Александр Кронос – Ночная Охота (страница 10)

Найти его страницу в тех же «Хоромах» — дело одной минуты. С экрана смотрело сытое, гладкое и самодовольное лицо в полицейском мундире.

Глаза слипались, но я всё вбил запрос про бесплатную школу магии в Нижнем городе.

Нашлось сразу. Благотворительный фонд «Искра». Отмытые улыбающиеся дети на постановочных фотографиях. Правильные слова про «шанс на новую жизнь» и «социальный лифт для самых незащищённых».

Шанс сдохнуть от передозировки алхимической дрянью, выжигая собственные мозги ради чужих прибылей. Вот и вся благотворительность в Дальнем.

Отложив телефон в сторону, попытался подумать. Но разум не выдержал — провалился в темноту сна.

Глава XV

Запах невыспавшегося вымотанного человека. Вот что почувствовал нос ещё до того, как я открыл глаза.

Дарья сидела на краю своей кровати. Под глазами тени. Молча смотрела в стену перед собой, обхватив колени руками.

— Тебе бы отдыхать лучше, — сказал я, садясь на матрасе. — И спать побольше.

Она покосилась на подоконник. Туда, где лежали браслет и перстень. Подбородок дёрнулся.

— Не могу спать, — тихо прошептала истощённая магичка. — Как будто бывший хозяин стоит надо мной и дышит мне в затылок.

Вот и объяснение. Артефакт — триггер. Напоминание о рабстве, которое лежит в нескольких метрах от её головы.

Правда, убирать его было некуда, поэтому я просто пошёл в ванную.

— Я голодная, — уже другим тоном заговорила Дарья, когда я вышел.

В следующую секунду её желудок заурчал. А я вдруг понял, что эликсир портового эльфа и правда поставил её на ноги. Во всех смыслах этого слова. Она уже больше не спала целыми днями, а организм отстраивался, что требовало ресурсов.

— Одевайся, — кивнул ей. — Спускаемся.

Натянул чистые штаны и футболку. Дарья прикрыла голый зад шортами. Из той одежды, которую я покупал раньше. Правда с размером прогадал. Хотя на ней сейчас всё смотрелось бы слишком большим.

Девушку пошатывало — спускалась она с моей помощью. Второй рукой держась за стену.

На первом этаже — Тэкки. Сидел за угловым столиком, с двумя мисками лапши. Горячий пар, запах мяса, чеснока и бульона. Желудок немедленно напомнил, кто в этом теле принимает решения.

Варраз поднял голову. Уставился на Дарью.

— Тарг… — жёлтые глаза округлились. — Она чё, ходит?

— Ходит, — подтвердил я, усаживая девушку на стул. — Возьми ей порцию. Такую же.

Гоблин подскочил, чуть не опрокинув табурет, и рванул к стойке. По дороге едва не снёс Мэй с подносом. Старуха обругала его по-китайски, но варраз уже орал заказ.

Сел. Взялся за палочки. Поймал на себе взгляд Дарьи. Секунду подождав, подвинул миску ей. Голод был сильным. Но через пару минут будет ещё одна такая же порция. Можно подождать.

В следующее мгновение я почувствовал на себе совсем другие взгляды. На нас пялились почти все посетители лапшевни. От матросов до свенгов, что сидели с кружками пива в углу. Кто-то с недоумением. Некоторые с раздражением. Один из орков — с откровенной завистью.

Два зеленокожих гоблина и хрупкая девушка-человек. Худая и бледная, которую один из гоблинов бережно усаживает. Для этих парней мы сейчас выглядели как портовые сутенёры или мелкие работорговцы. Зверь мысленно рыкнул, прикидывая кому из свенгов первым вырвет кадык, если решат подойти. К счастью для них — не решили.

Мы же приступили к завтраку. Или ужину. Когда спишь днём и убиваешь по ночам, названия приёмов пищи размываются до полной бессмыслицы.

Дарья умяла всё, что было в миске. Расправившись со своей порцией чуть раньше, чем закончили мы с Тэкки. Уверен — ещё бы съела. Но желудок и так получил немало еды.

Тэкки-тап отправился в мастерскую. А вот я на обратном пути едва не врезался в Олега. Он встретился на площадке между этажами. С красными глазами и запахом перегара. Как-то жёстко дед стал закладывать за воротник.

Скользнул по Дарье оценивающим взглядом. Ухмыльнулся. Посмотрел на меня.

— Зелёный, — проскрипел старик. — Ты ж снова под утро вернулся. Опять кого-то порезал. И чё-то упёр. Опасно тебя в жильцах держать. Подкинул бы за тревоги.

Не так давно он рассказывал мне о мести за своего сына. Теперь — требовал процент. Путь от «отомсти за мою кровь» до «мне нужно бабло с твоей добычи» оказался до смешного коротким.

— Олег, — я посмотрел на него задрав голову. — Ты ничего не получишь. Потому что нет никаких трофеев. А всю прошлую ночь я спал в номере.

Тот хотел что-то сказать. Но видимо разобрал в моих глазах нечто такое, что переубедило — молча разведя руками, побрел к ступеням. Правда потом всё же забормотал что-то. О «зелёных неблагодарных тварях» и своей тяжёлой судьбе.

Уложив стремительно сомлевшую после еды Дарью на кровать, я принялся собираться. Сама девушка чуть повернула голову, следя за моими действиями.

