Александр Лекомцев – Листва – миллиарды магнитов (страница 4)

– Что-то вы слишком уж много о нас знаете! – возмутилась Юлия. – Если мертвец, так и лежи себе в могиле!

– Надо же, – вспылил Погодин, – он ещё нам и угрожает!

Павел собрался по-мужски поговорить с таксистом. Но не успел. Почти мгновенно водитель исчез вместе с машиной, как бы, растворился в воздухе. Они оказались в сидячем положении на лесной заброшенной дороге, совершенно не понимая, что происходит. Встали, отряхнулись от пыли. Павел обнял Юлю. Таким образом, попытался успокоить девушку, без слов. Что тут говорить.

Благо, что её фиолетовая сумочка и его портмоне, обычный «лопатник» из чёрного дерматина или другого заменителя кожи, остался на месте, на поясном ремне. Деньги и смартфоны тоже не пропали.

Молодые ботаники попытались позвонить своим знакомым. Ведь надо же было проверить, как работает связь. Но она не действовала. Студенты присели на ствол поваленного дерева. Решали, куда теперь идти. Им сейчас было почти не до ботанического сада.

– Если прямо шагать по этой дороге, – убеждённо сказала Юля, – то она обязательно куда-нибудь приведёт.

– Наверное, так. Но только вот куда она приведёт? Похоже, что твоя бабушка про солнце после полнолуния была частично права. А я уж думал, что она тебе нового жениха подыскивает на будущее, богатого и процветающего. Виноват, что так подумал.

– Брось ты, Паша, чепуху говорить! Какой ещё жених? Ты у меня один… и навсегда! Кроме того, я ни в какие чудеса и кошмары не верю. Просто таксист оказался очень взрослым, но хулиганом или мелким пакостником.

– Если не считать того, что он очень похож на твоего соседа, похороненного три года тому назад.

– Меня удивляет, Паша, что ты веришь во всякую ерунду.

– Конечно, мы же с тобой ботаники. Мы верим только во все реальное. Но вот только куда подевался шофёр вместе со своим «Фольксвагеном»? Или он нам померещился? Юля, ведь таксист исчез не один, а вместе со своим автомобилем.

– Ты бы спросил меня о чём-нибудь попроще, Паша. Тогда бы я тебе ответила обстоятельно и подробно. Но нам необходимо идти! Любоваться природой некогда. Здесь тоскливо и безлюдно. Думаю, что нам надо шагать прямо по дороге. В любую сторону.

Он промолчал, согласился с Юлией. Да и другого выхода не было. Не блуждать же по тропкам в глухом и незнакомом лесу.

Студенты прошли уже около часа, но дорога всё не заканчивалась. Но они понимали, что надо идти только по ней и в одну сторону. Самых разных деревьев вокруг них великое множество, но теперь, явно, не время собирать гербарии. Надо было, как-то, выходить из непредвиденной и, возможно, опасной ситуации.

Студентов, понятно, удивило и то, что шофёр «Фольксвагена» и, скорей всего, оживший покойник говорил, как и Лариса Тимофеевна, про капканы, поставленные на них. Наверное, и на других людей, разумных и целеустремлённых, Чёрные силы для этого заготовили немало самых разных ловушек и прочих мерзких приспособлений.

Нет ничего удивительного в том, что злодеи всех мастей добрых и адекватных людей не жалуют. Скорей всего, бесов всего мира радовало бы то, если бы Земля была заселена, в основном, недоумками. Слабоумных граждан не обязательно уничтожать. Ведь с такими просто договориться или, как обычно, зомбировать, превращать их сознание в кисель, в ничто. А всё, что начало происходить с Погодиным и Морозовой, казалось им чем-то диким и одновременно смешным. Они уже предполагали, что совсем скоро им будет не до смеха, не до веселья.

В глубоком овраге

Из густой травы выскочил маленький зелёный кузнечик. На него, конечно, ботаники не обратили бы никакого внимания, если бы на их глазах он ни начал стремительно расти. Этого ещё не хватало! Буквально через минуту он стал страшным трёхметровым существом, намного больше африканского слона и гораздо страшнее его. Намерения у мерзкого гигантского насекомого были не добрыми.

Кузнечик, шевеля усами, явно, намеревался в прыжке сбить их с ног и, без всякого сомнения, сожрать или просто раздавить ради потехи и не понятного самоудовлетворения.

Ни на секунду Павел и Юлия не сомневались в том, что этот зелёный монстр не собирается их щадить. Нет у него в планах демонстрации и малейшего милосердия.

Схватив за руку свою спутницу, Погодин, не раздумывая, увлёк её в сторону то ли оврага, то ли просто глубокой ямы. Это было единственной возможностью спастись от неминуемой гибели. Прыгнув вниз в чёрную неведомую бездну, они, уже в падении вниз, увидели то, как высоко над ними пролетел гигантский кузнечик. К счастью, он не успел расправиться с молодыми дендрологами.

Яма была довольно глубокой. Но ботаникам повезло. Они упали с большой высоты на огромную кучу перегнившей листвы, которая, видимо, годами копилась здесь.

