Александр Лебедев – Комета 3I/ATLAS (страница 2)

Но вопросов у Аала было гораздо больше. Он многого не понимал, многое не принимал. Ему было не по себе от пребывания среди таких же, как он. Здесь всё было слишком постоянно, слишком статично. Планета всегда была обращена к двойной звезде одной стороной, поэтому день не сменялся ночью, всегда было равномерно светло. Не бывало здесь ни зимы, ни лета. Планета не обладала атмосферой, поэтому не дул ветер, не перемещались по небу облака, не было ни дождя, ни снега. Неровный пейзаж из скальных образований однородного ржаво-охряного цвета не украшали деревья или какая-либо иная растительность.

Но что больше всего беспокоило Аала, ему совершенно нечем было заняться. Да, он мог сформировать себе конечности из того же камня, что был везде вокруг, и отправиться разгуливать по планете. Он даже так делал несколько раз. Но куда бы он не пошёл, картина вокруг менялась незначительно.

«Что, если я пойду на тёмную сторону планеты?» – спросил он у Аага.

«Ты в праве это сделать. Там тоже есть мы. Мне больше нравится быть здесь».

«Но там должно быть холодно».

«Да, там температура ниже, чем здесь. Твои анализаторы сообщат тебе об изменении данного параметра. Но не волнуйся, тебе низкая температура не повредит. Твоё сознание бессмертно».

Всё же перемещаться давало хоть какое-то развлечение. Аал отправился в путь. Добравшись до тёмной стороны планеты, всегда обращённой в противоположную от двойной звезды сторону, он действительно получил данные о низкой температуре. Ход его мыслей не замедлился, а значит и скорость перемещения двигательных конечностей нисколько не снизилась. Снега не было, т.к. замерзать здесь было не чему – всё те же камни, всё тот же пейзаж вокруг. Но здесь в темноте Аал увидел нечто необъяснимо манящее, он увидел звёзды!

Вернувшись к Аагу, без всяких приветствий и праздных манер задал он вопрос: «Звёзды всегда одинаковые?»

«Нет. Наша звезда двойная, есть одиночные, встречаются тройные. Звёзды перемещаются относительно друг друга. Первый из нас, кто отправлялся в путешествие к звёздам, уже вернулся. Он рассказывал много о звёздах и о других объектах в космосе, о планетах, облаках газа, излучениях. Повстречал он два мира, где есть существа подобные нам, живущие на своих планетах, два вида существ, путешествующих по космосу, и бесчисленное множество миров, где разум ещё слишком слаб, чтобы с ним вести диалог».

Душа Аала ликовала. Вот он путь к спасению! Вот как можно сбежать с этой опостылевшей ему планеты и отправиться в путешествие, где будет много нового!

«Ааг, научи меня как лететь по космосу!»

И тот научил его.

Аал сбросил с себя все камни, что удерживал силой мысли, и легко поднялся ввысь. В какой-то момент пришло осознание, что притяжение планеты более не играет решающей роли. Он стал собирать по крупицам пылинки вокруг себя, выстраивая новое тело. Захватил он и запас льда, необходимого для работы расширенного набора анализаторов и зондов. Всё это пригодится в пути, их можно отправлять для забора образцов и детального изучения окружающего пространства. Собственные органы чувств Аала, хоть и имели широкий спектр воспринимаемых параметров, всё же были ограничены в диапазоне действия. Для жизни на планете их было более, чем достаточно, но в масштабах космоса, полагаться только на себя было бы опрометчиво. А хотелось узнать как можно больше, накопить информацию, а по возвращению поделиться ей с сородичами.

Помимо анализаторов и зондов, сформировал Аал ещё и Ассистента. Нет, это получился не какой-то отдельный блок, он был встроен в саму структуру окружившего сознание Аала корпуса. Невозможно провести аналогию с какими-то устройствами. По собственному образу и подобию Аал создал его как набор химических связей, структуру, чья форма постоянно менялась – старые связи разрушались, притяжения между молекулами ослабевали, зато тут же выстраивались новые. Функциональность определила строение, ведь Ассистент нужен был для быстрого анализа данных, установления взаимосвязи между ними, поиску ответов на вопросы. И конечно же, с Ассистентом можно было поговорить.

Аал выполнил всё, чему научил его мудрый Ааг. Чуть оттолкнувшись, он сначала двинулся медленно, совершая вращения вокруг планеты. Но скорость постепенно возрастала. Вскоре он смог уже перепрыгнуть на орбиту вокруг двойной звезды.

Здесь Аала ждало первое открытие. Оказалось, что их планета единственная в данной звездной системе. Никаких других он не обнаружил. Это, конечно же, был уже известный факт, просто он не удосужился спросить об этом ранее.

Набрав ещё большую скорость, комок из льда и пыли с сознанием Аала внутри вышел за пределы гравитации заездной системы и устремился в холодное безмолвие космоса.

Глава 4.

