Александр Кронос – LIVE-RPG. Эволюция-6 (страница 19)

После короткой паузы, неизвестный мужчина продолжает.

— Предупреждаю, что в случае попытки агрессии против прибывшего транспорта, мы будем вынуждены применить силу и уничтожить всех атакующих, даже если в их число будет входить призёр, располагающий билетом.

Размышляю, что ему ответить, когда тот же голос произносит.

— Это вся информация, которую я могу предоставить. Дополнительно могу сказать только одно — на станции отсутствует угроза для вашей жизни или безопасности, если вы не планируете никаких агрессивных действий. На все остальные вопросы, ответы будут даны, после вашего прибытия. Удачного дня, Кирилл.

После того, как он замолкает, молча стою, сжимая в руках рацию. Судя по тому, что пятно помех на радаре быстро перемещается к самому краю контролируемой зоны и покидает её, наш неизвестный собеседник уже удалился. Медленно опускаю гарнитуру бортовой рации на место. Обернувшись назад, вижу изумлённое лицо Павла, за которым виднеются Данил с Дианой. На заднем фоне «Уран», который на всякий случай обозревает салон, видимо желая надёжно оградить кабину от лишних ушей.

Выдохнув, пробую осознать, что это такое было. Точно понятно, что неизвестный, представлял тех самых людей, которые стояли за созданием убежища. Вопрос только в том, что за «станция вечности». И почему они решили меня туда пригласить. Из-за того, что оказался во главе группы, обнаружившей базу в Швейцарии и благополучно её покинувшей после небольшого разгрома? Этот вариант лежит на поверхности и не факт, что верен, но иных у меня пока нет.

Переместившись в салон, коротко пересказываю содержание беседы остальным ветеранам. Большую часть они и так слышали, но не помешает ещё раз прогнать полную версию вслух. Рассчитываю на какие-то идеи со стороны, но их ни у кого не появляется. Только Павел высказывает предположение, что кем бы ни была команда этой «станции», у них точно, есть доступ к чипам ГЛОМС. Иным способом, услышать крик, обращённый к небу, никак нельзя. По крайней мере с гарантией и в любое время суток.

А робот отмечает, что термин «станция» может использоваться весьма широко — от железной дороги до космоса. И учитывая уровень технологий тех, кто послал к нам переговорщика, вряд ли они обосновались где-то на железной дороге. Какое-то время обдумываю его версию с космическим пространством, но потом понимаю, что при нынешних обстоятельствах, станцией можно назвать что угодно. Никто этого не запрещает. Так что гадать всё равно бессмысленно.

В любом случае, основной вопрос в том, кто это такие и для чего им нужны люди. Если отбор производится по принципу «кто расхерачил ещё одно убежище», то кандидатов с билетами должно быть совсем немного. Да и кто, в здравом уме решится на полёт в неизвестность? Особенно не зная, зачем тебя вообще туда везут. Пусть они и утверждают, что с опасностью встретиться не придётся, но это может оказаться ложью. Хотя, тогда вряд ли бы мне дали право добровольного выбора.

Опять же, если у них есть доступ к чипам ГЛОМС, значит они прямо сейчас могут видеть и слышать то же самое, что и я. То есть любой план по захвату или уничтожению их транспорта будет известен заранее. И от этого никак не закроешься.

Когда эта мысль приходит в голову, заканчиваю наше совещание, отправляясь на своё место, где погружаюсь в размышления. Что мы имеем? Структуру, которая может использовать все ресурсы ГЛОМС. То есть, потенциально неуязвимую и непобедимую. Насколько я понимаю, действительно стоящую за проектом «Эволюция». Вот только их цели всё ещё остаются непонятными. Для любителей просто «поиграть» в людей на карте и подвигать флажки, у этих парней слишком серьёзный подход. В игровую территорию превратилась вся планета.

Впрочем, сколько не размышляю, ничего дельного в голову не приходит. Единственный адекватный вариант, который у меня на данный момент есть — попробовать захватить прибывший транспорт. Но что-то мне подсказывает — сделать это будет крайне сложно. Наверняка они перестрахуются. Тем более, что способов для этого — громадное множество.

Прокручивая в голове один за другим варианты. В итоге сам не замечаю, как отключаюсь под равномерный гул двигателей.

Просыпаюсь от того, что кто-то аккуратно толкает меня в плечо. Открыв глаза, вижу перед собой Павла. Тот кивает в сторону иллюминатора и сообщает, что мы уже на подлёте к Самаре. Оказывается, обнаружив, что я отключился, они решили, что оптимально будет не будить, а дать отоспаться. Да и остальные, по словам «ренегата» тоже, по большей части отдыхали. Выматерившись про себя, озвучиваю приказ — проверить оружие и приготовиться к боестолкновению. Да, нас ждёт защищённая база, но до неё ещё надо добраться. Плюс, я не совсем уверен, что она останется в рабочем состоянии после уничтожения «убежища».

