Александр Курзанцев – Препод 5 (страница 49)

— Ладно.

Обе обученные убивать женщины встретились глазами, а затем повернулись к графине.

— Ну, а твоя задача, подруга, не дать Вольдемару ненароком вмешаться.

— Поняла, — кивнула та. — Сделаю.

Лес был старый, местами переходящий в непролазный бурелом. Чтобы раньше времени не выдать себя всплесками магической энергии, отряду под предводительством Икая приходилось искать обходные пути и прорубаться через встречающиеся по дороге заросли кустарника вручную. Самый север Тингланда не мог похвастаться хорошей погодой, поэтому не привыкшие к таким низким температурам итонийские маги зябко кутались в свои мантии и тихо ругались, зябко подергивая плечами. Хорошо еще, что надвигающаяся зима не успела все засыпать снегом, а то вообще ползли бы с черепашьей скоростью.

— Локарис!.. — шипел вполголоса магистр жизни, давно забывший, каково ходить пешком где-то кроме залов и корпусов любимой академии, с каждым часом преисполняясь всё большей ненавистью к погоде, лесу и даже земле, бугрящейся корнями, о которые он то и дело спотыкался, — я обещаю, твоя смерть не будет лёгкой, ты будешь медленно умирать и твой мозг до последнего будет чувствовать как постепенно отмирает тело, сантиметр за сантиметром превращаясь прах.

Икай старался копить злость, продолжая идти вперёд, но сила раздражённого мага то и дело прорывалась и тогда всё вокруг умирало. Деревья обращались в труху, трава и кусты распадались в невесомую пыль, а земля ссыхалась и трескалась. Его ближайшие соратники старались держаться от магистра подальше, не желая попадать под подобный выброс, а тот, словно этого не замечал, погружаясь в навязчивое желание лично высосать последние крупицы жизни из наглого выскочки, видеть как глаза его потеряют свой цвет и провалятся в глазницы, а рот, раскрытый в немом крике, превратиться в обтянутую высохшей кожей, дыру. И магистр даже знал, что первым в эту дыру засунет.

И совсем невдомёк было магистру, что его уже ждут впереди. А сзади за ними идёт ещё один отряд, готовясь ударить в спину. А другой отряд никуда не идёт, потому, что инквизиторы не ходят, инквизиторы в нужный момент просто появляются. А сверху, в недоступной вышине, там где атмосфера отсутствует вовсе, за ними всеми бесстрастно наблюдает ещё чьё-то искусственное недремлющее око.

Внезапное нападение называется внезапным, потому что оно внезапно. И всю истину этого немудрёного факта Икай испытал на себе.

Сложно сказать, почему он прошляпил появление прямо среди их отряда, убийц из Протектората. Может потому, что слишком долго провёл за неприступными стенами своего детища, а может потому, что с какого хрена тут вообще оказались эти некромантские выкормыши⁈

Последнюю мысль он додумывал находясь в ярости от того, что эти твари, на словах обозначив нейтралитет посланнику Совета магов, на деле примкнули к его противнику. Лживые труполюбы, которых надо было давно стереть с лица Яола.

Почему он решил что это те самые убийцы? Потому что висевший в воздухе дымчатый символ не оставлял в том сомнений. Подписываться таким могут или убийцы или самоубийцы.

Впрочем, их было не слишком много, две пятёрки, вывалившись буквально из воздуха, слаженно ударили по магистру земли из Империи, находившемуся чуть левее ректора итонийской академии и по самому Икаю. Но если защиту имперца им удалось продавить, то с итонийским магистром вышла заминка. Вообще, трехсотлетний имперский маг сделал Икаю целых два подарка. Во-первых, успел умереть первым. Во-вторых, почти не потратил свою магическую силу. Поэтому магистр жизни, выдержав первый удар, тут же перехватил утекающую в пространство жизненную энергию, которой у бывшего коллеги было накоплено весьма прилично, и хапнул сколько получилось ухватить заемной маны. Она напитала маноканалы, не уходя дальше в источник, поэтому запасти надолго её бы не получилось. Но даже так этого хватило, чтобы ударом одной сырой маны раскидать убийц. Досталось и окружению, но тут уже было не до выбора, когда собственная жизнь стоит на кону. А помощников, в конце концов, можно набрать себе еще.

Правда, добить оглушенных и дезориентированных ракамакцев им не дали. Словно из-под земли, разбрасывая прелую листву, двигаясь на невероятной скорости, на них налетели закованные в броню рыцари, мгновенно сминая ряды простых магов. Похоже, это были те самые паладины, про которых Икай слышал от разведки Совета магов. Сейчас он воочию убедился, насколько эти странные одаренные, считавшиеся доселе почти бесполезным балластом, эффективны. Нет, так просто взломать личную защиту магистров у них не вышло, но ряды приближенных магов они буквально проредили, пройдясь косой смерти.

