Александр Кронос – LIVE-RPG. Эволюция-5 (страница 48)

— Я понимаю, почему ты решил притвориться, что не умеешь говорить и туповат. Но сейчас у тебя нет выбора — со мной придётся побеседовать.

Тихо рычит и дёргает остатками передней лапы. Впрочем, вижу, как с яростью косятся на меня глаза. Заодно изучаю вплотную его лицо. Это явно взрослая особь, с куда более грубыми чертами, чем у того трупа, что демонстрировал мне Клотько. Широкий лоб, выдвинутая вперёд челюсть, приплюснутый массивный нос. И пара поросших мехом ушей. Отдельные участки лица тоже полностью заросли шерстью.

Заметив мой внимательный взгляд, снова начинает рычать. Качнув головой, достаю нож и ещё раз окидываю его взглядом. Если я правильно понимаю, сейчас он не способен на активные действия. Вцепившись в уцелевшую переднюю «руку-лапу», опрокидываю на спину и приставляю нож к левому глазу. Спрашиваю.

— Почему вас так много? Откуда такое количество бойцов?

Молчит, подёргивая мордой. Хмыкнув, давлю на рукоять ножа и воздух оглашается яростным воплем боли.

Извиваясь, пытается сдвинуться в сторону или отползти. Прижимаю коленом к земле и, дополняя картину, ударом ножа рассекаю щёку. Кричу в морду пленного.

— Или ты сейчас говоришь, или я буду резать тебя по кусочкам и скармливать дворовым псам. Соберём тут стаю и будем кормить их волчатиной. А перед этим оскоплю тебя и сдеру шкуру, тупой мутировавший выблядок! Зачем вы на нас сегодня напали? Для чего?

«Оборотень» ещё пару раз дёргает мордой, едва ли не поскуливая, после чего начинает отвечать.

— Это Остон. Он отдал приказ идти в бой и мы подчинились. Ильи не было в лагере.

Раздражённо цокаю языком.

— Кто такие Остон и Илья? Откуда у вас столько бойцов?

Пленник косит уцелевшим глазом по сторонам. Издав почти человеческий вздох, отвечает хрипящим и странно звучащим голосом.

— Илья, это наш командующий. Остон — один из его старших командиров. Новые солдаты — первый выводок волчат, который подрос.

В голове сразу появляется несколько дополнительных вопросов. Подумав, пытаюсь объединить их в один, после чего излагаю.

— А теперь давай по порядку и более подробно. Как давно у вас единый ЛИДер? Сколько всего старших командиров? Какая общая численность армии? Почему вместе с вами люди? В общем всё, что знаешь, максимально детально. Покажется, что ты врёшь — выколю второй глаз, после срежу яйца и примусь за вырывание зубов.

Пленник тяжёло вздыхает и смотрит на меня уцелевшим взглядом, в котором явственно читается ненависть. Но всё-таки начинает говорить.

— Илья объединил все наши группы около десяти дней назад. До этого мы были раздроблены и слабы. За нами охотились, как за дикими зверями. А старейшины отдельных кланов убеждали всех, что это нормально и нам нужно прятаться, чтобы выжить. Он дал надежду нашей новой расе. Мы такие же, как вы! Разумные, которых люди убивают из-за внешнего вида.

Делает короткую паузу, после чего продолжает.

— Старших командиров — пятеро. Остон был одним из них. Он захотел отличиться, пока остался за главного в городе. И повёл нас в атаку на полуостров.

Замолкает. Какое-то время жду. Потом уточняю.

— Сколько вас всего? Почему на вашей стороне сражаются люди?

«Волк» издаёт странный лающий звук, который можно принять за смех.

— Я не знаю, сколько нас сейчас. Сегодня тысячи волчат выходят из третьей стадии окукливания, превращаясь в полноценных «волколаков». Возможно нас уже пять тысяч. Может быть десять. На вас хватит, человек. Что до людей, которые бьются с нами — это те, кто решил биться за мир, в котором мы станем жить вместе. Без взаимной грызни и достаточно сильные, чтобы уничтожить любую угрозу.

Хмыкнув, задаю следующий вопрос.

— Как у вас получилось договориться с кем-то?

«оборотень» вошёл в небольшой раж, возможно решив, что своими ответами давит на психику. Отвечает почти без задержки.

— В каждой из захваченных деревень мы собирали пленных и говорили с ними. объясняли, зачем мы всё это делаем и чего хотим. Многие решали присоединиться к нам. Часть становилась одними из нас, другие оставались людьми, но сражались в наших рядах. Именно они проникли в Тольятти и разнесли весть, собрав немало сторонников. Многие из тех, кто жил в грязи и нищете, захотели получить новый шанс и стать «волколаками».

Другие предпочли оставить свой старый облик но всё равно бьются за нас.

Интересный ход. И довольно эффективный. Если человеку на самом социальном дне предложить стать сильнее и рвать тех, кто раньше был выше него в иерархии, то многие вцепятся в эту возможность всем, чем смогут. Вот только вопрос, сохранят ли они тебе лояльность после процедуры изменения. Разглядываю пленного, детализирую.

