Александр Лекомцев – Безмерные тела секунд (страница 12)

Расставшись с Ерофеем Денисовичем, путники снова отправились в дорогу. Через несколько часов они для краткого отдыха остановились на заболоченном участке. На сопках и в горах таких предостаточно. Они обратили внимание на белые, почти цилиндрические, предметы.

– Почему бы нам на них ни присесть? – сказал Глеб. – Очень удобные брёвна.

– Ничего в них опасного нет, – Зэнзэн выразила уверенность в своих словах. – Не садится же нам прямо на мокрые кочки.

– По большому счёту, дорогие дети, – послышался голос невидимого Штобова, – это не предметы, а живые существа. Эти, можно сказать, могут вас покусать, как бешеные собаки или даже голодные волки.

– Благодарю вас, Ерофей Денисович, – сказал Матвеев, – что вы часто держите нас в зоне своего внимания. Теперь мы уж лучше устроимся на кочках или камнях.

– Что же это за черви? – спросила Луань. – И почему они опасны для нас?

– Это личинки, которые через десять дней становятся куколками, – прозвучал голос Штобова. – Потом каменная кожа на них трескается. Их этих тёмно-коричневых больших, многоногих существ вылетают гигантские серые комары Пищалы. Примерно так же, как из физической оболочки зверя или человека его душа. А тело этой куколки, зловещей на вид, остаётся. Оно со временем разваливается, превращается в очень мелкие камешки, похожую на щебень.

– Ну, ничего себе! – изумился Глеб. – Фантастика какая то! Какое-то не совсем нормальное явление.

– Особенного чуда здесь нет, дорогой мой, – напомнила мужу Зэнзэн. – Примерно так в нашем мире на свет появляются стрекозы и некоторые другие насекомые.

– Да, конечно, – согласился с женой Матвеев. – Я вспомнил. Так оно и есть.

Голос Ерофея Денисовича продолжил звучать. Ведь необходимо же довести до сведения заблудившихся путников самое важное. Штобов остановился на некоторых подробностях, связанных с жизнью Пищал.

Он сразу же уточнил, что кремневые комары, как их личинки и куколки, не агрессивны, не кровососы. Пищей для них служат мелкие камни и даже пыль. Но вот прикасаться к ним опасно. Такой контакт может закончится если не смертью, то тяжёлой и неизлечимой болезнью. Кожа Пищал, их личинок и куколок ядовита. Вот и вся тайна кремниевых комаров.

Издали Матвеев и Луань увидели, как на противоположной стороне небольшого горного болота, поднимаются гигантские серые комары, почти такие же, как и в привычном для переводчиков земном мире. Но только огромные .

Без содрогания на стаю или рой Пищал смотреть было невозможно.

Утром следующего дня путники начали спуск с сопки в низину и приготовились к штурму следующей высокой горы. Они решили поступить так для того, чтобы с её частично заснеженной вершины постараться увидеть как можно больше. Надеялись на то, что им удастся обнаружить большую дорогу или какое-нибудь селение, в котором живут люди.

Вниз они спустились довольно быстро и без приключений. Но вот подняться на высокую гору Матвеев и Луань не имели никакой возможности. Со всех сторон гора, которую им удалось обойти за несколько часов, имела крутые скальные подъёмы. Без специальной подготовки и альпинистского снаряжения к этой возвышенности никак нельзя было и подступиться.

– Жаль, что ничего у нас не получится, Зэнзэн, – с разочарованием сказал Матвеев. – Придётся подниматься на соседнюю гору. Она не очень высокая. Но, может быть, с её вершины мы увидим что-нибудь полезное для себя.

– Всё повторится, Глеб, – вздохнула Луань. – Мы увидим горы и сопки, на которых растут кедры и сосны. Нет никакого смысла подниматься вверх.

– Но если мы начнём бродить по подножиям вершин и ущельям, пусть даже и по полянам, то, вообще, никуда не придём. Заблудимся окончательно.

– Мы давно уже заблудились. Как ты не понимаешь? А помощи нам ждать неоткуда. Ерофей Денисович со своими новыми друзьями пока не знает, чем и как может нам помочь.

– Хорошо. Немного отдохнём на тех вон камнях и решим, что нам делать дальше.

Путники направились вдоль берега горной реки в сторону коричневых камней. Чтобы было удобней и быстрей продвигаться по булыжникам и валунам, они подобрали две крепких суковатых палки.

Направились они туда потому, что рядом с этим местом располагалось подножие следующей горы средней величины. Издалека было видно, что его склоны почти пологие, удобные для подъёма. Глеб и Зэнзэн понимали, что им предстоит штурмовать одну вершину за другой. Они надеялись на то, что, всё-таки, выберутся из этих опасных мест. Может быть, выйдут к небольшому таёжному озеру, на берегу которой поставили палатку.

Но пока им каждый день приходилось идти по глухим и опасным местам в надежде выбраться из неприветливого края или встретить людей. Заблудившиеся путники уже привыкли к ночёвкам под кедрами, на широких листьях бадана и других таёжных трав.

