Александр Кузьмин – До Эльдорадо и обратно (страница 16)
‒ Что, и всё?
‒ А вы ещё, что ли, одну хотите? Для вас?
Но мой сарказм оказался неуместен. Папа и «сотрудник» просто не могли понять, как это так, ни давки, ни слез, ни …, ну, в общем, ничего привычного, в том числе и разрешения на покупку вкупе с проверкой социального происхождения – просто машина, ключи, и свободен!
Со слезами умиления на глазах калужане погрузились в авто и отбыли, а я пошёл домой досыпать. Терпеть не могу вставать ни свет, ни заря. Тем более, что завтра мне – опять сюда, уже за своим, «идущим на смену крестьянской лошадке».
Впрочем, без трудностей у папы всё-таки не обошлось. Его внучка (моя племянница) наотрез отказалась ездить на машине – белый цвет не понравился. Вместо того, чтобы дать эстетке по попе, отец раскрасил борта авто чёрной акварелью. Весь двор «угорал» над этим графити. Я тоже смеялся, пока у меня самого внучки не появились.
Назавтра погода испортилась, повалил снег с дождём, подул холодный ветер. В тон природе развивались события у заветного сарайчика. Захожу, однако тётенька делает вид, что я тут посторонний. Выхожу на улицу, обхожу строение – нигде засады правоохранительных органов, мечтающих взять нас с тёткой «на кармане» не видать. Тогда в чём дело? Захожу обратно:
‒ Женщина, это ж я! Суток не прошло, как мы друг друга любили!
В ответ получаю совет идти в то самое неприятное место. Тут меня осенило: Толя ведь предупреждал, что этот совет тесно связан с отсутствием на столе пароля номиналом в 100 рублей! Выхожу и обращаюсь к небольшой (утро ещё ранее) толпе моих банковских коллег:
‒ Кто сотню зажилил и не донёс, куда сказано?
‒ А ты чего раскомандовался? – дружно отвечают коллеги. – Мы же думали, что «сто» – это пароль! Поэтому, когда эта «принцесса на автомобилях» молча на нас посмотрела, ожидая пароля, мы дружно сказали: «Сто!». Вот теперь стоим, отзыва ждём.
‒ Ну и будете теперь ждать «дождичка в четверг» вместе со мной!
‒ А чего его ждать? Вот он с неба сыплется, а сегодня как раз четверг. Но если ты про деньги на бедность этой карге, так мы думали, что Анатолий Владимирович все вопросы решил и ответы получил.
В этот решающий момент у сарайчика появляется Анатолий Владимирович, смотрит на нас укоризненно, достает кошелёк, заходит в помещение, тут же выходит и командует:
‒ Что стоим? По машинам!
Все бросились к заранее присмотренным. Особенно пользовался успехом вишнёвый цвет. Но таких на всех не хватало, поэтому особенно ушлые становились поперек дороги выезжающей из ворот завода «ласточки» нужного цвета (помните Вицына в «Кавказкой пленнице»?), садились рядом с водителем и прибывали на стоянку с криками: «Моё! Не подходи!». Конечно, мне живописного лимузина не досталось. (Я уже привык. Почему-то именно передо мной всегда заканчивались тарелки в студенческой столовой – карма!). Взял, что дали.
Надо сказать, что водить я не умел – только ездить. Как-то не приходило мне в голову, что когда-нибудь у меня может появиться что-то дороже велосипеда. Ну я и выучился на велосипеде. Поэтому попросил начальника по частным клиентам перегнать машину под окна моего жилища, раз уж ему по должности положено было заботиться о частных лицах. Парень был невредный, к тому же мой тайный подельник.
Все разъехались на своих машинах, а я остался его ждать. Пока ждал – чуть не замёрз. Ещё бы! На улице холод и мокрый снег, ноги промочил, поскольку площадку никто не убирал, а завести мотор и включить печку я побоялся – вдруг автомобиль сам собой поедет? Судьба Незнайки из Цветочного города ещё была свежа в памяти.
Наконец, в замерзшее окошечко машины постучал мой приятель:
‒ Тепло ли тебе девица? Давай, открывай!
Он завёл машину, включил печку, и я стал оттаивать.
‒ Ты мотор заводил, ездить пытался?
‒ Нет, ты что! Я и куда ключ вставлять, не знаю, а уж согласовано сцепление и газ прижать – это не про меня.
‒ Хорошо! А то тут у наших, особенно у тех, с вишневым цветом, недоделки обнаружились, особенно с коробкой передач.
‒ Какие такие недоделки?
‒ А такие, что коробка-то есть, да только детали её не собраны – их просто в корпус этой самой коробки покидали. Навалом. Кому повезло, у тех немного друг к другу прикручены. Поэтому у Анатолия четвёртая передача как включилась, так внутренность этой системы и рассыпалась, а он ещё на дачу машину погнал. Ты по просёлочной дороге пробовал на четвёртой передаче ездить?
