Александр Лепехин – Служба поддержки (страница 7)

Вылетев на тротуар, молодой человек замотал головой, увидел знакомый «Майбах» и рванул к нему. В прошлый раз Толстяк выходил с заднего сидения, значит, он ездит не один. Минимум – шофер. И телохранитель. Ну должен же у него быть телохранитель?!

Ярик почти добрался до автомобиля, когда откуда-то из-за багажника навстречу ему вышел Зейн. Лицо у него было мрачное и сосредоточенное. Понимающий рывком распахнул дверь машины и ткнул пальцем внутрь салона. Ярослав не раздумывал. Он нырнул под защиту бронированной, как можно было надеяться, крыши и скорчился на заднем сидении.

Дверь захлопнулась.

Глава 6

Уже второй раз за день Ярослав оказывался в кабинете Зейна, но теперь его хотя бы привезли в полном сознании. И невероятном душевном раздрае.

Сам Понимающий также ехал на заднем сиденье, молча и задумчиво глядя в затонированное окно. Предварительно он включил автопилот и голограмму водителя – узрев подобные технические чудеса, молодой человек даже не испытал удивления. Ну подумаешь, автомобиль-робот. А вот то, что Весьма Уважаемый Гозо Шан почти наверняка погиб, защищая его, Ярика, от компании агрессивно настроенных ящеров – вот это впечатляло. И угнетало.

Не то чтобы никто и никогда ничем для него не жертвовал. Мать, например, регулярно напоминала, как она потратила на Ярослава и его неблагодарного отца свои лучшие годы. В детстве это звучало удивительно и даже обидно: ну как так-то, ведь они с папой любят маму, делают всю работу по дому, дарят ей цветы, рисуют (художника из него, увы, так и не вышло) и готовят (и повара тоже). Позже, уже повзрослев, Ярик осознал: не так важно, что именно говорят тебе близкие люди, главное – чего они хотят этим добиться. Мама просто хотела больше внимания, а упреки были единственным известным ей способом это внимание привлечь. Впрочем, возвращаясь к вопросу жертвы – конечно же, она говорила не всерьез.

Зейн все так же молча налил чаю себе и юноше, прошел за рабочий стол, сел, побарабанил пальцами по стопке каких-то бумаг. Если он и не отсюда, подумалось Ярославу, то жесты и нюансы поведения отыгрывает просто на ура. Миниатюра «Человек расстроен и волнуется». Холст, чай, кровь погибшего. Впрочем, как знать. Если у Себекх было, допустим, энергетическое оружие, то от Пурушу, скорее всего, не осталось даже пепла.

Наконец Понимающий вздохнул, отхлебнул из кружки и ровным, безэмоциональным голосом поинтересовался:

– Надеюсь, вы понимаете, что произошло?

Ярик поморщился.

– Если я правильно понимаю, – он сделал ударение на слове «правильно», – то ваш клиент погиб от лап тех, кто, в свою очередь, его в чем-то обвинял. Или тех, кто считал, что обвинения справедливы. Или… В общем, его грохнули сильно недобрые рептилии с бластерами.

Зейн оживился.

– А, кстати, почему вы решили, что Весьма Уважаемый Гозо Шан мертв?

Молодой человек пожал плечами.

– Мне кажется, если бы он был жив, то мы бы сейчас сидели втроем. Да и дорогую машину он не доверил бы, кому попало.

Одобрительно покивав головой, Понимающий улыбнулся своим особенным манером.

– Уточнение: я – не «кто попало». Взаимоотношения клиента и Понимающего подразумевают предельную открытость и доверие. У некоторых рас даже половые партнеры не считаются настолько близкими, насколько должен, подчеркиваю, должен быть Понимающий.

– А чем вы вообще занимаетесь? Ну, то есть, я примерно представляю: что-то вроде адвоката, детектива, поверенного в делах…

– Психолога. Консультанта. Судьи. Защитника. Мстителя. Понимающий должен, как следует из трактовки термина в вашем языке, вникнуть в дело, с которым к нему пришел клиент. Понять его досконально. Факты, мотивы, эмоциональная подоплека. Личность клиента. То, что он действительно сделал, что планировал и о чем еще даже не задумывался сам, – в голосе Понимающего сквознули едва уловимые нотки гордости. – И на основании этого, либо объявить подзащитного невиновным – и оградить от любых нападок и агрессии, с привлечением дополнительного персонала, если понадобится. Либо признать, что данный разумный виновен в том, что совершил. Или собирается совершить. Или может совершить. И произвести потребное воздействие.

– Подождите, а как же официальные власти? – встрепенулся Ярослав.

Зейн снова отпил чаю.

– У каждой расы, несомненно, есть свой свод законов, придерживаться которого должны представители их вида. Понимающие работают в основном по межрасовым конфликтам. Там, где могло возникнуть… Недопонимание. Для благополучного разрешения подобных ситуаций мы проходим основательную и достаточно сложную подготовку. Прямое обучение, загрузка типовых конфликтов в эмоционально-фактологическую память, дополнительные сенсорные комплексы… Кстати, последние сейчас понадобятся, – и Понимающий демонстративно отставил кружку в сторону.

