Александр Кронос – Его звали Тони. Книга 12 (страница 40)

Тут она права. Пусть разногласий среди кланов даргов было множество, но нападение на одну из общин, да ещё без уведомления — такое вызовет шум. Впрочем, Пикс тоже дело говорит. Ничто не пугает всех больше, чем масштабная мясорубка. Искренне радоваться войне могут лишь те, кто ни разу с ней не сталкивался. Либо те, кто гарантированно туда не попадут. И станут смотреть сводки, попивая коктейли и засунув под стол очередную шлюху. Хотя, не. Есть ещё вариант. Те, кто вжился в такой образ. Адреналиновые наркоманы.

В любом случае — подавляющее большинство ничего подобного не захочет.

— Может сработать, — озвучил я свою точку зрения. — Но нам нужен формат.

— Прямой эфир, — Арина. — Без монтажа. Я перед камерой, говорю от себя. Показываю фото с места атаки. Видео, если есть.

— Я ничего не снимал, — начал Гоша. — Там не до того было.

— С дронов снимали, — посмотрел на него Пикс. — Я вырезал пару жестких дисков. Качество так себе. На стриме пойдёт. Сырой материал даже лучше — достовернее, чем продакшен.

— А переписку наёмников показать? — Гоша подался вперёд. — Контракт? Чтоб видно — это заказ, а не случайность?

— Контракта у нас нет, — тут же вклинился Сорк.

— Ну так сделаем! — возмущённо заметил Гоша. — Пикс, ты ж умеешь в генерацию?

— Генерировать фейки не будем, — ровным тоном заметила Арина. — Гейм Овер обеспечить нам захотел? Тридцатку в остроге?

Атмосфера напоминала запуск реалити-шоу. Похожий драйв. Только тогда было весело. Сейчас же драйв был злым и с привкусом крови.

— Арина, — я посмотрел на неё. — Когда выйдешь в эфир — не обвиняй конкретных людей. Никаких имён. Обвиняй систему. Говори о том, что есть силы, которым выгодно, чтобы расы ненавидели друг друга и постоянно лили кровь.

— Да я понимаю, — в её глазах мелькает что-то вроде лёгкой обиды. — Это будет легендарный стрим.

Ну да. Чего-то я не туда свернул. Уж кто, а блонда и сама всё прекрасно понимает. Это она просто от своего любимого сленга отошла. Вот меня и переклинило малость. Раньше, что ни слово — вайб или кринж. А сейчас, как у Сорка — почти ничего.

— Сколько по времени на подготовку? — окидываю я взглядом всех.

— Технически — час, — тут же отзывает Пикс. — По контенту — зависит от шефини.

— Текст уже в голове, — немедленно вклинивается Арина. — Двадцать минут на причесать, столько же на макияж. И пять минут на всякий случай.

— Макияж? — брови Гоши взлетают вверх. — Мы войну объявляем. В прямом эфире. Какой макияж?

— Такой, который заставит три миллиона зрителей смотреть на меня, а не переключать на котиков, — отрезала Арина. — Ты видел успешного спикера с мешками под глазами?

Гоша открыл рот. Чуть посидел так и всё-таки закрыл. Посмотрел на меня. Я пожал плечами. Она права. Картинка решает не меньше, чем содержание.

— Через сорок пять минут — эфир, — подытожил я. — Пикс готовит трансляцию. Арина отвечает за контент. Сорк — передашь итоги Виталию. Гоша…

— Морально поддерживаю! — вставил сам ушастик. — И слежу за котировками. Если после стрима бумаги Баразовой пыли дёрнутся, я должен быть готов.

— Гоша готовится выступать, — закончил я. — Выразишь позицию гоблинов. Справишься?

— Шеф, — ушастик посмотрел на меня с выражением оскорблённого достоинства. — Я три года выживал в зоне отчуждения, пока не попробовал спереть твою личную карту. И чё токо мне не приходилось втирать всяким разным пришлёпкам.

Действительно. Пожалуй надо бы поспать. Хотя бы полчаса. Туплю настолько, что риторические вопросы всерьёз задаю.

— Хорошо, — кивнул я ушастику. — Значит решено. Через сорок пять минут начинаем.

Если быть честным — на самом деле подготовка к трансляции заняла пятьдесят пять минут. Слишком уж повреждёнными оказались видеофайлы, извлечённые из памяти дронов.

Пикс ковырялся в них, как хирург в полевом госпитале. Почти все записи оказались битыми — дроны получили повреждения при обстреле, данные шли кусками. В итоге удалось вытащить минут двенадцать связного материала. Горящие постройки. Тела. Фигуры наёмников в доспехах. Качество паршивое, а звука нет вообще — но именно поэтому и работало. Профессиональный продакшен аудитория восприняла бы как постановку. А трясущаяся картинка с помехами — это реальность. Люди чувствуют такие вещи.

Параллельно связались с общиной. На том конце звонок принимал Тарв — молодой дарг, который один из немногих в общине умел обращаться с техникой. Именно он должен был подключиться к нам оттуда. Пробовали объяснить северному даргу, который с трудом научился принимать видеозвонок, как правильно вести съёмку и что говорить? Мой совет — без критической необходимости, даже не пытайтесь.

