневом.
Еврей хвастается своим раввином:
— Однажды наш ребе упал в воду, глубина была больше трех метров, а наш ребе не умеет плавать. На счастье, у него были при себе две маринованные селедки. Он взял их в руки, они ожили и вытащили его на берег.
— Слушайте, я в эту историю не верю. Чем вы это можете доказать?
— Вы же сами видите: наш ребе жив!
Два еврея прогуливаются. Начинается дождь.
— Открой свой зонтик, — говорит один.
— Это ничего не даст, в нем одни дыры.
— Так зачем ты его взял?
— Откуда я мог знать, что пойдет дождь?
Две одесситки ругаются:
— Ах ты, старая курва!
— При чем тут возраст?
Украинец стоит возле плаката: «Бей жидов, спасай Россию!» Прочитал и думает: «Средство дюже гарно, но цель?!»
Учитель рассказывает ученикам о мудрости Создателя:
— Если у человека недоразвито одно из чувств, справедливый господь развивает какое-нибудь другое чувство. Слепой не видит, зато у него хороший слух. Глухой не слышит, зато у него хорошее обоняние. Кто приведет еше пример?
Отзывается Венчик:
— У моего дяди, — говорит он, — правая нога короче, зато левая длиннее.
В еврейской семье родился ребенок. Счастливый отец приходит к раввину.
— Ребе, как мне лучше записать мальчика? На год раньше? Его на год раньше возьмут в армию. На год позже? Тогда он на год позже вернется из армии. Что делать?
— Запиши, как есть.
— Ой! Мне это даже в голову не пришло!
Госпожа Гольдман отправляет в Киев телеграмму: «Врач велел оперировать оперировать».
Вскоре приходит ответ: «Врач велел оперировать оперировать».
Телеграфист усмотрел в этом шифр и поставил в известность полицию. В полиции госпожа Гольдман объясняет:
— Я имела в виду: «Врач велел оперировать. Оперировать?» Муж ответил: «Врач велел оперировать? Оперировать!»
Три еврейских коммерсанта часто ездят по одному и тому же маршруту. Они уже знают все анекдоты: стоит только открыть рот, все кивают:
— Знаем!
Наконец они решают все анекдоты записать, пронумеровать и называть только номер, чтоб вызвать смех.
По пути заходит новый пассажир и с удивлением присматривается. Он просит принять его в игру. И зучив перечень анекдотов, он выкрикивает: «32!» Никто не смеется.
— Что случилось? — удивляется он, — это ж первоклассный анекдот.
— Да, — соглашаются попутчики, — но надо уметь его рассказывать.
В кондитерскую заходит пожилой еврей. Видит продавца-еврея и обращается к нему:
— Молодой человек, у вас пряники свежие?
Продавец, понизив голос, отвечает:
— Не советую: очень старые и заплесневелые.
— А печенье?
— Печенье?.. Знаете что, возьмите лучше пряники.
В советские годы.
— Рабинович, скажите, что такое счастье?
— Счастье — это жить в нашей советской стране.
— А несчастье?
— Это иметь такое счастье.
Изя поехал к родственникам в Кишинев и там скончался. Родственники думают, как бы подешевле сообщить семье об этом печальном событии. Придумали и послали телеграмму: «Изя — все». Через неделю приходит ответная телеграмма: «Ой».
Уволенный Рабинович обращается в юридическую консультацию:
— Может ли дирекция...
— Может!
— Но в таком случае, могу ли я...
— Не можете!