Холодное безмолвие космоса никогда не пугало Алексея. Напротив, космос манил его. Он был как раз тем самым мальчиком, который на вопрос воспитателя в детском саду, неизменно отвечал: – Хочу стать космонавтом.

Так он и шёл к своей цели. Сначала маленькими детскими шажочками, потом более долговязыми подростковыми, а теперь уже уверенными взрослыми шагами. И никакие жизненные перипетии не смогли сбить его с этого пути. Сейчас Алексей заканчивал подготовку к своему первому полёту.

Но несмотря на плотный график тренировок, старался находить время для семьи. Вот и в эти выходные они с женой пригласили в гости сестру Алексея с её мужем и их детьми.

– Проходите, у нас почти всё готово, – жена Алексея открыла дверь и улыбнулась гостям: – Лёша уже ставит горячее в духовку, можно проходить сразу за стол.

– А мы тортик принесли. Знаю, Лёша любит шоколадный, – Елизавета держала на руках младшенькую, а старшая семилетняя Лейла со своим детским рюкзачком держала за руку папу. Отчего-то она не улыбалась. То ли не считала необходимым изображать радость от визита к дяде и тёте, то ли до этого с ней вели не очень приятную беседу.

– Не стойте в дверях, проходите!

Рассевшись за стол и заморив первого червячка, перешли к активному обмену новостями: – Мы уже Лейле к школе всё купили. Неделя нервотрёпки и Боря всё же сподобился вывезти нас по магазинам. Заодно и мелкой вещичек набрали. А то в парке уже нас по одежде узнают, ходим в одном и том же. Мужикам что?! Встал утром, уже красивый. А я сама себя пугаюсь в зеркале. Дома ладно, а так выйти куда?! Я уж сама всё научилась делать: домашний маникюр, депиляция, фитнес-центр и салон красоты. И всё это на 33 квадратных метрах, где ещё детский сад, ясли, а скоро и школа откроется. Говорю ему, давай уже переезжать, там осталось доделать каплю. Но он всё на работе, говорит времени на ремонт нет. У вас-то как?

Алексей с женой уже привыкли к тирадам Лизы. Она всегда говорила много, но не всегда содержательно.

– У нас всё по-прежнему. Сейчас Лёша закончит здесь обучение и тренировки, а на финальную стадию надо будет в Центр подготовки ехать.

– Так это в Петрозаводск? Ничего себе! Там холодно, наверное. И сходить там некуда: по магазинам – одно развлечение. Лёша там от скуки помрёт. Чего вечерами одному делать? Так квартиру дадут или в казарме с солдатиками жить? А ты тут чего делать будешь? Вот бы уже нам ремонт доделать, переехала бы пока к нам, с детьми посидела. Одной-то тоска. А потом вообще улетит. Борь, давай скорее с ремонтом покончим. Комнату найдём или с Лейлой в одной поживёт.

На это старшая посмотрела недобрым взглядом на свою тётю. Похоже, она была не в восторге от такой идеи.

– Ну, да мы так и планировали: я к вам перееду на время, Лёша себе там любовницу найдёт, – она как будто попробовала эти слова на вкус. Получайте, грёбаные психологические тренинги! Я могу посмотреть своему страху в глаза. Молодой, красивый, не пьющий. Одним словом, Космонавт! Ревность изводила, но она пыталась бороться с этим чувством: – Шучу. Я с Лёшей поеду. Ему же постирать, погладить надо будет. Готовить он и сам неплохо умеет, но всегда же приятно возвращаться домой не в холод и запустение, а к теплу и уюту. Лёша поначалу сопротивлялся, но я умею убеждать.

– Да уж, дневная кукушка поднимает вверх лапки. Когда уже детишек делать будете? Пока Лёша там летает, тебе бы тут было чем заняться. Я тебе и вещички сразу отдавать буду за мелкой. Кроватка, коляска – всё вам сразу и передадим. А то мелкая подрастёт, куда нам это всё девать? Знаешь, как удобно? У нас вон от Лейлы всё осталось, так кое-что докупаем.

– Третьего заведёте.

Старшая смотрела на тётку уже не просто с негодованием, это был испепеляющий взгляд. Так порой под хорошие закуски и весёлые шутки возникают детские травмы, меняющие всю последующую жизнь человека. Где-то там за зрачками уже затачивали тесак и намыливали верёвки…

– Нет, уж всё, я пас. Достаточно нам. Жду не дождусь, когда этих вырастим. Замуж отдадим, и с вещами на выход. Я ещё хочу для себя пожить. Мы решили отстреляться и к стороне. Чай, не молодеем с годами. Да, если б ещё Боря мне хоть помогал. Там и футбольную команду нарожать можно. Хотя у тебя так же, Лёша постоянно на сборах. А всё ж детёныша завести бы вам. Молодость пройдёт, потом тяжко будет. Дурное дело ж, не хитрое. Заделали и к стороне.

Елизавета заметила промелькнувшую на лице собеседницы лёгкую лукавую улыбочку, но решила пока не акцентировать на этом внимания. Если сама молчит, значит не хочет ничего рассказывать.