Сам стрим мы вели с четвёртого яруса Цитадели. Того самого, где культурные дарги восстанавливали свою архитектуру. С потолка свисали платформы с висячими садами. Арина специально выбрала эту точку. «Живые растения на фоне камня и напоминание о культуре.»

Пикс за ноутбуком. К стене присобачили монитор, где будет отображаться чат. Почти как в нашей старой аппаратной. Арина уже на террасе — расхаживает из стороны в сторону, выбирая ракурс.

— Поехали, — наконец остановилась девушка. — Есть контакт.

— Эфир через пять секунд, — Пикс клацнул по клавише. — Три. Одну. В эфире.

Арина посмотрела в объектив. Продемонстрировала им лёгкую улыбку.

— Привет, империя, — сказала она. — Это снова ваша любимая стримерша. Прямое включение из «Цитадели Феникса». И если кто-то из вас думает, что это очередной вайб-стрим про то, как мы тут строим новое общество и варим кофе на секретном подземном вулкане — вынуждена разочаровать. Сегодня мы проходим хардкорный рейд. Без точек сохранения и вторых жизней.

Пауза. Улыбка полностью исчезает.

— Прошлой ночью на нашу северную общину напал вооружённый отряд. Профессиональные наёмники. С тяжёлой техникой, магами, бронёй, — голос блондинки звенел от напряжения. — Они пришли убивать. И убили.

На экране поплыли кадры с дронов. Горящие постройки. Обломки. Сложенные рядами трупы.

— Это не кринж, Империя. И не провокация ради хайпа. Реальные кадры. Настоящая кровь. Мёртвые дарги, которые вчера строили дома и учили детей, — продолжала девушка. — Кто-то в высоких кабинетах решил, что им не положено жить как все. Захотели втоптать в грязь.

Чат взорвался. Я хорошо видел эту лавину сообщений, которая обрушилась после кадров с севера. «Что происходит?» — «Это реально?» — «Фейк наверное» — «Какие наёмники?» — «Ого»

Счётчик зрителей рос. Уже перевалил за сотню. Прямо сейчас это же анонсировалась и дублировалось во все наши сообщества.

— Но мы вышли в эфир не для того, чтобы жаловаться, — продолжила Арина. — Мы затеяли это, чтобы вы увидели — нас не так просто сломать. «Цитадель Феникса» стоит. И будет сражаться насмерть, если придётся. Уж поверьте, когда к нам придут убивать, мы заберём столько жизней, сколько сможем.

На экране новый видеоряд. Кобольды в полной экипировке. Штурмовые комплексы, доспехи, мечи. Хитиновые панцири в свете тусклых ламп. Вооружённые дарги. Хмурые цверги в экипировке. Гигантский тролль, вооружённые крупнокалиберным пулемётом. Караульные посты. Огневые точки в склонах горы.

— Все жители мурманской общины будут переведены в Цитадель, — голос Арины стал жёстче. — На севере останется форпост, охраняющий земли предков и Обсерватум. Мы объединим свои силы здесь в новом городе.

Сообщения в чате неслись всё быстрее. «Жёстко» — «Эт чё за кобольды с пушками» — «Щенки Косуль — легенда!» — «Война будет?» — «Вы тролля видели? Ему пулемёт, как игрушка».

— А теперь, — Арина посмотрела в камеру, — я хочу, чтобы вы услышали тех, кто нас защищает. Командира нашего гарнизона.

Пикс переключил картинку. На экране — Гамлет. Высоченный кобольд в полной броне, с мечом на поясе и штурмовым комплексом за спиной. Волосы-щупальца светятся тёмно-синим с оранжевыми вкраплениями. За ним — каменный коридор.

— Я — Гамлет, — проскрипел он. — Командующий гарнизона «Цитадели Феникса». Меня привёл сюда путь и я буду стоять до конца. Каждый из нас отдаст свою жизнь, защищая… будущее. А в конце мы ударим в гигантские барабаны и мир больше никогда не будет прежним.

Надеюсь никто не заметил вот этой паузы перед словом «будущее». Он же наверняка хотел ляпнуть что-то совсем другое.

— Легионы поднимутся по одному слову наставника, — заскрипел он, а волосы полыхнули точками алого. — Те, кто решит истребить нас, пожалеют.

Твою же мать! Ну вот нахрена? Не было ведь такого в тексте.

Поворачиваю голову к монитору, на котором отображается чат. «Это чё за нахрена? Откуда у них легионы» — «Обалдеть, кобольд командует гарнизоном? Остановите Янтарь, я сойду?» — «Жесть» — «Какие легионы? Сколько их там?»

— Теперь Ереван, — сказала Арина. — Основные силы отряда «Щенки Косуль», который тоже является частью нашей большой семьи.

Картинка сменилась. Кабинет с бетонными стенами. Йорик. Чёрный хитин, щупальца, светящиеся золотым. За спиной — небольшая компания. Человек, свенг, гоблин и даже дарг.

— Наставник призвал, и мы ответили, — размеренно заскрипел Йорик. — Мы готовы встретить врага, чтобы прервать его путь. Кто бы ни решил вырвать наши сердца, в конце он обязательно умрёт сам.

Знаете, смотрю на этих двоих и до сих пор не могу понять — они реально так думают, или это форма кобольдского перформанса? Уровень пафоса такой, что в прошлой жизни любой пиар-отдел заплатил бы миллионы за подобный контент.