К городу подлетаем через двадцать минут. С удивлением понимаю, что сейчас только середина дня. Под швейцарскими горами мы пробыли от силы пару часов. Хотя, по ощущениям, пробарахтались в секторах убежища не меньше суток.

Первую странность замечаю, когда мы ещё на подлёте. Дым, поднимающийся над одним из кварталов города. Что тут успело произойти за время нашего отсутствия? Сызрань всё-таки выдвинула вперёд отряды и решила действовать силой? Или случилось что-то ещё?

Когда садимся, мысленно готовлюсь к любому развитию событий. Но происходящее становится неожиданностью. Скатившись по аварийному трапу, понимаю, что «снайперский прицел» сфокусировался на каком-то движении со стороны терминала. Бросив туда взгляд, понимаю, что на одном их этажей находится стрелок. Через пару секунд становится ясно, что он там, отнюдь не один. Как минимум три-четыре бойца заняли удобные позиции, явно ожидая нас. «Уран», высадившийся вторым, замечает мой взгляд и тоже смотрит в сторону терминала вращая окулярами. Чуть смещает пулемёт на своём плече. Спускающийся за ним Павел, берёт в руки «Ястреб», оглядывая пространство вокруг.

Я же прикидываю, кто это может быть и чего они, собственно, ждут. Один выстрел из РПГ по самолёту и мы оказались бы заперты в повреждённой и, возможно, горящей технике. А накрой они нас во время торможения, ни один из «Бродяг» не смог бы оказать сопротивления, при всём желании. Даже если бы кто-то и выжил, то для полного восстановления понадобился бы приличный объём калорий и определённый промежуток времени. Вместо этого, они чего-то ждут. Хотя, возможно, не хотят повредить технику или рассчитывают получить доступ к базе. Для чего мы нужны живыми.

После того, как эта мысль проносится в голове, делаю знак рукой, подавая Данилу сигнал остановиться. Парень на момент останавливается в проёме, бросая взгляды по сторонам. Через секунду делает шаг назад, скрываясь внутри самолёта. А я жду реакции со стороны «засады».

Спустя несколько мгновений, ждущие нас люди действительно начинают действовать. Правда не те, что укрываются в здании. Из-за угла выворачивает мужик в камуфляже, который держит ладони раскрытыми перед собой. С удивлением узнаю в нём командира нашей охраны. Впрочем, если судить по выражению его лица, находится он здесь точно не для обеспечения нашей безопасности.

Приблизившись, останавливается в паре метров от нас и начинает говорить.

— У нас к вам дело. По поводу оплаты и нашего статуса. Надо обсудить.

Странное выражение лица. Да и говорит не так, как обычно. Короткие рублёные фразы и максимально простой язык. У меня в таком же формате работал мозг до того, как слегка отмяк и начал возвращаться к нормальному режиму функционирования.

Дёргаюсь, услышав в отдалении грохот взрыва, вслед за которым начинают бить автоматы. Тут в голове наконец проявляется картинка происходящего. Объясняющая, как поведение нашей охраны, так и общую ситуацию в городе. И если я всё понимаю правильно, то вероятность договорённости с ними, сейчас минимальна. С другой стороны, попробовать стоит. В конце концов, они пока не начали стрелять. А значит, в какой-то степени боятся нас.

Смерив бывшего командира нашей охраны взглядом, озвучиваю вопрос.

— Что не так с вашим статусом и получаемой платой? Ты действительно думаешь, что требовать у нас что-то под угрозой нападения — хорошая идея? Забыл, кто мы?

Мужик несколько секунд раздумывает. На лице попеременно отображается, то гнев, то откровенный страх. Когда начинает говорить, понимаю, что верх взял первый.

— А кто вы? Обычные люди, нашедшие бункер. Клал я свой хер на ваши угрозы. И на болванку эту металлическую. Надо будет — раскрутим. Всех вас. Нам нужна доля в добыче. Хотим жить внутри!

Теперь точно понятно, что о чём-то с ними договориться не выйдет. Бросаю ещё один оценивающий взгляд в сторону терминала. Пока фиксирую там только пятерых стрелков. Судя по всему, их столько и есть. Ведут они себя довольно неуклюже, так что обнаружение — вопрос исключительно технический. Если так, то дополнительные силы могут скрываться только внутри, пока не высовываясь. Или за внешними стенами, где командир наверняка был не один.

Сделав рывок, смещаюсь в сторону, срывая со спины «Ястреб». Собеседник тоже начинает двигаться, но по сравнению со мной, он больше похож на черепаху, которая пытается изо всех сил ускориться. Вгоняю короткую очередь ему в лицо. Следом разряжаю подствольник по стрелкам, засевшим на втором этаже. Сразу же смещаю ствол оружия в сторону угла здания, крича «Урану», чтобы взял под контроль второй. На Павле — ликвидация бойцов, находящихся в «засаде».