Она во всех стихах осмысленно живет.
И Пушкин был бы рад еще раз к ней вернуться,
Еще раз в тень зайти и день еще один
Прожить: проходим мы, а рифмы остаются,
Из года в год цветут шиповник и жасмин.
Что важно? Чтобы ветвь под ветром покачнулась
И задышала мысль внезапная в строке.
А старость иногда напоминает юность
Сомнением в себе и близостью к тоске.
И вспомнишь: от любви страдал, как от ушиба,
Но счастлив ею был здесь, а не где-то там…
И знал, кому сказать, придя в себя, спасибо:
Пылающему дню и дымчатым теням.
«Разлука – это память о другом…»
Разлука – это память о другом,
Умершие не помнят о разлуке,
Не думают с тревогой ни о ком
И к тем, кто любит их, не тянут руки,
И это благо, что ни говори.
И в райские не залетают кущи
Синицы, скажем, или снегири.
Разлука существует для живущих.
Разлука – это память, это страх
За тех, с кем разлучён, земная мука,
Описанная столько раз в стихах.
Всего страшнее русская разлука.
Кто умер, для того разлуки нет.
Когда Гомер придумал Одиссея,
Велев ему скитаться двадцать лет,
Ни Колымы не знал, ни Енисея.
«Я люблю итальянский акцент…»
Чудь начудила, да Меря намерила…
Я люблю итальянский акцент
Петербурга, французский, голландский.
Он у нас иностранный агент,
Плохо знающий русские сказки
Или знающий, но не на них
Он воспитан, и славянофилы
Площадей его, улиц прямых
Не любили, ни блеска, ни силы.
Блеск не лучший и сила не та.
И смотрели сердито и хмуро.
Подозрительна им красота
Этих шпилей, дворцы и скульптура,
Им особый мерещился путь,
И, наверное, даже в могиле
Снились русы им, меря и чудь —
И они этот путь получили.
Чайка
Дмитрию Быкову
Прилетела чайка, белым-бела,
На карнизе устроившись, клювом стала
По окну постукивать, блеск стекла
Привлекал ее, радужность привлекала
И прозрачность, похожие на волну,
И смотрела, смотрела: живут же люди!
Стол у них есть и кресло есть, – ну и ну!
У нее никогда их, увы, не будет.
Ни дивана, ни комнаты, – никогда!
Полюбить бы стихи, почитать бы книги!
Только небо и есть у нее, вода,
Тростниковые заросли, солнца блики.
Надоело ей море, – тепла б, жилья,
Вечных мыслей о смерти, ума набраться!
И откуда ей знать, что хотел бы я 
