Александр Кронос – Live-RPG. Эволюция-4 (страница 43)

Какое-то время наблюдаем за мостом. Потом в таком же порядке перемещаемся на другую сторону реки, занимая позиции около развязки. За ней обнаруживается небольшое местное кладбище. Короткими перебежками пересекаем его. Около ближайших домов находим ещё несколько трупов. Пятеро мужчин, вспоровших себе животы кухонными ножами. Переглядываюсь с Яной, которая идёт со мной в первой паре. После короткого размышления, приказываю двигаться вперёд. Пока мы не фиксируем ни единого звука. Скорее всего противник, кем бы он ни были, уже покинул село.

Постепенно продвигаясь вперёд, добираемся до центральной улицы. Через несколько домов находим то самое место, где видимо и развлекался неизвестный. Хотя, возможно их была целая группа. Большой двор завален телами. Преобладают женские, хотя я вижу и несколько мужских. Учитывая, что половина трупов буквально порублены на части, сложно сказать, что тут происходило. По моему предположению, какая-то весьма странная оргия. В которой не оказалось выживших кроме организатора и режиссёра.

Осторожно проходим по заполненному вонью двору и проверяем дом. Внутри трупов нет. Зато на столе есть посуда с остатками еды. Насколько я могу судить по её состоянию, съедобным это было, как минимум пару дней назад. Может чуть больше. Вернувшись назад, ещё раз изучаю место бойни. Насчитываю пять топоров, валяющихся на земле. Их явно использовали для расчленения трупов. Одна из девушек вверх ногами приколочена к стене длинными гвоздями. Что самое странное — на лице застыла улыбка. Единственный, кто погиб от своей собственной руки — парень в углу. Он, как и найденные ранее мужчины, сам себе вскрыл брюхо.

Обращаю внимание на посеревшие лица остальных. да я и сам не слишком комфортно себя чувствую среди разбросанных кусков мяса, уже вовсю начавших разлагаться. Наталью, которая прикрывает нас со стороны огорода, чуть не выворачивает, когда она в упор разглядывает мёртвые тела.

Сложно сказать, что произошло с остальными жителями деревни, но предполагаю, что они с высокой долей вероятности тоже убиты. Судя по стилю побывавшего тут объекта, надолго оставлять в живых свои “игрушки” он не любит.

Отступаем назад, перемещаясь тем же путём, по которому пришли. По дороге думаю, стоит ли соваться в Арзамас. Безусловно, Павлу не помешало бы подключение к клинике. А мне — информация о том, что она делает с людьми. Судя по всему, даёт им какой-то вариант “гормонального натиска”, только в разы более мощный. И никак не взаимодействующий с модификацией, которая входит в “основную версию” проекта.

Но тогда получается, что всё население Арзамаса — такие вот сверхмощные “подчинители”? Или первые, прошедшие процедуру апдейта просто подмяли под себя город? Непонятно.

Размышляю всё время, пока мы движемся к машинам, но так и не могу определиться. Какая-то часть разума упорно твердит, что нам нужно сваливать подальше от этого города. другая рвётся внутрь. Определиться не получается.

Вернувшись к колонне, излагаю результаты разведки. Решаю запросить мнение остальных бойцов. После того, как все по очереди высказываются, понимаю, что как ни странно, абсолютно все склоняются к вылазке.

Определяюсь с маршрутом и выдвигаемся.

Сначала добираемся до Буревестника, где когда-то имело место рыболовное хозяйство. Сейчас тут только пустые дома. Крохотный посёлок давно необитаем. От него поворачиваем в сторону Арзамаса. Ввиду того, что справа и слева плотный лес, через который не проехать, приходится перемещаться параллельно дороге идущей к садоводству. Трассу Р158 пересекаем по правую сторону от него. После чего медленно продвигаемся вперёд.

Открыв карту, понимаю, что нам придётся всё-так въехать на территорию Кирилловки, что сейчас слева. Либо дать большой крюк в правую сторону. Прямой путь перегораживает водная артерия, на карте никак не названная.

Притормаживаем, чтобы точно определить дорогу. Через две секунды после того, как останавливаемся, мне в плечо впиваются ногти Яны, сидящей сзади.

— Ты ничего не чувствуешь? Вспомни что-то жёсткое. Чтобы выбивало из колеи. Надо уходить.

Первые несколько мгновений кажется, что это просто бессвязный набор слов и девушка слегка не в себе. Потом в голове медленно и с неохотой всплывают воспоминания о том, как она первой открыла огонь на дороге, когда никто из нас так и не смог сделать то, что было нужно. Быстро, пока не передумал, возрождаю в голове картинку с падающей передо мной Дэки. Следом за этим переключаюсь к воспоминаниями детства. Просыпается злость. А вместе с ней уходит пелена, ранее застилавшая разум. Замечаю, как трясутся руки Киры уложенные на руль. Секунду назад я совсем не обращал на это внимания. Как и на меланхоличный взгляд Павла, который вместо ноутбука уставился куда-то вперёд.

Пытаюсь понять, что делать. Через мгновение пробую первое, что пришло в голову — влепляю нашему водителю серьёзную хлёсткую пощёчину. Голова девушки дёргается, после чего она поворачивает ко мне злое лицо.

