Александр Лепехин – Первый Гвардейский кавалерийский корпус (страница 5)
Самолеты пр-ка действовали очень нагло и без противодействия со стороны наших истребителей. Видимо наши войска так быстро двигались вперед, что авиация не успевала перебазироваться на новые аэродромы, да еще ее было мало. Поэтому тактика оставалась прежней, все передвижения и маневры, вплоть до боев с пр-ком производить ночью. Потому что днем всякое передвижение замечалось, наносился авиаудар и гибли наши воины. Вот что докладывал Белов командующему Западным фронтом генералу армии Жукову: «Докладываю Вам, что днем почти невозможно двигаться. Постоянно в воздухе 10 – 12 бомбардировщиков бомбят и обстреливают из пулеметов любые цели. Много гибнет лошадей. Гибнут лучшие люди. Отчаянно прошу прикрыть истребителями главные силы корпуса в районе Бобынино, Мещовск, Козельск, Каменка… Очень нуждаюсь в боеприпасах. А главный бой впереди. Настроение у всех боевое. Желательно замкнуть кольцо окружения у Юхнов, подвижной группой вашего правого крыла. Белов».
Связь с дивизиями плохая. Рации штаба корпуса и дивизий отстали из-за обильных снегопадов, а войска быстро продвигаются вперед. Выручали только верховые лошади. Они преодолевали все снежные заносы и не позволяли снизить темп наступления, даже по глубокому снегу.
1 Гв кд и 75 кд продолжали вести бой за Козельск, Демовка к 9.00 28.12.41 года овладели Козельск, с утра 29.12.41 года в движении в район Мещовск. Опергруппа Белова, продолжала преследование отходящих частей противника в северо-западном направлении, к исходу 30.12 основными силами достигла района г. Юхнов. Продолжая перехватывать Московско-Варшавское шоссе, войска Белова вели упорные бои с крупными силами противника, стремящимися прорваться по шоссе на запад. И эти все успехи достигнуты без поддержки авиации и танков, а у противника был полный ассортимент необходимой авиации, танков, вооружения и боеприпасов.
2 января 1942 г. 1-му Гвардейскому кавалерийскому корпусу ставят новую задачу – сначала разбить противника в районе Мосальск, затем наступление и захват г. Вязьма в тылу противника. С юга к Вязьме должен был подойти корпус Белова, которую с севера должна была атаковать 33 армия под командованием генерала Ефремова. Пришлось остановить успешную операцию у Юхнова. Наши войска уже подошли близко к Юхнову, захватили юхновский аэродром противника, некоторые наши отряды пересекли Варшавское шоссе южнее Юхнова, причем освободили большую колонну пленных красноармейцев, которых немцы отводили из Юхнова на Спас-Деменск. Однако все это пришлось бросить и повернуть налево. Для выполнения новой задачи, необходимо было серьезно заняться вопросами тыла. Главные вопросы – это техника, боеприпасы, валенки и водка для бойцов. Прибыл 152-й отд. зенитно-артиллерийский дивизион и встал на огневые позиции. Теперь самолеты противника поубавят свой пыл.
Эта директива отменяла вчерашнюю директиву, где фронт требовал разбить Юхновскую группировку, а потом наступать на Вязьму.
В районе Мосальска противник не только упорно оборонялся, но и переходил в яростные контратаки. Дороги сзади наших войск были занесены снегом, так что подвоз боеприпасов крайне задерживался. Корпус получил подкрепление в виде нескольких отдельных лыжных батальонов (ОЛБ), которые отважно воевали совместно с корпусом и на фронте и в тылу врага во время рейда. Через сутки, после подвоза немного боеприпасов, было принято решение на охват Мосальска с двух сторон. Для выполнения этой задачи, корпусу были подчинены две дивизии 325 и 328. 9.1.1942 был освобожден древний русский город Мосальск.
Прорваться через Варшавское шоссе не получалось. Все попытки отбивались огнем пр-ка. Немцы хорошо выстроили оборону, разумно расставили огневые точки. Все населенные пункты вдоль шоссе были превращены в опорные пункты обороны шоссе и перекрывали огнем все шоссе. Лишние кусты и деревья, в основном, были вырублены, чтобы освободить обзор и зону обстрела. По шоссе постоянно курсировали подвижные патрули на бронетехнике. Но в одном месте лес очень близко подходил к шоссе, что позволило сосредоточиться 2 ГвКД и 75 кд. Передвигаться по лесу и в глубоком снегу танки и большая часть артиллерии не могли и ее пришлось оставить. В ночь на 27 января эта группа под командованием полковника Осликовского прорвалась в тыл врага. 28 и 29 января через Варшавское шоссе в тыл противника прорвались остальные силы корпуса. Через оборонительную полосу противника удалось прорваться пяти кавалерийским дивизиям и с ними около трех лыжных батальонов. Войска шли параллельно двумя колонами. Проводники из местных вели, минуя большие дороги, все больше лесом по глубокому снегу. Лошади кавалеристов справлялись с этой задачей. Командир корпуса постоянно находился в движении, его жеребец «Победитель» донской породы уверенно преодолевал снежные заносы. Снега было настолько много, что дороги представляли из себя большие канавы, прорытые в снегу, в которых полностью скрывалось передвижение не только людей, но и машин. Предпринятые меры по соблюдению тишины, маскировка, снегопад и метель скрывали передвижение наших кавалеристов. Такая большая масса войск проходила рядом с населенными пунктами, занятыми немцами, но они их не замечали.
