Александр Кухарев – Оставьте Поттера в покое (страница 10)

Первым уроком шла трансфигурация. Мы вернулись на последний этаж, где был вход в нашу гостинную и, пользуясь помощью картин и статуй, дошли до кабинета, сменив пару коридоров.

К счастью, мы не опоздали и застали превращение профессора Макгонагалл в кошку и обратно. Высшая трансфигурация или анимагия, конечно впечатляла, но для начала нам предложили силой мысли превратить спичку в иголку и обратно. Краткий инструктаж о том, что мы должны представить конечный результат и помахать палочкой над предметом и… все?

М-да, пока что урок выглядит как нечто… странное. Ведь даже в учебнике написаны еще несколько условий превращения, такие как внутреннее спокойствие, сконцентрированность и точное понимание всех этапов, через которые проходит предмет при превращении. Например, чтобы сделать из менее плотного дерева более плотный металл, нужно было сначала сжать его, затем нарастить новый слой, и только тогда получится иголка.

Подумав пол минутки, я решил не выделываться и для начала посмотреть на одноклассников, тыкающих волшебными палочками в столы. Несколько учеников, а именно Эд, Лита, Невилл Долгопупс и, как ни странно, Рон Уизли, сразу или почти сразу осилили превращение. Подождав пару минут, я присоединился к ним, получив идеально зеркальную иглу.

Кажется, это испытание было сделано для того, чтобы сразу определить, кто из студентов уже имеет базовое представление о предмете, а кому нужно учиться и учиться.

Между тем, к выполнившим, хоть и не идеально, добавилось еще пару чистокровных магов и профессор остановила эксперимент, начав рассказывать уже описанную мной теорию.

Дальше пошли формулы заклинаний, которые нам нужно было просто переписать и запомнить, а затем, когда уровень знаний по предмету чар подрастет, будем анализировать и разбирать.

С трансфигурации мы вышли уставшие, с затекшими от письма неудобными перьями руками. Дальше по расписанию шли чары.

Кабинет Флитвика больше походил на восточный дворец. Ковры, подушки вместо стульев, и невысокие столики, вокруг которых расселить студенты. Я занял место рядом с Литой и Эдом, а в другом конце собралась компания во главе с Уизли, на которого иногда злобно поглядывала моя подруга.

Флитвик залез на постамент из книг и начал урок. Первым заклятием, которое нам необходимо было освоить, были чары левитации. Рассечь и взмахнуть, чтобы заставить перо летать. Казалось вполне просто, на деле и было очень просто.

Тут я решил даже не скрывать свои знания и просто выполнил задание, как и почти все ученики. У многих маглорожденных, которые, судя по всему удосужились открыть учебник, также получилось с первого раза. Единственным событием урока был взрыв, устроенный Симусом Финниганом.

Позднее, профессор объяснил немного о том, как строятся заклинания, о магических формулах и о настрое волшебника. В общем, если кратко, в Англии используются латинские заклятия, состоящие из слов или словосочетаний, которые отвечают за тот или иной аспект магии. Чтобы направить энергию, которую призывают слова, нужно правильно взмахнуть палочкой, а чтобы придать заклятию силу и контролируемость, нужно сосредоточиться на нем и пережить какие-то чувства или эмоции. В зависимости от них, можно менять чары, усиливать или ослаблять их, придавать скорости или направления. Все, что связано с настроением и ментальным действиями, почти не касалось большинства чар первого года, по этому они у меня и дома отлично получались. Записав все что диктовал профессор, мы покинули урок и направились обедать.

По дороге, нам встретились слизеринцы, идущие из кабинета нашего декана этажом выше, а вместе с ними и Драко с компанией. Эти ребята, так как не прошли путь из собственной башни до завтрака, понятия не имели, как им спуститься вниз. Перетирая кости новым одноклассникам и преподавателям, мы, растянувшись на длинную змейку и постепенно смешиваясь со старшекурсниками, спускались вниз.

Помимо трансфигурации у слизеринцев прошел первый урок зелий, на котором Снейп задал несколько простых вопросов и сказал сварить одно из простейших зелий из учебника. В целом, такая же проверка знаний, как и на других предметах.

Драко и Дафна сварили идеальные снадобья, Крэбб и Гойл еле дотянули до удовлетворительно, пару человек не справились с заданием совсем, но все же большая часть сделали что-то отдаленно похожее на требуемый профессором результат.

Обед прошел быстро и немного нервно. Все таки, мне предстояла встреча со своим заклятым врагом. Интересно, как строились отношения у моей мамы Лили и Снейпа? И издевался ли над ним мой отец? Если в то время шла война, то, возможно, ничего этого и не было. С другой же стороны, Снейп был пожирателем, так что не буду загадывать наперед.