– Мы спасены, – пошептал Юлия. – Этот чёртов кузнечик…Будь он трижды не ладен!

– Ещё немного, и он бы съел нас, – сказал Павел. – Я в этом абсолютно уверен.

– Но я ни сказал бы, что вы спасены, – послышался чей-то неприятный скрипучий голос.– Тот, кто попадает сюда, в живых не остаётся. Так уж заведено. Это у нас тут такая добрая традиция.

– Вам что, здесь больше нечем заняться? – задал вопрос непонятно, кому, Павел. – Других дел, что ли, лет?

– Ну почему же? – ответил голос. – Работы много всякой и разной. Но наше основное занятие уничтожать таких, как вы чрезмерно умных и положительных.

В страхе всем телом Юлия прижалась к Павлу. Дно оврага или глубокой ямы осветилось ярким зелёным светом, и перед ними появилось огромное крылатое существо, похожее на чёрного гуся, но с человеческой головой.

Весь парадокс заключался в том, что на голову этой гигантской птицы был надет чёрный цилиндр, а в зубах – дымящаяся сигара. Под большими и широкими крыльями неведомой гигантской птицы они разглядели ещё пару костяных четырёхпалых лап. Скорей всего, это было некоторое подобие рук.

Нелепое и страшное существо устроилось в нескольких метрах от них. Оно одной из передних лап вынуло из толстых синих губ сигару и потушило её о сырое дно ямы. На Погодина и Морозову уставились большие красные глаза навыкат. При необычном ярком зелёном свете студенты-дендрологи без труда разглядели его крючковатый нос и узкий лоб. Из-под цилиндра торчали не волосы, а густые и узкие чёрные перья.

– Ну, вот вы и добрались до места, – сказал монстр. – В какой-то степени мне жаль вас. Непростые люди, а ботаники. Таких среди людишек не так уж и много.

– Тогда отпустите нас, – выразил надежду на спасение Павел. – Чего вам стоит?

– А куда я вас отпущу? – левой передней лапой монстр почесал затылок. – Наверх вы не выберетесь. Высоко. Метров десять.

– Мы постараемся, – губы и Юлии дрожали. – Нам на экскурсию надо попасть, в ботанический сад, или, в крайнем случае, вернуться домой.

– Ой, да бросьте вы говорить ерунду, – запротестовал монстр. – Какая ещё там экскурсия? Вся жизнь, даже самая нелепая, сплошное путешествие.

– Что с нами будет? – тихо спросила Морозова. – Что-нибудь плохое произойдёт, да?

– Плохое или хорошее, не знаю. Но вы теперь – самое обычное звено пищевой цепочки. Вас просто сожрут. Если не я, так кто-нибудь другой. У нас тут активистов много. А сидели бы вы дома, то, остались бы ботаниками, изобретательными и умными. Даже деревья могут притянуть вас к себе своими листьями, а потто проглотить, не пережёвывая.

– Ничего не поделаешь, – Погодин старался выиграть время, обдумывая сложную ситуацию. – Оказывается, что и вы, уважаемый, не знаете, что здесь произойдёт с нами. Рассказываете нам страшные сказки.

– Всё реально, и я проконтролирую ситуацию, – заверил их монстр, – и постараюсь лично принять вас обоих в пищу. В конце концов, вы – моя добыча.

После такого откровения монстра студентов обуяло чувство ужаса. Ведь он, наверняка, не сразу лишит их жизни, а будет рвать тела ботаников, будущих дендрологов, своими чёрными зубами и всеми четырьмя лапами по частям. Иного варианта не представлялось. Сейчас им оставалось только слушать мерзкое говорливое существо и думать. Даже перед смертью такая привилегия почти у каждого человека имеется, если он, конечно, его ни настигает внезапная смерть.

Видно было, что чудовище очень ценило и уважало себя. По этой причине монстр сразу же сообщил, что не собирается спрашивать, как зовут его будущую пищу. Он знает о них если не всё, то достаточно для того, чтобы со спокойной совестью съесть. Кто же он сам? Один из самых почётных жителей одного из сопутствующих земной обители мира. Приподняв правой передней конечностью цилиндр над головой, он представился. Сообщил, что он – подземный ястреб Ганс Янсович Пандабис.

При этом пояснил, что чуть глубже, на три-четыре километра, планета Земля практически полая. Очень много места для полётов. Да и Ганс Янсович там обитает не один, но его все уважают.

Естественно, для него ничего не стоит вылететь из этой, не такой уж и глубокой ямы в их земной мир, но пока Пандабис наверх и не собирался. Пищи, вполне, достаточно, а потом кузнечик Хрунь сбросит ему ещё пять-шесть заблудших сюда человек. Пусть даже они не будут ботаниками. Какая разница. Ведь ему, всё равно, кого принять в пищу.

– Если уж мы не разбились, когда упали на дно этого оврага, – сказал Погодин, – то, может быть, нам повезёт. Как-нибудь спасёмся.

– Да, мы удачно упали, – заметила Морозова, – прямо на кучу перегнившей листвы.