К счастью, у меня всего лишь не включалась вторая скорость. Ерунда! Ну, поревёт немного мотор – как-нибудь до третьей разгонимся. Хуже всего пришлось нашему юристу. У него не только передачу (третью) заклинило, но, как выяснилось к вечеру, ещё и фары не включались. Он в сумерках и въехал в припаркованный на обочине грузовик. Весело получилось – сегодня купил, а завтра на утилизацию сдал.
И я ещё издевался над отцом и его сотрудником, когда они за муляж волновались! Может, в целом «Москвич» и не муляж, но вот коробка передач – точно.
Ладно, автомобиль есть, правами озаботимся. Все, кто не умел руль правильно крутить, в том числе и я, записались в автошколу. Кое-как выучились – пошли экзамены сдавать.
Дело происходило так. Теорию сдал, не поверите, самостоятельно и по-честному. Память тогда была хорошая, поэтому просто тупо запоминал: первая картинка – второй по счёту ответ, вторая – четвёртый и т.д. Если в сути разбираться на экзамене – ошибок можно наделать.
Жена сделала ещё проще: принесла под полой на экзамен поллитровку, поставила её в специальный шкафчик, где уже стояло их штук двадцать, и пошла домой с залуженной оценкой «отлично».
После теории начал практику вождения сдавать. Первый раз – тронуться не смог. Второй – задним ходом в бордюр врезался. Что поделаешь, волнение! А тогда давались только три попытки, потом надо было всё снова начинать в автошколе. Поэтому я решил не рисковать. Как говорит моя жена: «Проблема, решаемая деньгами, не проблема, а расходы». Следуя женской мудрости, на третий раз осторожно приблизился к ГИБДД с заднего хода, попросил толпящихся там указать ответственного за выдачу заветных лицензий. Подхожу, показываю краешек сторублевки. Реакция была мгновенной:
‒ Давай сюда, сам вон в ту машину садись!
‒ А нельзя ли: два раза по столько и не садиться? Спешу очень.
‒ Погуляй пока тут, я вопрос провентилирую.
Минут через десять появляется с правами:
‒ Давай, свободен! Удачи на дорогах! Она тебе понадобится!
Да-а-а! Умел я когда-то вопросы оперативно решать. С годами мудрости набрался, а умения почему-то поубавилось. А тогда, для полноты картины, я ещё месяца два от навязчивых участников дорожного движения отбрёхивался с помощью немудрёного приёма. На вопрос: «Ты чего, дядя, первый день за рулём?» отвечал: «Да нет, второй!».
По вечерам же мы с женой грузились в машину, младшего клали на заднее сиденье и катались по ночному Нагатино, млея от счастья.
Нежно-зелёный свет приборной панели, жена прижимается плечом, не спуская влюблённого взгляда, на заднем сиденье тихонечко посапывает сынишка. Июльская ночь за окном…
Глава третья. СЕКРЕТНЫЙ БАНК
Эпизод первый. Пропили
Сидим как-то раз с партнёром по бизнесу, солидным мужчиной в годах. Шёл уже 1991 год.
‒ Не хотел бы ты стать председателем правления крупного банка?
‒ Это как?
‒ Вакантное место есть.
‒ Шутите.
‒ С детства не шучу.
(Ну, в общем, по внешнему виду – похоже).
‒ А что это за банк? Чем занимается? Кто акционеры?
Это я вопросами демонстрирую профпригодность, другими словами – мимикрия под востребованного специалиста.
‒ Банк секретный!
‒ Как это может быть? Деньги по секрету раздаёт?
‒ Учреждён министерством, руководящим важнейшей оборонной отраслью.
‒ А-а-а, а чем занимается, откуда средства на пропитание?
Вместо ответа мужчина суёт мне газету.
‒ Вот почитай, там подчёркнуто – всё и поймёшь.
Читаю:
«Россия мозолистыми руками оборонщиков, которым достаются гроши, укрепляет боевую мощь иностранных армий и набивает мошну трутней, присосавшихся к невероятно доходному корыту… Свою долю сладкого пирога от оружейного бизнеса получают и те, кто причастен к системе так называемых «уполномоченных» банков. Задача «уполномоченных» – инвестиции в производство и продажу оружия (не для Российской армии, разумеется: что с неё возьмёшь?). Как из данного вида деятельности извлечь сверхприбыль, затырить и спрятать от государства валютную «капусту» – это уже дело техники». (Каково сказано! Эх, забыл первоисточник, но, «клянусь рукой!», это истинная цитата).
‒ Ух, ты! Крепко приложили гадов! А мне туда, в трутни, можно? А научат этой технике, про которую там сказано?
‒ Научат, а не сможешь – заставят. На-ка анкету заполни, только не ври там, люди серьёзные, проверить могут.