Александр Кронос – Пламя Эгиды. Книга 2 (страница 14)

Что до освобождённых рабов — как ни странно, согласились все. Да, некоторые из них колебались, склоняясь к тому, чтобы просто убраться подальше. Но после того, как свою позицию обозначили самые решительные, общее настроение стало меняться. Когда же осталось всего двенадцать неопределившихся, заявить об уходе, вовсе стало тяжело.

Проблемы я в этом не видел. Естественно, проще всего работать с мотивированными рекрутами, которые чётко знают для чего им это нужно и сами готовы выкладываться на полную. Плюс, осознают, что став Стражами, им придётся рисковать жизнью.

С другой стороны — у этих людей практически отсутствовали варианты для подъёма по социальной лестнице. При этом они были не против много и тяжело работать. Отнюдь нет. Просто хотели делать это в человеческих условиях и хотя бы с какой-то перспективой. Могу поспорить, осознав, какое именно будущее я им предлагаю, каждый немедленно проникнется мотивацией.

Само собой, ставка исключительно на личное возвышение, оказалась бы полностью проигрышной. Поэтому, с их моральным обликом и мировоззрением я тоже предполагал поработать. Но всё это потом. А пока они неспешно катили в сторону усадьбы. Где должны были разбить лагерь и ждать меня.

Сил на то, чтобы создать полноценный артефакт связи, у меня пока не хватало. Зато вышло сделать простенькую «сигналку» из трёх компонентов. По одному каждому. Работал артефакт всего в двух режимах — либо принимая сигнал тревоги, либо отправляя его. А ресурса должно было хватить максимум на передачу трёх таких сигналов. Тем не менее это было лучше, чем обходиться полностью без связи.

До Омска я доскакал относительно быстро — плетения, позволяющие держать лошадь в тонусе, освежая её мышцы и организм в целом, обеспечивали высокий темп. Да и от города мы успели удалиться не так далеко.

Эйдосы птиц, со своей задачей справились — энергетический след, пусть порой и с едва улавливаемый, вывел к трёхэтажному зданию. Обнесённому высоким забором и выглядевшему скорее, как производственный цех, чем постройка, где располагались конторские кабинеты.

Разведка, которую я произвёл при помощи всё тех же эйдосов, показала, что защита тут находится на неплохом уровне. Хотя и располагает уязвимостями — сложно качественно прикрыть такую площадь. По крайней мере, если не собираешься потратить на это груду денег.

В данном же случае, эти парни похоже почти не опасались внешней агрессии. Что не удивляло — пусть я и был тут недавно, но прекрасно понимал, что контакт на уровне земского судьи, это показатель приличного уровня влияния.

К тому же, эта их защита была уязвима для меня. Но вот местные Пробуждённые, пожалуй до самого десятого ранга, могли даже не пробовать к ней подступиться.

Немедленно я действовать не стал. Вместо этого поднял эйдосы полусотни крыс, которых под землёй было множество и сформировал в каждой «разведывательную лигату».

Самую простую и примитивную — позволяющую разбирать человеческую речь и на протяжении определённого времени, хранить услышанное.

После чего отправил их внутрь. Используя те лазейки, которые вражеская защита оставила для подступов снизу. Строго говоря, полноценных брешей там не имелось. Просто отдельные места с ослабленной защитой. Тем не менее, эйдосы крыс внутрь проскользнуть смогли.

Продолжив путь, призрачных птиц я не отпустил. И когда одна из них показала в проулке пару мужчин, один из которых угрожал девушке ножом, а второй сдирал платье, долго думать не стал. Сразу же дав команду Роверу.

Спустя пару секунд первый из нападавших забился в конвульсиях — пёс выдрал ту часть энергетической структуры, что отвечала за кишечник, подвергнув сына Хаоса безумным страданиям.

Следом упал и второй. Не чувствуя своих конечностей и лишившись лёгких. В этот раз не только фигурально. Войдя в раж, ретривер случайно материализовал свои когти внутри тела противника. Потом сам этому удивился и попробовал вытащить их наружу. Далеко не сразу вернув обратно в призрачное состояние.

Итог был закономерен — лёгкие бандита превратились в кровавую кашу.

Да, судья возможно вынес бы им куда более лёгкий приговор. А потом эти двое снова загнали в ловушку чью-то дочь. Да и в конце концов — я Претор Эгиды. И система правосудия у меня своя собственная.

Остаток пути до гостиницы прошёл без приключений. Там же, мне навстречу буквально кинулся Пересветов. Сразу сунувший в руки металлическую шкатулку с фамильными гербом Кольцовых. Незамысловатым надо сказать — два скрещенных меча, которые проходили через кольцо.

— Вы ему на самом деле жизнь спасли, да? Просто так, подобным не разбрасываются.

