Александр Курников – Паблисити Эджент (страница 9)
И что из этого выходит? Что у нас там в сухом остатке? А в остатке деньги и выходит так, что не огромные деньги, за огромные Протасов лично спалит «Эдельвейс» дотла, и при этом даже не пустит скупую мужскую слезу, а «хоть какие-нибудь» деньги. Кстати, сюда вписывается и покража моей ласточки. А что? Как вариант?
В принципе такая версия может прокатить, но есть одно «но». Если это недалёкие мошенники чего тогда мой шеф так всполошился, да не просто всполошился, а подтянул целого Парасоля?
Я зевнул и, кажется, на минуточку закрыл глаза, а проспал, как выяснилось, целых полчаса. Что-то меня в последнее время непозволительно часто бросает в объятия Морфея, а если учесть какой сейчас календарный месяц, то есть опасность, что к концу следующего месяца я впаду в зимнюю спячку.
На ужин были толстые макароны, колером один в один как наше постельное бельё. То есть белые, белые, а потом рраз и жёлтые с тёмно-коричневым, креативный колорист больнице, однако попался. Крутая эклектика. Должно быть он непризнанный гений. Ну как бы там ни было, макароны я съел, ведь сверху на них бросили щепотку тёртого сыра, понятно, что не гауда, но всё равно вкусно. А если ещё учесть, что чашка кофе так благородно предложенная мне Михой с утра, была единственной пищей за весь сегодняшний день, то от макарон меня было за уши не оттащить.
В больнице я провалялся три дня, доктор мной особо не интересовался, зато из Эдельвейса явилась Эллочка, принесла мне ключи от моей ласточки, кое каких продуктов, бритвенные принадлежности и средства личной гигиены. Вы бы видели какой эффект она произвела на Михаила. Беднягу просто сдуло с кровати при её появлении, но когда он увидел свои, растянутые на коленях треники, и майку алкоголичку (где он её только откапал), он тут же залился малиновым цветом и постыдно бежал в коридор, откуда не возвращался до тех пор, пока она не ушла. Да что говорить, даже наш неприветливый мохнобровый бородач, увидев её, на секунду перестал шуршать своей газеткой.
Не стоит говорить, что визит Эллочки и для меня стал неожиданностью, и не буду скрывать было мне очень приятно видеть её улыбку и заботу. Правда улыбалась она как всегда дежурно, без всякой теплоты, да и забота свелась к двум, трём вопросам о моём здоровье, но всё же. Да простят меня женщины, не считающие себя красивыми (а это глупость), но, увы, любой мужчина тает даже перед мнимой заботой красавицы, так уж мы устроены. В успокоении могу одно лишь вам сказать, если любая из вас, будучи любимой женщиной, навестит своего мужчину в больнице, или просто окажется с ним рядом в трудную минуту, то поверьте, в наших глазах вы увидите такое, чего не удостаивалась ни одна красотка за всю историю существования человечества.
На пятый день лечения мне сунули в зубы пакет с моими вещичками, недоеденной колбасой и банкой растворимого кофе, и выставили вон из больницы на лютый мороз. В очередной раз, вдохнув полной грудью пьянящий воздух свободы, я заторопился домой, а то вдруг опять чего-нибудь…, тогда уж лучше ну его на фиг.
Неделю я валялся дома и ничего не делал. Я не смотрел телевизор, не брал телефон, не включал компьютер, не слушал радио, не общался с друзьями и напрочь забыл о коллегах. Я спал, ел, думал и читал старые книги. В свободное время между этими важными занятиями я курил в подъезде и кормил сардельками соседского кота и похоже надёжно его на них подсадил, из-за чего мне пришлось скрываться от него на балконе своей собственной квартиры, а там блин был не май месяц, там было холодно, но сардельки, увы, кончились и подъезд был временно для меня закрыт. Вот таким Макаром я и создал себе проблему, которую я сумел не на долго решить с помощью кильки в томатном соусе, но и она имеет свойство заканчиваться, а котяра на компромисс в виде колбасы не шёл. Он шёл только на конфронтацию и на сардельку, а так как в магазин я тоже не ходил, весь остаток моего затворничества он конфронтировал мне под дверь. Скотина. Курил я в туалете.
Глава 2
«И на восьмой день он открыл дверь»
Из не вошедшего, там ещё и девятый день был вроде.
Нет, что, правда, то, правда, все семь дней я не был доступен ни для кого, всё это время я строил себя заново, очищал своё сознание от ненужного хлама, от неприятных впечатлений, не удачного опыта и т. д. Если выразиться более современно, то я потихонечку удалял все папки из своего системного диска путём их подробного разбора с позиции человека не встроенного в социум. (Не путать с бомжом, пофигистом или хиппи.)
