Александр Лаврентьев – Зона вторжения. Байкал (страница 57)

Алексей не ответил, потянулся за водкой, но Михалыч отодвинул бутылку подальше.

— Ясно… — Петр тоже с тоской посмотрел на бутылку, но Михалыч твердой рукой убрал ее со стола, ясно давая понять, что хватит!

— А может быть, это вообще некая раса, которая населяла Землю до людей? — предположил Алексей. — Слышали старую карагасскую легенду о том, что люди, населяющие эти места, ходили с коленками назад. Знаете ее? Нет? — Алексей обвел всех глазами. — В общем, раньше коленки у людей были назад, и они бегали так быстро, что перебили всех зверей. За это на них разозлились местные духи и отрезали им коленки. С тех пор человек такой, какой есть.

— Бред… — прокомментировал слова Алексея Петр. — А ты — молчи! — ткнул он, вдруг разгорячившись, в Анатолия.

Но шаман и не собирался спорить — его разморило, и он медленно погружался в сладкую дрему. Раскрыл глаза, увидев перед собой палец Петра, но тут же успокоился, сообразив, что ему ничего не угрожает.

— Да я тоже думаю, что бред. Какие бесы, раз их убить можно? Значит, не бесы. Другая раса? Тогда на фига этот корабль? Или там не корабль вовсе? Усыпальница? Но на водопаде я точно видел спасательную капсулу!

— Да с чего ты взял, что корабль лежит под землей миллионы лет? Читал отчеты геологов?

— Читал, но, честно говоря, я мало что понял.

— Я когда-то давно увлекался геологией, даже в институте учился, правда, не закончил, — сказал Петр.

— Это его любимый конек! — прокомментировал Михалыч, но Петр на него не обратил внимания.

— Ну как бы тебе объяснить? Вот есть такая наука — стратиграфия! Изучает относительный возраст пород и на основании всяких методов определяет, сколько миллионов лет назад появился тот или иной слой породы. Одним из методов стратиграфии является сравнение останков живых организмов, которые находят в породе. Если говорить просто — то считается, что слои, где обнаружили только трилобитов, старше, чем слои, где обнаружены кости, скажем, тираннозавра. Так?

— Так! — кивнул Алексей.

— А теперь представь себе реку, вроде Енисея. Большую, мощную реку, которая впадает в глубокое-глубокое море. И вообрази, что произошло большое наводнение, и в реку смыло много всякой ерунды с берегов. Животных. Камни, глину, куски породы, песок, ил. Как распределяться останки и всяческие пески и глины? Самые крупные животные далеко не уплывут, осядут в верховьях, в море унесет мелочь вроде трилобитов и насекомых. А как распределятся породы? Самые крупные камни останутся опять в верховьях, в среднем течении реки осядут щебень и галька, а в море вынесет мелкодисперсную глину и ил. Со временем залив, куда впадает река, затянет. И вот что имеем мы? Мы видим, что одни слои породы содержат трилобитов с насекомыми, а другие слои состоят из совсем других пород и содержат останки крупных динозавров. И вот мы уже делаем вывод, что слои, содержащие кости динозавров, сформировались позже, чем нижние слои, которые содержат насекомых. Тем паче что слои с трилобитами залегают глубже, чем слои с костями динозавров! А ведь они жили в одно время!

— Я понял, — кивнул Алексей, — вывод логичный, но в этом контексте абсолютно ошибочный. А если еще породы сдвинулись или произошел сброс одних осадочных пород на другие, так и вовсе с трудом разберешь, что было раньше. Ученые считают, что сначала жили трилобиты, а динозавры возникли через миллионы лет, хотя они могли жить в одно и то же время; и еще считают, что лежащие внизу глины априори старше, чем залегающая выше щебенка. И что?

— Да ничего. Я к тому, что, может, корабль этот не такой уж и старый. Если взять формулу скорости накопления осадочных пород, там вообще все шиворот-навыворот: скорость определяется по формуле, в которой участвуют толщина породы, которую можно измерить рулеткой, и возраст близлежащих слоев, который — опа! — опять-таки определяется с помощью трилобитов и костей динозавров. Так что кораблик может быть довольно свеженьким!

В разговор вступил Костя:

— А может, как у евангелиста Луки: «Я видел Сатану, спадшего с неба, как молнию»?

За столом наступило молчание. Было слышно, как задувает снаружи ветер и как потрескивает оплывающая свеча. В комнате зашевелился Зиминский, наверное, тоже слушал разговор.

— Ну так далеко можно уйти, — вдруг сказал Михалыч. — Например, отнести это к каждому упавшему самолету!

— Но НЛО не так часто падает, — набравшись смелости, возразил Костя.

— Если верить энэлошникам и всяческим другим сумасшедшим, то тарелки только и делают, что падают!

Костя стушевался и замолчал.

— Я вот все-таки думаю, что тварь эта из космоса, — снова заговорил Алексей. — Я называю его Космократор. Очень похоже было, что на нем скафандр с экзоскелетом. Натуральный такой скафандр, стекло вверх отодвигается.

— А этот тогда, — кивнул Михалыч за стенку, — почему без скафандра?