Ярик напрягся. Нет, он, конечно, верил, что вреда ему не причинят. Но как у любого достаточно взрослого человека, когда-либо проходившего то или иное врачебное обследование, шерсть на загривке у него поднялась рефлекторно.

Тем временем из ящика стола была извлечена знакомая серая коробочка. Зейн пристально посмотрел на нее, от чего устройство коротко блеснуло синим, а затем оранжевым. Понимающий снова кивнул, положил девайс на угол столешницы и прошествовал к дивану.

– Мне понадобятся ваши воспоминания, Ярослав. Я погружу вас в сон – и побуду вами. Не беспокойтесь, дальше последней пары часов я заглядывать не намерен. Потом мы сделаем запись, и от вас потребуется свидетельство того, что она верна и полна. Геноподпись. Процедура безболезненна, но… Вам придется пережить все потребные мне события заново. Вы готовы?

Молодой человек молча кивнул. А что еще оставалось?

…Он снова бежит. Недолго – его догоняют очень быстро. Нечеловечески цепкая хватка на плечах. Падение. Боль в заломленных руках. Голоса. Странно, один из них кажется подозрительно знакомым. Ну, насколько может быть знаком голос, который рождается в горле ящерицы. Но все же, все же…

Другой голос. Мягкая мощь, зашвырнувшая его тело за пару десятков метров от места последовавшего побоища. Опять бег. Машина. Зейн.

Когда Ярослав пришел в себя, Понимающий сидел, уставившись куда-то в пространство. Коробочка, с помощью которой, как догадался юноша, потрошили его мозги, лежала на своем месте. Над ней слабо мерцало и поблескивало.

– Ну что же, запись четкая. У вас отличная визуальная память, да и остальные органы чувств работают без сбоев. Эмоции тоже считываются однозначно и полярно, – Зейн перестал созерцать стену и уставился на Ярика с одобрением.

– К сожалению, на тот момент вы не имели никаких сенсорных имплантов, даже базовой сети, так что опознание будет слегка затруднено. Но это уже кое-что.

Молодой человек сел и потер слегка затекшую шею. Что-то не давало покоя, требовало быть высказанным вслух.

– А если вы их опознаете, то что вам это даст?

Понимающий изобразил на лице живой интерес. Ярик продолжал развивать мысль.

– Ну вот, допустим, среди напавших был тот самый Секракх. Ну, который обвинял Толстяка… В смысле, покойного. Но он же не дурак, так подставляться? И в чем, кстати, была суть обвинения? Я, наверное, много вопросов задаю…

– Нет, что Вы, все по делу, – Зейн уже опять прогуливался взад-вперед. – Только одно уточнение. Секракх – не личность. Это организация. И они обвиняли Весьма Уважаемого Гозо Шана в клевете и убийстве ряда своих собратьев.

– Настолько серьезно? – проникся Ярослав. – А он что?

– Не убивал, – отрезал Понимающий. – Я имею полный, заверенный геноподписью скан его памяти за последние десять лет. Экспертиза не выявила следов редактирования. Значит, по убийствам мы сразу можем подавать протест. С клеветой сложнее…

Ничего себе, подумалось Ярику. Подправить себе память. Нет, ну раз можно прочитать – значит, можно и записать… наверное. А, так ведь да, предлагал же ему Зейн амнезию! Было бы неплохо, кстати, вымарать из своей жизни несколько эпизодов…

Понимающий тем временем продолжал рассуждать вслух:

– Весьма Уважаемого Гозо Шана нанял один из двух оставшихся на Земле Ульев. У них якобы была информация весьма деликатного свойства. Как аналитику, покойному, – Зейн нахмурился, – не было равных. Ну, в нашей системе. И кое-что было в тех данных, которые он получил от Улья, что нарушило его эмоциональный баланс и заставило довольно резко высказаться в адрес Секракх. Те сразу же отреагировали – и пошли в контратаку.

– Так а что конкретно он сказал? – Ярослав от любопытства подался вперед.

Понимающий вместо ответа разлил чай по кружкам, одну вручил молодому человеку, из другой сделал несколько глотков. Потом испытующе посмотрел на Ярика.

– Видите ли, Ярро… Слав. Скажите, можно я буду называть вас Ярро? Мне так привычнее.

– Да, конечно! – слегка удивился поименованный. Зейн тем временем развивал мысль:

– Так вот, Ярро, Секракх – очень древняя организация. Именно они провели ту диверсию, в результате которой появились вы, Люди. И Весьма Уважаемый Гозо Шан обмолвился в приватной беседе с одним не в меру болтливым типом… Видите ли, он был профессионал своего дела, но излишне доверчив, как и все Пурушу… Есть у них такая расовая особенность. Так вот, он сказал, что теперь Секракх собираются исправить свою «ошибку».