Но нет худа без добра: умиравшие тут же пополняли своими жизненными силами самого магистра, позволяя легко отбивать все атаки.

Долго, однако, так продолжаться не могло, и, скрипя зубами, он громко объявил отступление. Нужно было оторваться от преследователей и получить хоть немного времени на ответный удар. Вот только тут на них напали сзади. С гневом он увидел, как по бросившимся в тыл из леса ударили заклятия. А потом несколько магов и вовсе отделились и присоединились к выскочившим вслед за заклинаниями неизвестным.

Впрочем, не совсем неизвестным. Протерев глаза, в бежавшим впереди всех одарённом, Икай внезапно узнал Зарека, неповторимую магическую сигнатуру которого мог узнать, что называется, с закрытыми глазами. Вот только одет был его вечный конкурент за господство над Итонией в какой-то странный, грубый и даже на вид тяжёлый доспех, а в руках держал, тут маг испытал когнитивный диссонанс, огромную обоюдоострую секиру. Которой и принялся рубить зажатых в клещи соратников магистра жизни издавая грубые гортанные крики. Как какой-то понт…

Нет, и сама секира и доспехи магистра огня были пропитаны магией, делая его почти неуязвимым, но он рубил, своими собственными руками!

А потом, в одночасье, Икай всё понял. Благословение Воина, вот для чего было это всё. А значит, Локарис, сука, всё-таки Зареку какой-то секрет открыл.

Взревев раненым носорогом, магистр жизни всей накопленной мощью ударил в старинного соперника, пытаясь продавить защитные контуры и добраться до так тщательно оберегаемой жизненной энергии.

Но не вышло. Сработала очередная защита облаком плазмы укрывая магистра огня, руша тянущиеся к нему щупальца плетений. Сам Зарек немедленно разорвал дистанцию, отходя назад. Вслед за ним оттянулись его приспешники, а с другой стороны, также, за выставленными щитами укрылись паладины, зализывая раны и оттаскивая раненых товарищей.

Оглядев свой отряд ректор итонийской академии только горько вздохнул, поджимая губы. Едва половина осталась, а из магистров, вместе с погибшим в первые секунды адептом земли, не досчитались троих. Нет, они ещё были силой, с которой нахрапом не справишься, но это всё равно был провал. Нечего и думать, чтобы добраться до Локариса, который, даже если и здесь, то носа не показывает, понимая, что в противостоянии с любым из присутствующих, он мальчик для битья.

— Эй, Икай, как самочувствие⁈ — прокричал, усилив голос магией, магистр огня.

Зарек был бодр и, судя по голосу, весел. Казалось ничуть не переживая, что в скоротечной свалке тоже потерял почти треть своих людей.

— Не дождёшься! — ответил ему магистр жизни, исподволь собирая жизненную энергию раненых и погибших.

— И что тебя в Тингланд потянуло, не расскажешь⁈

Зарек спрашивал, будто не знал, зачем тут ректор итонийской академии.

— Развеяться решил, сменить обстановку! — рявкнул маг в ответ.

Собственно, на этом разговор и окончился. В переговоры вступать никто не желал, как и сдаваться, поэтому над поляной повисла тишина, прерываемая только стонами и хрипами раненых, впрочем, тоже быстро стихавшими.

Все противоборствующие стороны замерли, восстанавливая силы и готовясь к продолжению боя. Впрочем, Икай не думал, как он будет побеждать превосходящих числом противников, слишком рискованно и даже в случае победы, изначальная цель похода останется невыполненной. А раз так, то надёжней всего отступить, вернуться в свою академию и сделать вид, что это было маленькое недоразумение. Лет через десять бывшие союзники, очень может быть, что союзниками быть перестанут и можно будет попробовать снова, а пока главное спасти собственную жизнь. Прожив полтысячи лет, Икай намеревался прожить ещё столько же, как минимум.

Проблема была только в том, что буйство магической энергии разлитой от применения всевозможных заклятий в воздухе, было таково, что использовать телепортацию было чересчур опасно, а сложную, но тонкую вязь заклятия невидимости будет постоянно корёжить, руша всю маскировку. Впрочем, это были всего лишь два способа из множества известных магистру, прожившему долгую жизнь и кое-что он уже собирался претворить в жизнь.

Но планам его не суждено было сбыться. Потому что громом среди ясного неба раздалось:

— Всем стоять, работает Инквизиция!

И из леса выступило никак не меньше трёх десятков магов, от которых явственно шибало древней магией. Заставившей магистра жизни скрипнуть зубами. Артефакты старой Империи, так называемые подавители. Подобно тритануму, способные сбивать плетения любого заклинания в определённом объёме. И сейчас, они с запасом накрывали всех находящихся здесь.