— А я думаю, что этот — просто служебная особь.

— Ну-ка, ну-ка! — оживился Петр. — У тебя есть какая-то теория?

— Это не теория. Я думаю, что там, внизу, лежит огромный корабль. Огромный. Когда-то давно он потерпел аварию и упал на Землю. Его хозяин уцелел в спасательной капсуле и проспал в этой капсуле в анабиозе тысячелетия. А корабль гробанулся, и вот этот самый минерал — продукт взаимодействия корабля с окружающими породами, — Алексей ткнул пальцем в ящики, стоявшие штабелем рядом. Про найденные им голубые гранаты он умолчал, ни к чему было тревожить мужиков дорогими камнями. — Я не знаю, почему Космократор проснулся, быть может, вода вымыла капсулу из земли, и заработали солнечные батареи, или корабль за миллионы лет восстановился сам, или его восстановили вот эти существа, кто их там разберет. Восстановился и позвал хозяина! И сейчас Космократор добрался до корабля.

— И тогда возможны два варианта развития событий, — подхватил Петр. — Он улетает на своем корабле навсегда, либо он улетает и возвращается с подмогой!

— Три варианта — поправил его Алексей. — Он может полететь на Красноярск! Или на Иркутск! Или, ну не знаю, в Лондон! В Пекин! В Индию! В Гонолулу!

— Приехали! И что теперь делать? — протянул Петр.

— Ничего, — пожал плечами Алексей. — Ждать штурмовую группу!

— А они приедут и во всем разберутся? — усмехнулся Петр.

— Надеюсь!

— Ага, вступят в переговоры с этим монстром!

— Не исключено! — Алексей в упор посмотрел на Петра, и в глазах у обоих читалась одна и та же мысль.

— А ты не думаешь, что с помощью этой хрени… — Петр ткнул пальцем в иванит.

— Можно грохнуть тварь? — закончил мысль Алексей, а сам подумал про голубые гранаты. Эти камешки не давали ему покоя. — Возможно, иванит необходим для нормальной работы корабля. Может ли он быть топливом? Я не знаю! Моя задача выполнена. — Карабанов снова кивнул на ящики. — Минерал здесь. Скоро здесь будут силы комиссариата. А меня на фронте ждут.

— А люди-то почему на руднике пропадать стали? С этого же все началось?

— Не знаю, думаю, жрут они нас, вот что. Потрошат и готовят, как мы — рябчиков. А нам подкинули несколько тел — просто для устрашения. Мне кажется, что «бесы» очень сильные, но не очень сообразительные, хотя, может, я их и недооцениваю. Может, они рассчитывали, что мы увидим трупы, поймем, что тут небезопасно, и забросим рудник, а мы, видишь, непонятливые оказались. Упрямые! Мы же вон с Бато даже распятого мужика в тайге нашли. Они, видать, сучки такие, знали, что мы туда припремся, ну и ликвидировали человека.

— Где это? — заинтересовался вдруг Михалыч.

— Да на Хангароке, — Алексей кивнул на шамана, словно тот мог подтвердить его слова. — Он с этих мест.

— А кого убили-то? Фамилия?

— Ситникова. И жену, и мальчонку.

— О, господи! — Петр покачал головой.

— Меня другое беспокоит, — вдруг заговорил шаман Толик. — Я так и не понял, откуда тварь эта появилась? И где этот ваш Горыныч?

Мужики переглянулись.

— Это он и был, — неохотно ответил Седой. — Мы как в эту будку механика зашли, так он сидит над бабой этой голый почти и жрет ее прямо, как… как волк какой! Кровь по подбородку течет. А потом, когда я в него очередь всадил, он вдруг вроде как рябью подернулся, я гляжу: а там уже и не Горыныч совсем, а тварь эта здоровая стоит, ну вот я и кинул ей гранату, а тварь эта стенку разворотила да на сцену сиганула прямо через весь зал, ну а там уж Леха, пардон, господин подполковник, ее грохнул.

Шаман с опаской покосился на Алексея.

— Тогда откуда вы знаете, что все, кто сейчас здесь сидит, — люди?

— Опаньки! — Седой хлопнул ладонями по столу. — Стоп! Тут Горынычей нет! А кто боится, пусть спит на улице. Вольному воля. Понял?

Шаман покосился на Алексея, но высказать в глаза Карабанову свои подозрения про челбагу так и не решился.

— Ладно, фантазеры! Давайте спать! Первыми дежурят… Ты! — Толстый палец Михалыча ткнул в Костю. — И ты! — Он указал на Седых.

Оба согласно кивнули, засобирались.

— Развод через три часа. Следующая смена: Зиминский и Анатолий. — И ты собирайся! — сказал он Алексею. — Прогуляемся! Поговорить надо.

Алексей взял куртку, шапку, подхватил «Нортон», вышел вслед за Михалычем.

…На улице было ветрено, звездно. Алексей сразу же посмотрел в сторону рудника, но ничего необычного на небе в той стороне не было. Вдвоем с Михалычем они неторопливо вышли за ограду церкви. Остановились на пустой улице. Михалыч закурил.