Есть такой древний, как не знаю что, способ разрешить любую ситуацию, лично я делал это так. Достаю из шкафа метроном, запускаю его, выключаю свет, сажусь в кресло, и ввожу свой мозг в тета-ритм, что позволяет мне действовать на уровне подсознания и на этом же уровне рассматривать различные сложившиеся ситуации. Прошу вас не перепутайте порядок действий, я как-то сначала выключил свет, а затем залез в шкаф и разбил любимую мамину вазу, она об этом до сих пор не знает. Увы мне, эта проблема так и осталась неразрешённой, просто данная ваза существовала лишь в единственном экземпляре, и тут мне даже глубокая медитация не помогла. Ну а тем, кто захочет познать себя самого дам один совет, избегайте тех, кто учит за деньги. Ни один просветлённый в них не нуждается, а не просветлённый ничему вас не научит. В самом лучшем случае он заберёт ваше имущество, в самом худшем вашу жизнь и жизнь ваших близки. Без шуток.
Выйдя на работу, тачка всё-таки завелась, я обзвонил своих постоянных клиентов, извинился за то, что целую неделю не брал трубку, перезаключил с одним из них договор. Он, кстати, владелец небольшого коньячного заводика и само собой новое соглашение было прилично обмыто продуктом собственного производства, посидели не плохо. Песен попели, на гитарке побренчали.
На другой день один из моих бывших клиентов и давних приятелей, попросил о встрече. Меня это несколько удивило потому как Сеня Евграфов, давно ни какого собственного дела не имел, хотя пару лет назад был весьма не дурственным адвокатом. Потом, говорят, он совсем завязал, развёлся, закрыл практику, и уехал куда-то в Китай, толи снова женился, толи забрился в Шаолиньские монахи. Никто толком не знал. Помимо этого Протасов, мой шеф, заикнулся о новом, весьма перспективном клиенте, владельце недавно отстроенного огромного супермаркета и выудить такую «рыбу» оказывается мог только я. Ну я и выудил, только шеф, судя по утреннему звонку Гешы, остался не доволен контрактом. Короче работы было море. Само собой о неудаче со «Скрипичным Ключом» он больше не вспоминал, а я не счёл нужным его расспрашивать. Зачем? Дело прошлое. Вот только кошмары одолевали, да всякие недоразумения с телефоном, машиной, а теперь ещё и телевизором.
Покрутившись по квартире, в поисках папки с документами, периодически страдая от изжоги вызванной ливерной колбасой и нехорошим настроением, я выглянул в окно.
– Ну что же ты сердешный, так и торчал под моими окнами всю ночь? – Во дворе дома сталинского типа, где я жил, которое утро подряд появлялся на лавочке человек весьма экстравагантной внешности. Даже из далека было видно, что он высок, не меньше метра восьмидесяти, восьмидесяти пяти, толст, одутловат, носил не по размеру маленькую цигейковую шапку ушанку. Она еле налезала на его грушеподобную голову, где щёки, соответственно, являлись низом этой самой груши. Одет он был в старый женский, длинный, когда-то сиреневый пуховик до пят, который застёгивался на нём только до солнечного сплетения, ну или до того места где начинался живот.
Как давно он тут возник, может неделю назад, может больше, не могу сказать, но есть одно интересное наблюдение, стоило кому-нибудь из жильцов нашего подъезда выйти из дома, как он тут же поднимался и уходил в строго противоположную сторону. Меня честно сказать забавляло его метания по двору, особенно тогда, когда из дома выходило сразу трое, и каждый из них отправлялся своей дорогой. Бедняга неожиданно терял свой жутко важный вид и, дёргаясь как потерпевший, на полусогнутых конечностях накручивал несколько кругов вокруг детской площадки или метался вдоль гаражей. Ох-хо-хо, смешно-то оно смешно конечно, но в свете последних событий этот дворовый заседатель немного меня напрягал. Вот чего он тут трётся? Ну да ладно. Я вышел во двор, оглядел свою ласточку, пытаясь угадать, заведётся она сегодня или нет. Капот, крылья и ветровое стекло забрало утренним инеем, поскрести что ли? Или само оттает? Денёк-то сегодня более-менее тёплым обещает быть. Я зябко поёжился от неожиданно налетевшего холодного ветра. М-да. Отключил сигналку, запрыгнул в машину и вставил ключ зажигания. Машина завелась. Я чуть было не гаркнул во всю мощь своих лёгких троекратное «Ура!», день обещает быть не только тёплым, но ещё и удачным. И тут же снова поёжился, только уже не от ветра, а так, сам не знаю от чего.
– Да брось ты. – Успокоил я сам себя. – Дела идут вполне сносно, и совершенно неважно, что шеф нынче попытается спустить с тебя шкуру, сколько раз он пытался это сделать? Много. И сколько раз ему это удавалось? Ни разую. Так чего ты тогда киснешь? – Я вздохнул. В самом деле чего это я?