— Сколько у вас таких сторонников? На полуострове они есть?

Хрипит и пытается повернуть голову в сторону.

— В городе — несколько тысяч. Часть из них сейчас отправилась на процедуру «изменения». Остальные всё ещё там. Среди ваших, таких пока нет.

Своей первой фразой он напоминает мне ещё об одном важном вопросе, который я немедленно задаю.

— Где ваша клиника ГЛОМС? В каком селении находится?

В воздухе опять звучит лающий смех.

— Тебе это не поможет, человек. Наши женщины рожают по десятку детей каждые девять дней. А через три стадии окукливания, они превращаются в полноценных солдат.

Слегка надавив на нож, проворачиваю острие в глазнице. Чуть наклонившись к его морде, выдаю фразы.

— Твоя задача — отвечать на вопросы, а не высказывать своё мнение. Сколько времени длится каждая стадия?

На этот раз предпочитает не смеяться, прежде чем дать ответ.

— Сейчас, по паре дней. Ты ведь уже всё понял, человек. Скоро нас будет десятки тысяч. Потом сотни. Затем миллионы. Из вас останутся только те, кто примет новую реальность и склонят свои головы.

Усмехаюсь. Повторно задаю вопрос.

— Где клиника ГЛОМС, что производит процедуру изменения? В каком городе она находится?

Для придания ему ускорения, ещё чуть проворачиваю острие ножа в глазнице. Через секунду уже хрипит, излагая факты.

— В Клявлино. Но вам туда не подобраться. Никому не прорваться к нашей столице.

Хрипит и кашляет, извиваясь на земле. Я же задаю финальный вопрос.

— Сколько вас в Тольятти? Что собираетесь делать дальше?

Пару мгновений молчит. Потом начинает отвечать.

— Сейчас в городе около тысячи наших. И где-то столько же людей, которые с нами. Вам повезло, что там ещё остались настырные ублюдки, прячущиеся за своими стенами. И Остон не смог обрушить на вас всю мощь нашей армии.

На момент представляю, что было бы, окажись против нас не пара сотен «оборотней», а хотя бы пятьсот. Или вся тысяча. Сомневаюсь, что при таком раскладе, получилось бы отбиться. Давлю в себе эти мысли и обращаю внимание, что пленный не ответил на вторую часть вопроса. Повторяю.

— Какие у вас дальнейшие планы? Что собираетесь делать?

Тот пытается повернуть голову, чтобы отодвинуться от лезвия ножа, упирающегося в глазницу. После того, как не выходит, приступает к ответу.

— Я не знаю, какие планы у нашего лидера. Но мы точно будем идти от одного города к другому, превращая их в свои владения. Неважно в каком порядке и как именно. Они все станут нашими.

Какое-то время размышляю, что с ним делать дальше. На текущий момент времени, вопросов у меня больше не осталось. Но могут появиться потом. Быстро формирую группу во главе с Григорием, которой ставлю задачу.

Через десять минут перехватываем конечности «волка» верёвкой и загружаем в багажник внедорожника. После чего отправляю его к зданию университета. Приказ — запереть мутанта в одном из цокольных помещений. Перед этим перевязать. Около входа выставить охрану. За его сохранность отвечает Григорий.

Сам, вместе с «Кошкой» возвращаюсь в район моста. Ещё раз прохожу по нашей линии обороны, проверяя готовность. Убеждаюсь, что сейчас мы готовы к удару с той стороны Волги. Хотя, если Остон был их командиром и основным инициатором штурма, то вряд ли они станут атаковать в ближайшее время.

Следом проверяю тыловые укрепления. Тут позиции тоже оборудованы, но людей намного меньше. Основной расчёт на то, что атака будет вестись с одной стороны. И если противник попробует зайти с тыла, то можно будет перебросить на его защиту силы с передовой.

Следующие два часа перемещаюсь по территории полуострова, проверяя посты, инструктируя и отвечая на вопросы тех, кто не присутствовал на поле боя около моста. Критично не хватает пехоты, чтобы прикрыть все направления. Если принять за данность, что «оборотни» могут спокойно переправиться через реку, то удара можно ждать с любого направления. И если сам Жигулёвск мы как-то сможем прикрыть, то вот мелкие деревни в случае высадки крупных сил противника, по сути, обречены. Мелькает мысль перебросить их население в город, но для этого у нас не хватит техники.

добравшись до здания университета, устраиваю перекличку по рации, проверяю посты. Приказываю Руслану и

Анне отправиться на отдых. Вместо них на дежурство заступают уже вернувшиеся из клиники Кира с Яной и

Данил, с которыми остаётся «Уран». для половины бойцов тоже приказываю организовать отдых прямо на позициях, чтобы в случае необходимости они могли сразу подняться и вступить в бой.

После этого тяжёло опускаюсь на диван в кабинете. Правую ногу сразу же дёргает от боли. Матерюсь, рассматривая рану. Она уже начала затягиваться, но пока ещё выглядит весьма сурово. Впрочем сил на то, чтобы добраться до клиники, у меня всё равно нет. Так что пристраиваю ногу удобнее и сразу же отключаюсь.