Александр Лецер – Реальность, которая слушается… детей (страница 2)

Она исчезла так же внезапно, как появилась, оставив их под дождём. Полина сжала пергамент. Зимний дворец ждал их, но что-то подсказывало ей, что Хранитель теней уже знает об их плане. И он не собирается играть по-честному.

Глава 3. Тени Зимнего дворца

Ночной Санкт-Петербург сиял, словно драгоценный камень, но на Дворцовой площади было зябко и пустынно. Зимний дворец возвышался перед Полиной, Ромой и Даней, его бирюзовые стены отливали под светом фонарей. В руках Полина сжимала фонарь Лёки, который слабо мерцал, будто чувствовал их неуверенность. Медальон в её кармане был горячим, а пергамент с отметкой Зимнего дворца казался тяжелее, чем должен быть лист бумаги.

– Здесь как в фильме ужасов, – пробормотал Рома, оглядываясь. Его футбольный мяч он оставил дома, но пальцы нервно теребили край куртки. – Где искать эту подсказку?

– Лёка сказала, что надо желать ясно, – напомнила Полина, стараясь звучать спокойно, хотя её мнительность нашептывала, что за каждым углом прячется Хранитель теней. – Может, сначала попробуем… почувствовать, что наши мечты уже сбылись?

– Как это? – Даня, державший её за рукав, посмотрел на неё с любопытством. Его кроссовки промокли, но он всё равно улыбался, будто это было великое приключение.

Полина задумалась. Она вспомнила, как на репетициях K-pop танцев ей иногда удавалось поймать момент, когда всё получалось идеально – музыка, движения, уверенность. Может, это и есть то самое чувство? Она достала из рюкзака свой блокнот, где обычно записывала идеи для хореографии, и открыла чистую страницу.

– Давайте напишем письма, – предложила она. – Будто мы уже там, где хотим быть. Будто всё уже случилось. Лёка говорила, что реальность слушается, если верить, что это правда.

Рома фыркнул, но сел рядом на холодную брусчатку у Александровской колонны. Даня тут же плюхнулся на землю, вытаскивая из кармана карандаш. Полина раздала им по листу из блокнота и начала писать, представляя себя на сцене. Её пальцы дрожали, но слова лились легко:

«Дорогая Полина, ты сделала это! Ты танцуешь на огромной сцене, и толпа аплодирует. Ты больше не боишься, что не справишься. Ты знаешь, что можешь всё. Реальность послушалась тебя, потому что ты поверила в себя».

Рома, нахмурившись, склонился над своим листом. «Рома, ты забил решающий гол на чемпионате! Твоя команда кричит твоё имя, и тренер говорит, что ты лучший. Ты тренировался каждый день, и теперь ты звезда».

Даня, высунув язык от усердия, нацарапал: «Даня, у тебя куча друзей, и ты живёшь в доме с садом, где бегает твой пёс! Каждый день – как праздник, потому что ты всегда счастлив».

Когда они закончили, Полина почувствовала странное тепло, будто их слова оживили воздух вокруг. Фонарь Лёки вдруг вспыхнул ярче, и луч света указал на арку, ведущую к дворцу.

– Это знак! – воскликнул Даня, вскакивая. – Пошли туда!

Они пробрались под арку, и фонарь осветил стену, где среди декоративных узоров снова появилась знакомая спираль. Полина прижала медальон к ней, и, как у Медного Всадника, раздался щелчок. Камень сдвинулся, открыв тайник, в котором лежала маленькая шкатулка с гравировкой: «Верь, и реальность откроется». Внутри оказался ключ с орнаментом в виде волн.

– Это к чему-то во дворце, – прошептала Полина. – Может, к следующей подсказке?

Но не успела она договорить, как фонарь Лёки погас, и площадь погрузилась во тьму. Ветер стих, но тишина была такой плотной, что казалось, она давит на уши. Даня прижался к Полине, а Рома шагнул вперёд, будто готовясь защищаться.

– Кто здесь? – крикнул он, но голос эхом отразился от стен дворца.

И тогда они услышали шаги. Медленные, тяжёлые, как будто кто-то в сапогах шёл по мокрому камню. Из тени арки появилась фигура Хранителя теней. Его воронья трость стучала по брусчатке, а глаза сверкали, как осколки льда. Но он был не один. Рядом с ним стояли двое – мальчишка лет четырнадцати с ехидной ухмылкой и женщина в тёмном плаще, чьё лицо скрывал капюшон.

– Вы слишком любопытны, – проговорил Хранитель, его голос был холоднее Невы. – Этот ключ не для вас. Отдайте его, и я оставлю вас в покое.

– Ни за что! – выпалил Рома, сжимая кулаки. Полина хотела его остановить, но страх сковал её. Мальчишка рядом с Хранителем шагнул вперёд, и в его руке блеснул нож.

– Не надо играть в героев, – сказал он насмешливо. – Вы не знаете, с чем связались.

Даня всхлипнул, и Полина, преодолевая дрожь, спрятала его за собой. Её взгляд упал на блокнот, выпавший из рюкзака. Письма, которые они написали, лежали на мокрой брусчатке, и вдруг она вспомнила слова Лёки: «Действуй, будто это уже твоё». Она представила себя сильной, как в своём письме, и выпрямилась.