— Хочу с тобой, — заговорила она. — На улицу. Пройтись хотя бы…

Я понимал. Сначала склад, где она гнила заживо. Потом эта комнатушка. Четыре стены, потолок, пыльное окно. Медленное восстановление. Кто угодно захотел бы на свежий воздух.

— Не сегодня, — посмотрел я на неё. — Отдыхай.

Она может и хотела поспорить. Но через десяток секунд уже отключилась. Я же вытащил из-под матраса целлофановый пакет. Разрезал. Что тут у нас?

Прямоугольные широкие листы. Плотная хрустящая бумага, вязь иероглифов, тиснёные печати и водяные знаки. Для купюр слишком гигантские. А там как знать — читать на мандаринском я не умел.

Сфотографировал. Открыл «Добр Толмач». Загрузил снимок.

Векселя китайского банка. Номинированы в серебряных лянах — твёрдый стандарт соседней империи. Представительство банка есть в Дальнем, в Верхнем городе.

Завалиться туда в шкуре портового гоблина и потребовать обналичить векселя, что раньше принадлежали местной банде? Исключительно смешная идея. Нужна какая-то более хитрая схема.

Засунул пакет обратно. Проверил оружие. И заперев за собой дверь, промчался вниз по лестнице.

Вечерний порт встретил всё тем же убойным коктейлем запахов, который каждый раз шокировал моё обоняние. Плюс, патрулями, конечно. Кажется, их стало даже больше, чем раньше.

Тем не менее я добрался без лишних приключений. Вот и дверь лавки Владислава.

Зверь внутри тихо рыкнул и я замер. Запах живого существа. Незнакомый. Из переулка справа, метрах в десяти. Порыв ветра только что донёс его до моего носа. Такого я здесь ещё не встречал.

Глава XVI

Тяжёлый аромат, едва ли не забивающий ноздри. Вонь сырой земли, запах перетёртой каменной крошки и нотки чего-то едкого. Прямо здесь, в десяти шагах.

Чужеродное и незнакомое. Что заставило тут же приготовиться к бою. Такие уж мы — при виде чего-то непонятного, первым делом размышляем, как его убить. А уже потом думаем про переговоры.

Пальцы скользнули к рукояти револьвера. Зверь внутри ощетинился. А из темноты справа, тяжело переваливаясь, выступила туша.

Именно так — другого слова не подберу. Ростом с платяной шкаф, шириной — едва помещалась между стенами переулка. Серая бугристая кожа, похожая на плохо обработанный бетон. Крошечные глазки, утопленные глубоко под массивным лбом. Руки-брёвна свисали ниже колен — каждая толщиной с моё бедро.

Тролль. Живой, настоящий. Первый, которого я видел так близко. Фото в сети и пара строк в «Добре» не передавали главного — запаха и ощущения массы. Когда громадина сделала ещё шаг вперёд, я тут же ощутил вибрацию земли. Килограммов четыреста первобытной дури, не меньше. На нём были бесформенные штаны из грубой ткани и безрукавка, под которой бугрились мышцы. Одежда. Значит, не дикий. Цивилизованный.

Существо подступило. Из широкой пасти вырвалось глухое рычание. Низкое и утробное. Зверь напрягся. Суставы пальцев хрустнули — когти рвались наружу.

Рациональная часть мозга за доли секунды прикинула расклад. Револьвер — шесть патронов. Калибр у него обычный — хватит ли, чтобы пробить эту каменную шкуру и остановить груду мяса? Сомнительно. Когти — эффективнее, но для этого нужно войти в зону досягаемости его кулаков. Паршивая математика. Хорошо, что драться я не планировал.

— Ты кто такой? — внезапно пророкотала туша. Голос был под стать габаритам — низкий и рокочущий, как движок фуры. — И чё тебе тут надо?

Шаг вперёд. Не назад. Рука на рукояти, взгляд прямо в маленькие, налитые кровью глаза. Снизу вверх, да. Но с тем выражением, с которым в прошлой жизни я заходил в кабинеты к главам подразделений, думавшим, что могут послать антикризисника.

— А ты кто такой, — ответил я, разделяя слова. — И какого хрена здесь отираешься?

Тролль шумно втянул воздух широкими ноздрями. Секунды три мы стояли. Он — сверху вниз. Я — снизу вверх. Между нами полтора метра и разница в триста кило. Со стороны, наверное, это выглядело как стычка малолитражки с карьерным самосвалом.

А потом переулок огласился булькающим, каркающим звуком. Тролль смеялся.

— Ршат, — прохрипел он, оскалив кривые желтоватые клыки. — За порядком слежу. Запомни, зелёный. Ежели чё серьёзное понадобится — обращайся.

Массивная фигура тяжело перевалилась с ноги на ногу и отступила в тень. Хищники обменялись сигналами и признали друг друга. Ршат. У этого куска скалы есть имя. Разумный. С ним можно договариваться, а не только стрелять. Запомню.

Два коротких удара по обшарпанной двери. Тишина. Шаги внутри. Скрежет засова.

Владислав. Худой, бледный, с теми самыми прозрачными глазами, выражение которых не получалось прочитать. В руке — мензурка с янтарной жидкостью. Из лавки тянуло горечью трав, спиртом и чем-то вяжущим.