Когда они, наконец-то, довольно близко подошли к тому месту, где решили отдохнуть, то поняли, что совершили ошибку. В метрах пятидесяти от себя они увидели скопление коричневых базальтовых жуков – явно, больше сорока Хрипунов. С таким количеством опасных насекомых на открытом пространстве справиться было практически невозможно.

– Беги к реке, Зэнзэн! – распорядился Матвеев. – Заходи в воду как можно дальше! Палку не выбрасывай!

– А ты куда, Глеб? – приостановилась Луань. – Ты же пойдёшь со мной?

– Не теряй времени! Я побегу следом за тобой! Буду тебя прикрывать!

– Но там же холодная вода!

– В реке наше спасение! Жуки уже заметили нас и направились в нашу сторону.

Хрипуны, всё же, передвигались гораздо медленнее, чем Матвеев и Луань. А для того, чтобы взлететь, им потребовалось бы время.

Река была мелкой и холодной. Переводчики, молодые муж и жена, борясь с течением, стояли на скользких камнях, старались не потерять равновесия. Понятно, что они настроились бороться за свою жизнь до конца.

Но им, всё же, удалось найти место, где течение было поменьше, и это давало им надежду на спасение. Одно дело – переплыть реку с такой холодной водой, но совсем другое – плыть по ней.

Можно запросто расшибиться о встречные валуны или получить переохлаждение, при котором перестанут шевелиться руки и ноги. А это тоже явная гибель.

Жуки, которые в ряд расположились вдоль небольшого участка берега реки, не имели возможности и желания входить в воду. При своём тяжёлом весе они совершенно не умели плавать. Правда, странно и удивительно то, что они были способны не так быстро, но летать. Но загадки природы любого мира порой необъяснимы, и это следует учитывать.

Посоветовавшись, обсудив дальнейший план действий между собой, весьма разумные насекомые решили по двое, чтобы не мешать друг другу во время полёта, атаковать детей с воздуха. Хрипуны ставили перед собой задачу сбить с ног Глеба и Зэнзэн. Надеялись на то, что дети в таком положении окажутся беззащитными. Поднять над водой жуки бы их не смогли, не так велики.

Матвеева и Луань находились в воде по пояс. У них имелась возможность приготовиться к обороне. Они встали спиной друг к другу и подняли вверх свои суковатые палки.

Первая пара базальтовых жуков поднялась в воздух и стремительно направилась в сторону Глеба и Зэнзэн. Но путники без особого труда сбили их налету крепкими палками. Насекомых течение реки отнесло не так далеко. Хрипуны почти сразу же пошли ко дну.

Конечно же, Глебу и Зэнзэн было немного жаль этих глупых и самоуверенных насекомых. Но ведь заблудившимся путникам приходилось защищать свою жизнь. Переговоры со злобными и кровожадными существами оказались бы бесполезными. Если во время вынужденной и необходимой обороны Матвеев и Луань совершат ошибку, то жуки по мелководью вытащат их на берег и разорвут их тела на части.

Несколько Хрипунов во время нападения погибли по собственной глупости, столкнулись в воздухе друг с другом. Понятно, что базальтовых насекомых никак нельзя было назвать большими специалистами и мастерами по полётам.

Но бой для заблудившихся путников оказался не таким уж и простым. Сначала жуки сбили с ног Глеба, и Зэнзэн защищала его. Потом и сама попала в такое же сложное положение. Но, всё-таки, им удалось отбиться.

Оставшиеся в живых, на берегу, последние четыре Хрипуна, поняв, что потерпели поражение, поспешно убрались восвояси. С четырьмя кровожадными насекомыми Глеб и Зэнзэн справились бы и с помощью камней.

Уставшие и продрогшие дети, пошатываясь от усталости, вышли на берег и легли на тёплые плоские камни. Так можно было пусть не сразу, но согреться и немного отдохнуть.

– Всё-таки, мне их немного жаль, – Зэнзэн дрожала от холода. – Их очень много утонуло.

– Они ведь нас не жалели, – возразил Глеб. – Если бы мы действовали не слаженно и не решительно, то они просто бы разорвали нас на части, а потом сожрали. Даже можешь в этом не сомневаться.

– Я не сомневаюсь и с тобой не спорю, Глеб. Так бы всё и произошло.

– Немного обсохнем и пойдём к той самой горе, к которой и направлялись.

– Что нам ещё остаётся делать? Только идти.

– Не отчаивайся, моя любимая жена. Тот, кто идёт, тот обязательно куда-нибудь приходит.

– Но пока мы с тобой никуда не пришли.

Матвеев промолчал. Не знал, что и сказать.

Они начали очередной подъём в гору, конечно же, иногда отдыхая. Подъём был не такой крутой, поэтому они довольно быстро поднимались вверх. На одном из плоскогорий они издали увидели два больших чёрных яйца птицы Летны. Ломая скорлупу, из них уже выбирались два красно-бурых младенца, гранитных бегуна.