– Мы не боимся вас, – сказала она, хотя голос дрожал. – Этот ключ наш, и мы найдём, к чему он ведёт.

Хранитель прищурился, но, прежде чем он успел ответить, воздух разорвал резкий звук – звон колокола с Петропавловской крепости. Хранитель вздрогнул, а его спутники отступили в тень. В этот момент фонарь Лёки снова зажёгся, и Полина увидела, как фигура девушки с зелёными волосами мелькнула за колонной.

– Бегите к Эрмитажу! – крикнула Лёка, и её голос эхом разнёсся по площади. – Они не посмеют туда войти!

Полина схватила Даню за руку, Рома подхватил блокнот, и они бросились бежать через площадь к боковому входу Эрмитажа. Сердце колотилось, а шаги Хранителя и его спутников звучали всё ближе. Они влетели в тень дворца, и дверь, которую указала Лёка, захлопнулась за ними с оглушительным стуком. Но в темноте коридора Полина услышала новый звук – тихий смех, доносящийся откуда-то из глубины Эрмитажа. И он был совсем не похож на голос Лёки.

Глава 4. Свет в лабиринте Эрмитажа

Темнота Эрмитажа обволакивала Полину, Рому и Даню, словно густой туман над Невой. Они прижались друг к другу у массивной двери, за которой затихли шаги Хранителя теней. Фонарь Лёки мигал слабо, освещая лишь кусочек мраморного пола с золотистыми прожилками. Где-то в глубине коридора всё ещё звучал тот жуткий смех, от которого у Полины мурашки бежали по спине. Даня дрожал, уткнувшись ей в плечо, а Рома, сжимая ключ из шкатулки, пытался выглядеть храбрым, но его побелевшие пальцы выдавали страх.

– Это место… оно как живое, – прошептала Полина, её голос дрожал. Она вспомнила, как в детстве боялась тёмных углов Эрмитажа, когда мама водила их на выставки. Теперь этот страх вернулся, но был в тысячу раз сильнее. – Что, если мы заблудимся? Или тот смех… это ловушка?

– Не паникуй, – сказал Рома, но его голос был хриплым. – Мы справимся. Должны справиться.

Даня всхлипнул. – Я хочу домой. Там нет никаких страшных людей с ножами.

Полина почувствовала, как её собственный страх начинает душить, но вдруг вспомнила слова Лёки: реальность слушается тех, кто верит. А ещё – совет из какого-то видео про K-pop, где её любимая Лиса из Black Pink говорила, что в трудные моменты нужно вспомнить что-то хорошее, чтобы вернуть себе силы. Полина сглотнула и крепче сжала руку Дани.

– Подождите, – сказала она. – Давайте… вспомним что-то хорошее. Что было сегодня крутого? Если мы это сделаем, может, станет легче. И… вдруг Вселенная нам поможет?

Рома посмотрел на неё, как на сумасшедшую, но Даня тут же поднял голову. – Я первый! Сегодня я нашёл медальон! И он такой красивый, как из сказки. И ещё… мы убежали от того страшного дядьки! Мы молодцы!

Полина улыбнулась, несмотря на холод в груди. – Да, Даня, ты прав. А ещё… я сегодня написала письмо в блокноте. И когда писала, я правда почувствовала, что могу танцевать на сцене. Это было круто.

Рома пожал плечами, но всё-таки сказал: – Ладно… Я тоже написал письмо. И представил, как забиваю гол. Будто это уже случилось. И ещё… мы нашли этот ключ. Это же не просто так, да?

С каждым словом темнота вокруг будто отступала. Фонарь Лёки загорелся чуть ярче, и Полина почувствовала, как в ней растёт странное ощущение – смесь уверенности и лёгкости, как будто она могла прыгнуть и долететь до звёзд. Она посмотрела на братьев и вдруг поняла: они не просто дети, которые случайно нашли медальон. Они – команда, и вместе они могут всё.

– Я всё могу, – тихо сказала она, пробуя эти слова на вкус. Они были как искры, разгорающиеся внутри. – Мы всё можем. Хранитель или кто там ещё – они нам не помешают.

– Точно! – Даня выпрямился, его глаза заблестели. – Мы как супергерои!

Рома кивнул, и в его взгляде появилась решимость. – Тогда пошли. Найдём, куда ведёт этот ключ.

Они двинулись по коридору, ориентируясь на свет фонаря. Эрмитаж был лабиринтом: огромные залы сменялись узкими проходами, а стены украшали картины, которые в полумраке казались живыми. Полина заметила, как на одном портрете – старик в золотом камзоле – будто подмигнул ей. Она вздрогнула, но напомнила себе: Я всё могу. Страх всё ещё был, но теперь он не управлял ею.

Вскоре они вышли в Малый Тронный зал. Посреди комнаты стоял резной стол, а на нём – старинный сундук с замком в форме волн, точно как на ключе. Полина затаила дыхание и вставила ключ. Замок щёлкнул, и сундук открылся, обнажив внутри свиток, перевязанный алой лентой. На свитке была надпись: «Следуй к сердцу города, где время застыло. Реальность ждёт тех, кто верит».

– Сердце города… – задумался Рома. – Это, наверное, Петропавловская крепость. Там же часы на башне!