Александр Кронос – Реверсант: Хаос и надежда (страница 3)
Что-то, сверкнув, ударило по асфальту. Отрикошетив, приземлилось за баками, и я инстинктивно попытался отбить эту вещь в сторону левой рукой. Справедливо предполагая, что это может быть гранатой.
А в следующий момент удивлённо уставился на собственные пальцы, которые обволакивала вязкая тягучая жидкость. Тёмно-бирюзового цвета.
Прежде, чем я сообразил, что именно произошло, она исчезла, полностью всосавшись в моё тело. В голове моментально зашумело, а мир перед глазами на секунду поплыл. Справа что-то тихо проговорил Гаспар, но слов я разобрать не смог — разум сейчас с трудом разбирал окружающую реальность.
Прояснилось всё так же внезапно. На барабанные перепонки обрушился вал звуков. В первую очередь, рычащего голоса, который до того угрожал защитникам кейса.
— Найти груз! Немедленно!
Между опрокинутых внедорожников мелькнули человеческие фигуры. Следом ударила очередь — кто бы ни выжил из пятьдесят первого патруля, сейчас он решил о себе напомнить.
В ответ заговорило сразу несколько винтовок. А когда я начал поднимать свою, чтобы поддержать коллегу огнём, один из бойцов противника подбросил в воздух добрые полсотни сверкающих толстых игл. Которые в тот же момент обрушились на патрульное авто и полицейских, что за ним укрывались.
Через мгновение иглы сдетонировали. Разнеся в клочья обоих патрульных и изувечив бронированный автомобиль.
Скрипнув зубами, я вжал спусковой крючок подствольного гранатомёта, стремясь прикончить подонка. Но рассмотреть результаты своего выстрела не успел — в сторону баков метнулась мощная фигура. Двигающаяся с такой скоростью, что её было сложно рассмотреть.
Слева грохнул помповик, а я ударил длинной очередью. Потом в воздухе мелькнули сверкающие монеты, устремившиеся навстречу нападающему. Тот взревел от боли. Но когда я потянулся за одним из своих метательных ножей, всё же добрался до цели.
Мир перед глазами кувыркнулся и я вдруг осознал, что качусь по асфальту, подпрыгивая, как мешок капусты. Попытка затормозить оказалась неудачной — я чуть не вывернул руку. Но, спустя секунду, благополучно врезался в стену здания и наконец остановился.
Приподнявшись на локте, всё же вытащил один из метательных ножей. А повернув голову, увидел, как в стену впечатывается тело Гаспара. Сейчас напоминающего изломанную куклу.
Крупная фигура, что перемещалась на четырёх конечностях, бросилась ко мне и пальцы сами отправили в полёт метательный нож. Но Эволюта это не остановило. Секунда, и в меня вперился взгляд безумных алых глаз. Потом мир моргнул ослепительным белым и всё вокруг исчезло.
Осознав себя сидящим за мусорным баком и смотрящим на собственную руку, я удивлённо моргнул. Не понимая, как это могло произойти. По улице прокатился тот же голос, повторяющий те же самые слова. И почти сразу послышались звуки стрельбы. Вслед за которыми раздался взрыв — сдетонировали иглы.
Внутри появилось странное чувство — как будто я только что рухнул с тренировочной стены, повиснув на страховочном тросе. А сам я повернул голову к Гаспару, который только что закончил короткий доклад по рации.
— Это что, такая странная версия загробного мира?
В глазах глянувшего на меня сержанта мелькнула самая настоящая злость.
— Не время для твоих дурацких шуток!
Выставив помповик, он выстрелил. Я же, подавив желание сказать, что если это и шутка, то явно не моя, развернулся в другую сторону. И, увидев летящую на меня махину, машинально откатился в сторону.
Правда, встать на ноги уже не успел. Сначала в бронежилет ударила солидная порция автоматных пуль. А потом рядом оказался обладатель всё тех же алых глаз.
Новая ослепительная вспышка. И вот я снова смотрю на свою руку. Наконец начиная понимать, что именно произошло. Реликс. Вот, что они перевозили. Наследие какого-то очень сильного Бирюзового Эволюта. Возможно, вовсе Уникума — сомневаюсь, что людей, чьи способности взаимодействуют со временем в таком формате, совсем немного.
От мыслей, которые хаотично закружились в голове, отвлёк звук взрыва. И голос Гаспара, зазвучавший над самым ухом.
— Ты заснул что ли? Стреляй!
В голове снова возникло чувство страховочного троса. Которое в этот раз оказалось дополнено ощущением привязки к этому месту. Как будто мои ноги погрузились по колено в бетон и я не могу никуда двинуться.
Рядом грохнул помповик. Свистнули в воздухе монеты. А спустя секунду, я умер. На этот раз, брошенный головой прямо в стену.
Снова очутившись на том же самом месте, я решил, что пора бы воспользоваться способностью. И попытаться спасти наши жизни.
