Александр Крылов – Учебка боевых магов (страница 20)

— Ну ты очнулся, брат, — покачал головой Блум. — Сегодня точно нет мест, на завтра точно будут, выходной же, арена будет с утра открыта главное противника найти, только за сами бои вряд ли заплатят.

— Понятно, — огорченно протянул я, глядя на бьющихся третьекурсников. — Не уверен что завтра будет время, у меня вечно всякие неожиданности.

— Это точно, — хохотнул Блум. — О, смотри, Кэш ходит себе жертву ищет.

Я посмотрел в направлении его взгляда и увидел весьма крупного темноволосого парня, общающегося с кем-то из организаторов. Даже издалека он внушал уважение за счет своих уверенных движений, настоящий безжалостный лидер, который перемелет любого.

— Мерзкий тип, — констатировала Сола.

— Все надеется найти дурачка что выйдет с ним. А ведь он собрался на турнир и вот нате не с кем тренироваться.

— Что еще за турнир?

— Да ежегодный между учебными центрами, будет в Салахе скорее всего.

— А какой главный приз?

— В прошлые годы за первое место давали по десять золотых, за второе вроде бы пять, за третье не помню, три наверное.

Таких совпадений просто не бывает. Мои мысли тут же устремились на турнир, я уже чуть ли не считал себя победителем.

— А что если мне выйти, — задумчиво произнес я.

— Жить надоело? — дернула меня за рукав Сола.

— Куда? С Кэшем что ли? Да организаторы такое не пропустят, он же тебя размажет сразу, — Блум забеспокоился. — Слушай, ты всего один раз вышел со второкурсником. Давай я тебе устрою на завтра бой, сейчас схожу договорюсь. Победишь нескольких, а там видно будет. Кэш никуда не денется, турнир только через месяц.

Я маленько приспустился на землю и кивнул. Блум умчался пока я не передумал.

— Ты что творишь? — прошипела Сола.

— Да все нормально, это же не бои насмерть.

— Тут всякое бывало. Если тебя прибьют, то это будет только твоя вина.

Может я и правда слишком разогнал коней. Все-таки люди тут все непростые и недооценивать их глупо.

Мы продолжили смотреть бои. Теперь я пытался их тщательно анализировать и прикидывать как сам бы поступил в той или иной ситуации. Ставить деньги я не решался, фавориты тут проигрывали не реже андердогов, чистейшая рулетка.

Вскоре вернулся Блум.

— Ну все, я устроил бой на вечер после ужина. Повезло что был парнишка на очереди, но с тебя причитаются комиссионные за хлопоты, так как за этот бой заплатят. Впрочем, в выходные не проблема подраться, обычно достаточно просто подождать пока появится такой же желающий.

— Понял, не вопрос. Что за боец будет?

— Он вроде первый раз, так что темная лошадка, знаю только что земная стихия. Вряд ли особо сильный, но не вздумай расслабляться, я на тебя поставлю.

— Само собой, ведь я тоже на себя поставлю.

Блум покинул нас и отправился по своим делам. Интересно, много ли у него таких клиентов как я? Сола разочарованно вздохнула.

— Мне просто нужны деньги, вот и все. Мне самому это не нравится.

— Да я понимаю, но это так безрассудно.

— К сожалению другого способа я пока не нашел.

Я уже прикидывал что противопоставить землекопу. Вообще они не частые гости на арене, так как все их козыри были под запретом чтобы они не портили арену. Однако, были у них и весьма интересные приемчики. Мне особенно понравился тот что увеличивает вес, порой делая его просто невыносимым для противника. Магия гравитации как ни крути.

Мы с Солой полакомились в местной кафешке пока народ досматривал зрелища и пошли домой. По дороге меня остановил смутно знакомый парень:

— Вэл, привет!

— Ну привет.

Я вгляделся в его лицо. Это был тот самый паренек, что поил меня водой в клетке по пути сюда. Мне крайне не хотелось с ним общаться, но земляков здесь не принято посылать куда подальше без веской причины.

— Ты, я слышал, теперь большим человеком стал.

— Чего? — изумился я. — Вполне себе обычный, не знаю что там наплели тебе.

— Ну как же, ты теперь звезда всего нашего курса, — он пододвинулся поближе и снизил тон. — А чего фамилию сменил?

Я пожал плечами. Не говорить же что я своей не знаю.

— Да как-то само получилось, нравится мне такая.

— Ну понятно тогда, ладно, если что заходи, я во второй сотне.

— Договорились.

Мы распрощались и двинулись дальше.

— Ты, оказывается, и правда из деревни, — нарушила неловкое молчание Сола.

— Ну да, стал бы я врать?

— Но фамилию-то поменял. Зачем?

— Не нравилась мне старая, эта звучит лучше.

— Это уж точно, — пробормотала Сола.

В казарме была обычная вечерняя суета. Все занимались своими делами, из развлечений у нас были разве что самодельные кости или карты, которые делались из тетрадных листов. Приближался день получки и начинали раскручиваться интриги по честному отъему денег у своего товарища.

Глитц не мог просто забрать жалованье сразу у всех, а ходить штрафовать сутками ему было лень или совесть не позволяла. Так что скоро ребята разживутся деньжатами, которые осядут в карманах самых пронырливых и хитрых.

В этом месяце меня лишили зарплаты, но ведь на тот момент подразумевалось что я получаю один империал. Было интересно отдаст ли мне теперь сержант второй.

Вик сидел чинил форму толстенной иглой и столь же жирной, чуть ли не как шерстяной нитью. Я подсел к нему.

— Слушай, Вик. Что ты знаешь об этом турнире?

— Ты про салахский говоришь? Ну, туда поедут отличники, так что через месяц ты сам расскажешь мне как оно там и что.

— Отличники? — удивилась Сола. — Блум ничего такого не говорил.

— Да мы и не спрашивали. Он скорее всего и не знает, что мы взяли повышенную стипендию. А что насчет самих бойцов знаешь? — снова обратился я к Вику.

— Кроме того, что они все сплошь из аристократии и выпускники ничего. Но оно и логично вроде.

— Аристократы? Из разорившихся родов как Блум?

— Да, вроде того. А ты чего расспрашиваешь, не намылился ли часом поучаствовать. Вас так-то туда зрителями повезут.

— Почему бы и нет, — пожал я плечами.

— Такого еще не бывало, скорее всего, чтобы первый курс дрался на турнире. Это абсурд!

— Все когда-то в первый раз.

В ответ на мое философское высказывание Вик только хмыкнул и посоветовал не забивать голову ерундой.

Проблемы пришли откуда я уже их не ждал.

Ночью меня разбудили и сообщили, что со мной хотят поговорить. Лицо ночного дежурного было очень обеспокоенное и я сразу понял, разговор будет непростой.

За казармой меня ждали трое третьекурсников.