В лесу попадаются небольшие деревни, в которых кавалеристы иногда останавливаются на привал. Деревни были набиты нашими людьми. Тут и кавалеристы, и лыжники, которые сумели группами прорваться через Варшавское шоссе во время попыток пробиться главными силами. Некоторые здесь жили уже уже несколько дней и привыкли к обстановке. Тут же встретились с войсками корпуса и наши парашютисты, которых Белов тут же подчинил себе.
30 января все силы, прорвавшиеся в тыл к немцам, собрались в р-не д. Вязовец. Оттуда они двинулись через ст. Угра на Вязьму, с целью захватить ее в тылу у немцев совместно с войсками 33 армии. По пути им встречались партизаны и вооруженные люди, охраняющие свои дома, среди последних было много женщин.
Нашим войскам удалось пройти без боя до д. Бабенки. Здесь наших кавалеристов заметили и их обстреляли из деревни. Начался бой. Немцев поддерживала авиация, но это им не помогло. Деревня были занята. В ней оказалась база карательного отряда, немцы там бросили много обозов с оружием и другим имуществом. В деревне Покров был обнаружен наш госпиталь, который попал в окружение еще осенью 41 года, но медики, несмотря ни на что, лечили раненых солдат, а местное население помогало им продуктами. В корпусе постоянно увеличивалось количество своих раненых. Командование корпуса настаивало на их эвакуации на «Большую землю» авиацией. Был организован авиамост и прикрытие боевых порядков корпуса нашими истребителями.
В начале февраля на помощь корпусу была сброшена на парашютах 8 воздушно-десантная бригада, которая в своем составе имела до 3000 чел., но при десантировании их разбросало на большой площади и первоначально удалось собрать всего 800 десантников. Некоторые приземлились в расположение пр-ка и были убиты или попали в плен, но большая часть оказалась у партизан или в наших кавполках. Необходимо было пополнять наши части. Оказалось, что по лесам и в населенных пунктах прячется много окруженцев. Их стали собирать и зачислять в подразделения. Многие партизаны тоже просились к кавалеристам. Было произведена реорганизация партизанских отрядов. Из них были сформированы две партизанские дивизии и один партизанский полк.
Передвижение наших войск постоянно сталкивалось с хорошо организованной оборонной немцев, но это их не спасало, хотя существенно замедляло движение к цели рейда – г. Вязма. Был освобожден г. Дорогобуж, в нем и в населенных пунктах освобожденных нашими войсками восстанавливались советские органы управления. Немецкие войска действовали активно, то и дело наши части попадали в окружение и с боем выходили из кольца. В этих условиях командиры должны были быть примером для своих подчиненных. Быстро собирать информацию, принимать правильное решение и тут же реализовывать его. Нерадивые командиры отстранялись от командования и заменялись другими, которые могли выполнять поставленные задачи в этих сложных условиях. Некоторые отдавались под суд военного трибунала. Так был отдан под суд начальник штаба корпуса полковник Заикин, который струсил и совершил самострел. В части корпуса немцами засылались шпионы из числа завербованных наших пленных и запуганных граждан, но они быстро выявлялись и большей частью уничтожались.
Частям корпуса было очень тяжело вести бои без артиллерии и танков с до зубов вооруженным врагом. Нашлись танкисты, которые взялись восстанавливать подбитые танки, брошенные на полях сражений еще летом, и тут же на них шли в бой. Всего было подобрано на полях боев, по дорогам и отбито у немцев и восстановлено 28 танков. Боевые порядки корпуса стали так же пополняться трофейной артиллерией. Из местного населения были созданы специальные бригады, которые по местам боев из-под глубокого снега откапывали оружие и боеприпасы. В одном месте было откопано сразу более 20 пулеметов. За все время рейда через линию фронта корпусу не было переброшено ни одного патрона, все необходимое собирали на местах боев и по дорогам. Зачастую снаряды приходилось переснаряжать под необходимый калибр. Это была очень опасная, но необходимая работа. Беловские «Кулибины» из обломков оружия собирали действующие образцы. Так иногда одну пушку собирали из трех разбитых.