Кричу.

— Разворот! Уезжаем отсюда!

Момент непонимающе смотрит на меня. Потом начинает выкручивать руль. Я же достаю рацию. Озвучиваю приказ.

— Каждому вспомнить самое лютое дерьмо в его жизни. Немедленно! Нас снова пытаются оболванить. Отступаем!

Если кто-то из экипажа контролирует себя — выдайте остальным лёгкую порцию боли. должно помочь.

Пока разворачиваемся, с определённой тревогой наблюдаю за остальными машинами. Первым двигаться начинает внедорожник под командованием Анны. Сразу за ней начинает поворачивать замыкающая машина Егора.

Последним с места трогается Руслан. Обратно едем той же дорогой. По пути приходится ещё несколько раз оживлять в памяти воспоминания, чтобы сбить накатывающее желание всё-таки добраться до парка и своими глазами посмотреть на клинику.

Проскочив Буревестник не останавливаемся. Временно наплевав на осторожность веду колонну прямо на дорогу, идущую от Морозовки. Выехав на асфальт, приказываю выжать максимальную скорость. Так и несёмся до самой Щедровки, за пятьсот метров перед которой сворачиваем с дороги. Останавливаемся около железнодорожных рельс. Вываливаемся из машин. Собираюсь выдать приказ о необходимости выставить охранение, но потом обращаю внимание на состояние бойцов. Киру продолжает бить крупная дрожь, остальные тоже чувствуют себя не лучше. В относительном порядке только те у кого есть развитый “гормональный натиск”. То есть мы с Егором, Анна и Павел. Все остальные выглядят так, как будто их сейчас вывернет. Яна, несмотря на то, что первой обратила внимание на происходящее, сейчас тоже бесполезна.

Отдаю приказ. Вместе с тройкой “вменяемых” занимаем позиции по периметру, ожидая, пока остальных отпустит.

Судя по тому, что давления на мозги я больше не ощущаю, мы успешно вырвались. Правда не до конца понятно, что это было. Воздействие кого-то из людей, который пытался подманить нас или работа самой клиники? Если второе, то не завидую никому из тех, кто сунется близко к городу.

В течение следующего получаса состояние всех остальных членов группы постепенно возвращается в норму.

Заменяю охранение на пришедших в себя бойцов. Излагаю свой план действий. Первоочередная задача — убраться подальше от Арзамаса. Непонятно, какие существа могут выбраться из города. И насколько далеко они в состоянии отойти. Лучше всего оказаться на приличном расстоянии от города. После того, как увеличим разрыв между нами и заражённой клиникой — ищем вариант для ночлега. Завтра утром начинаем двигаться в направлении Тольятти.

Возражений не поступает. Даже со стороны Павла, который больше всех рвался к очередной клинике. Хотя “ренегат” получил бонус — чипы, явно имплантированные в тело на том самом объекте ГЛОМС. Закончив, рассаживаемся по машинам и выдвигаемся. Около двадцати километров проходим по бездорожью. Пересекаем путь местного назначения около Корсаково и снова углубляемся в поля.

Окончательную остановку делаем километров через тридцать. Заезжаем в деревню Карауловка, которая на картах помечена как заброшенная. Прочёсываем дома. Выясняется, что жителей здесь действительно нет. Судя по общему состоянию бойцов, после попытки прорыва к Арзамасу, сегодня нам лучше путь не продолжать.

Загоняем машины в заросший травой двор с заваленным забором и выставляем охранение.

Собравшись в ожидании ужина, обсуждаем произошедшее. Предположений масса, но в основном они сводятся к воздействию кого-то из людей со стороны города. Павел высказывает мысль о том, что это могла быть сама клиника. Чуть подумав, добавляет, что в принципе есть вероятность создания коллективного разума, связанного между собой чипами. На этом моменте, не удержавшись, кашляю, матерясь про себя. У парня бывают абсолютно внезапные предположения, которые совсем не добавляют позитива в наше скромное существование. Но в целом он может оказаться прав. И тогда всё это дерьмо выглядит совсем нерадостно.

От мрачных мыслей отвлекает ужин, которым занималась Люба. Сухари с копчёным мясом, редиска и зелёный лук. Плюс для желающих — тушёнка в ассортименте целых двух марок. На неё правда мало кто обращает внимание. На что-то большее у бывшей монахини сил не хватило.

Закончив с едой, распределяю смены дежурств, после чего выбираем спальные места. Часть людей размещается внутри одного из домов. Остальные укладываются в машинах. Ко мне сон упорно не идёт. Сначала проверяю работу постов. Потом, устроившись около забора, рассматриваю маршрут до Тольятти. Поняв, что уже в третий раз прохожу глазами по дорогам и населённым пунктам, сажая аккумулятор гаджета, блокирую экран и убираю на место. Ещё раз проверив посты, всё-таки отправляюсь спать. В дом, где сейчас Кира с дианой, Идти не хочется. Обнаружив, что в нашей машине только Яна, умостившаяся на переднем пассажирском сиденье, раскладываю водительское кресло и укладываюсь рядом. девушка, вздрогнув, просыпается и хватается за пистолет в кобуре. Но разглядев меня, успокаивается. Через несколько минут снова засыпает.