***

Кажется, деканы специально выбрали себе кабинеты недалеко от входа в помещения своих факультетов. Так, Макгонагалл поселилась в полсотни метров от входа в башню Гриффиндора на восьмом этаже, Флитвик преподавал на седьмом, недалеко от башни Когтеврана, Снейп в подземелье, а Стебель около входа в барсукам на первом этаже.

Урок в подземелье, наполненном коптящими котлами и всякими баночками по стенам начался с эффектного входа профессора в кабинет. В реальности это выглядело еще круче, чем я запомнил. Пламенная речь, на этот раз не прерываемая Гарри Поттером, то есть мной, так как я сидел и слушал профессора, переросла в опрос класса по базовым темам первого года. В принципе, многие уже успели пообщаться со Слизерином на обеде и были готовы к подобному тестированию.

Однако, как бы то ни было странно, больше половины нашего курса почти ничего не знали. Ни о зельях, ни о материалах. Так что, когда очередь дошла до меня, я сумел неплохо впечатлить Снейпа и даже не потерял баллов.

— Мистер Поттер, наша новая знаменитость, — обратила на меня внимание летучая мышь в мантии. — Скажите, какая разница между аконитом и борецем?

— Никакой, сэр, это одно и тоже.

— Хорошо, а где я могу найти безоаровый камень?

— В желудке козы, питающейся волшебными травами, сэр.

— Очень хорошо, может быть вы скажите нам, что я получу, если смешаю настойку полыни и корень златоцветника?

— Я не знаю, сэр, — чуть замявшись, ответил я, но затем добавил. — Но полынь используется во многих исцеляющих зельях, так что, возможно, получится какой-нибудь эликсир.

— Рябиновый отвар, противоядие, — ответил за меня Снейп и пошел дальше по классу. — Долгопупс…

Продолжавшийся с четверть часа опрос, в котором мне, каким то странным образом, перепали именно каноничные вопросы, перерос в варку простого бодропецового зелья. Вообще, это зелье изучалось в начале третьего курса, но по сути, было достаточно простым. Все, что требовалось от зельевара, это четко следовать инструкции, последовательно мешая варево и добавляя компоненты.

Хоть я и старался сделать все так, как описывалось во временно выданном нам учебнике, у меня получился средненький результат, еле потянувший на выше ожидаемого и одаренный скривленной гримасой профессора.

Последним уроком на сегодня был полностью новый для меня предмет, изучающий проклятия. Так называемая малефика. Что это и с чем это едят, я понятия не имею, как и то, кто это чудо преподает. Так что буду разбираться по ходу дела.

Профессором малефиком был высокий, болезненно худой мужчина лет сорока, с выпадающими волосами и глубоко посаженными, маленькими бегающими глазами. Одетый в дешевую, сильно поношенную мантию, он, хромая, вышел к классу.

— Амикус Кэрроу, — представился профессор. — Мои коллеги, согласно новому распоряжению директора, начинали уроки с проверки ваших знаний, но так как у вас не было летом учебников по проклятиям, я не вижу смысла от такого тестирования. В моем кабинете вы узнаете как проклясть врага, как противостоять заклинаниям и уберечь свое жилье от нападения.

Мне кажется, или все, что он только что перечислил, входит в курс защиты от темных искусств… А еще в этой школе учат проклятиям против врагов, кажется, Дамблдора больше не волнует, что у него может вырасти темный лорд из учеников.

— Кто из вас может назвать какое-нибудь проклятие? — продолжал урок Кэрроу. — Да, мистер…

— Блэк, сэр, — вызвался ответить на вопрос Эд. — Например, обезоруживающее заклинание.

— Не верно. Какая разница, между проклятием и заклинанием, кто мне может сказать? Попробуйте, мисс…

— Лестрейндж. Заклинание теряет свою силу после применения, а проклятие действует долго. Например, оглушающее проклятие или безмолвие.

— Совершенно верно. — Подтвердил профессор, а Лита с гордо вздернутым носиком бросила на Эда взгляд, который в ответ закатил глаза. — Заклинание имеет вектор движения, силу и скорость, от этого зависит куда и как полетит магический сгусток. А проклятие еще при создании привязывается к цели и стремится достичь ее. Поэтому, если попасть проклятием мимо цели или кто-то встанет на пути проклятия, его сила увеличится или уменьшится?

Класс переглянулся, но никто не знал ответа. Профессор же, подошел к доске, взял мел и, сказав, чтобы мы переписывали на свитки, стал разбирать оглушающее заклинание по формулам, конструктам и рассказывать о принципах действия каждого из них.

Я же, поражался тому, как может преобразиться пожиратель смерти, если не давать ему метки, ведь Кэрроу носил рубашку с закатанными рукавами и предплечья было отлично видно. Урок этот, пожалуй, был за сегодня самым интересным, хоть внешность преподавателя и пугала.