Глянув на него, я осторожно открыл шкатулку. Взял в руки массивный перстень, наполненный силой. С тем же самым гербом. Только в отличии от тех артефактов, что я видел на пальцах самого графа, в данном случае гравировка был помещён внутрь окружности.

— Это обязательство долга. И факт признания твоих заслуг перед фамилией. Понимаешь, что это значит?

Кирилл рассматривал меня с таким видом, как будто это ему сейчас вручили перстень. А заодно предложили в жёны царевну и поручили возглавить один из Приказов. Либо вовсе объявили наследником престола.

В книгах о подобных артефактах рассказывалось, но без всякой детализации. Если уж на то пошло, о «признающих» перстнях там говорилось, как о чём-то вполне банальном и обыденном. Что резко контрастировало с настроением нобиля.

Впрочем, за следующие полчаса он мне всё изложил. С максимум возможных деталей.

После этого причина его удивления стала понятна. Как правило подобные артефакты вручались присяжникам или союзникам. В первом случае подразумевались вассалы. Слово, которое было куда более привычно моему уху, но тут не прижилось. В данном конкретном случае, русы решили использовать иной термин.

Да и человека, которому присягали на верность, они тоже именовали отнюдь не сюзереном. В империи он обозначался словом «покровитель».

В любом случае — такого формата перстни свидетельствовали о том, что человек связан с фамилией. И если не рассматривать варианты с присяжниками, либо союзниками, артефакты могли выдаваться ещё в двух случаях. Когда речь шла о долге, связанном с жизнью одного из членов семьи, или бастарде. Официально непризнанном, но тем не менее пользующимся определённым расположением главы фамилии.

Тем не менее, два последних основания использовались не так часто. По крайней мере, если верить словам Кирилла. Так что, с точки зрения нобиля, теперь у меня на пальце красовался, едва ли не знак принадлежности к губернской элите.

О фамилии Кольцовых он тоже рассказал. Семья, совсем недавно получившая дворянский статус. Буквально одно поколение назад. А титул графа обрёл уже нынешний её глава. Тот самый седой аристократ, что сражался с ренегатом на площади. Пересветов в красках расписал битву в Хорасане, во время которой солдаты тогда ещё молодого дворянина спасли жизнь брату тогдашнего императора.

Помимо этого, мне удалось вытащить из нобиля ещё немало интересной информации — сейчас, для этого наконец нашлось время. После чего, я ещё и посетил книжный магазин. Впитывая данные из печатных изданий до тех пор, пока не начала раскаляться голова.

Как итог — к моменту, когда мы вечером отправились в игорный дом, я куда лучше понимал устройство этого мира. По крайней мере в той его части, что касалась социальных категорий, власти и права на применение силы.

Что до самого игорного дома, он оказался похож на Дома Развлечений, которыми славился Круг Эймины. С той лишь разницей, что в Домах акцент делался на утехах плотского характера. Самых разных и подчас подразумевающих лишь визуальное наблюдение со стороны гостя. Но тем не менее.

Здесь же, всё крутилось вокруг карточных игр. Особняк на два этажа был наполнен людьми, которые активно пили, матерились и обсуждали последние сплетни. Но всё это, равно как и обилие вокруг красивых девушек, служило лишь фоном для главного — карт.

На пальцах Пересветова красовались перстни с фамильным гербом. Так что расположившиеся около входа охранники, пропустили нас внутрь без лишних вопросов. А вот я, подарок графа Кольцова, пока предпочёл убрать в карман. Что-то подсказывало — подобных артефактов в городе немного. Если они вообще ещё есть. Узнать меня по нему, будет элементарно.

Стоило зайти в прихожую, откуда вели два выхода, как из одного выскочил гусар. В частично расстёгнутой форме и абсолютно пьяный. Настолько, что едва держался на ногах.

С колоссальным трудом затормозив, замер, рассматривая нас.

— Дамы? Нет, вы не они. А где дамы?

Пересветов настороженно хмыкнул, рассматривая перстни на его пальцах. Рядом тихо рыкнул Ровер, не совсем понимающий, как относиться к незнакомцу. От которого ещё и веяло Изначальной силой — по местным меркам, он точно перевалил за десятый ранг.

Сам военный, прищурился, как будто пытаясь нас рассмотреть. Хотя, с учётом его состояния, проблемы со зрением были вполне объяснимы.

— Тут только что должны были проходить две дамы. Одна из них обещала дать мне в долг. А вторая просто дать. Вы их видели, милостивые господа? Хочу осчастливить обеих. Иначе заснуть сегодня никак не получится.

От Кирилла потянуло удивлением и тревогой. Похоже герб на фамильных перстнях, юноша узнал. Я же, смотря на гусара, озвучил ответ.