Высунувшись, вскинул винтовку, целясь туда, где должна была появиться фигура Предметника, запустившего иглы. Как только он возник на своём месте, выпустил две короткие очереди, одна из которых попала ему точно в голову, свалив на землю. Даже если шлем каким-то чудом выдержал, сейчас стрелку должно быть не до схватки.
Потом развернул винтовку, положив палец на спусковой крючок подствольника и готовясь встретить Эволюта гранатой. За свои несколько смертей я успел рассмотреть его фигуру. Что-то похожее на молодого бычка, только с лапами и без рогов.
Двигался противник быстро и уровень устойчивости к повреждениям у него был высокий. Но за всё это время тот не демонстрировал иных способов убийства, кроме физического контакта. Интересно, как он отреагирует на прилетевшую прямо в морду гранату?
Когда прошло несколько секунд, а по бакам застучали пули стрелков, я понял, что сейчас Эволют решил не идти в лобовую атаку. Если подумать — в самый первый раз я разрядил подствольник по иной цели. Потом же и вовсе не проявлял никакой активности. Теперь же он опасался попадания гранаты. Неприятно, наверное — иметь устойчивость к электрическим разрядам, но при этом избегать обычного оружия.
Левее по улице загрохотали автоматные очереди. А потом в воздухе мелькнуло тело патрульного, с шлепком рухнувшее на асфальт.
Не успел я развернуться, как в воздухе засвистели монеты. Ухнул помповик. С грохотом взлетели вверх мусорные баки. Меня же отшвырнуло к стене здания, впечатав в него спиной.
Ощущать переломанный позвоночник и кашу из внутренних органов — больно, скажу я вам. Даже если знаешь, что это ещё не конец.
Через секунду передо мной появилась пара алых глаз и я снова провалился в белую вспышку. Придя в себя на том же самом месте, тихо выругался. Сразу же достав запасной выстрел к подствольнику, глянул на Гаспара.
— Готовь ручную гранату! Бросай по моей команде!
Тот на секунду замешкался, глядя на меня с откровенным изумлением, но всё же потянулся к оружию. Я же снова взял на прицел место, куда должен был выскочить «игольник». В этот раз выстрелив по нему из гранатомёта. Который сразу же начал перезаряжать.
Правда, фигура Эволюта показалась ещё до того, как я успел закончить.
— Сейчас! Бросай!
Сержант метнул гранату. Но та упала уже далеко за спиной атакующего. А я не успел закончить зарядку. Итог был закономерен — белая вспышка. И новая попытка.
На пятой пробе сил я уже не ругался. Лишь сосредоточенно отрабатывал действия, каждый раз экспериментируя и пытаясь добиться максимальной скорости. Умирать было больно.
На седьмой решил попробовать новую тактику. Попросту сбежать, отступив через проход между домами. Но, спустя три попытки, осознал бесперспективность — спасти выжившего патрульного не получалось, да и стрелки противника тут же обходили с флангов, отсекая путь к отступлению. Их было семь или восемь — вполне достаточно, чтобы заблокировать нас двоих.
Потом, в какой-то момент атаковал Эволют и всё заканчивалось нашей гибелью.
Вернувшись к прежнему подходу, я провалил ещё две попытки. А на третьей у меня неожиданно получилось. От гранаты Гаспара противник благополучно уклонился. Точно так же, как проделывал это в трёх из предыдущих итераций. Разница была в том, что я успел перезарядиться.
Вскинув винтовку, вдавил спусковой крючок гранатомёта и впереди тут же ухнул взрыв. Меня обдало волной тёплых брызг, а мимо по инерции пронеслось тело врага, которое впечаталось в стену. Похоже, в последний момент он попытался изменить траекторию, чтобы избежать гранаты. Иронично, но его самого это не уберегло. Зато спасло меня от столкновения с тяжёлой и стремительной тушей.
Снова перезарядив гранатомёт, я выстрелил в сторону опрокинутых внедорожников. С сомнением глянул на бьющееся в судорогах тело Эволюта. Гаспар, который испытывал точно такие же сомнения, выстрелил в него из своего помповика. И продолжал жать на спусковой крючок, пока не закончились патроны.
— Теперь если и встанет, то нескоро.
Выпустив очередь по стрелкам противника, которые, казалось, чуть растерялись, оставшись без командования, я покосился в сторону лежащей туши. Убить сильного Красного — задача не из простых. Порой их внутренние органы весьма затейливо мигрировали по телу. Так что головной мозг вовсе не обязан был находиться внутри черепной коробки. А иногда его вовсе заменяла какая-то альтернатива. Но в одном Гаспар был прав — после прямого попадания гранаты и расстрела в упор из помповика, регенерировать тот будет долго.
Высунувшись, я выпустил три короткие очереди по стрелкам, которые продолжали вести по нам огонь. Потом из-за угла вылетел массивный внедорожник, который двигался без включённой сирены. И противник тут же обратился в бегство.