Александр Кронос – Его звали Тони. Книга 1 (страница 9)

Уникальный случай — реальность почти полностью совпала с ожиданиями. У гоблинов и правда были сардельки. Которые мы жарили прямо над бочками с разведённым огнём, насадив на тонкие стальные прутья. Бюджетный вариант шампуров.

Первые пять я перемолол зубами, толком даже не заметив. Потом влил в себя целую банку ледяного светлого пива. И блаженно прикрыл глаза.

— Кайфани как следует, дарг! Сардельки, это тема, — заорал Гоша.

Глянув на мелкого паршивца, я одну за другой насадил на прут целый десяток сарделек. Положив шампур на бочку, открыл ещё одну банку холодного пива. Консервы он значит, мне предлагал. Когда у самого было полно отборной жратвы. Ну да ладно — об этом поговорим завтра. Слишком сейчас сильный отвлекающий фактор. Окажись тут ещё и женщина — я бы вовсе выпал из реальности.

Йорик тоже жарил сосиски и потягивал пиво. Забавное зрелище — как будто мутировавший чужой из одноимённого фильма решил зависнуть на местной вечеринке.

— Гоблины! Вместе! Сила! — несколько ушастых карликов принялись кружить вокруг бочек с огнём в самом диком и корявом хороводе из всех, что я видел за свою жизнь.

К ним постепенно присоединялись остальные. Приплясывали, размахивая банками с пивом и на все лады повторяя одну и ту же фразу.

Стащив зубами шипящую сардельку, я сделал большой глоток ледяного пива. Сложно описать все ощущения, которые сейчас испытывал разум. Но впервые за много лет, я чувствовал себя легко и свободно. Как настоящий человек. Только клыкастый и с зеленоватой кожей. Новый мир мне определённо нравился.

Глава V

Знаете в чём прелесть похмелья у дарга? В его отсутствии. Никакой тебе головной боли и прочих утренних прелестей. Разве что кофе хотелось выпить.

Спать пришлось прямо на полу. Гоблины, которых из-за из крохотного размера размазало так, что половина вырубилась на крыше, предлагали одолжить матрас. Но глянув на ту хреновину, которую тащили четверо ругающихся коротышек, падающих через каждый шаг, я предпочёл отказаться. Пол на его фоне был куда чище.

Гоблины в итоге бросили его на полпути и сразу же уселись сверху сами. Там же и отключившись, после очередной банки пива.

Потянувшись, я поправил шорты. Желудок сразу же заурчал. Только вчера ведь умял с полсотни сарделек. А сейчас опять себя чувствую, как будто пять лет не ел, три года не пил и вечность голой женщины не трогал.

Не обнаружив на втором этаже кобольда, я тихо хмыкнул. Всё? Слинял ученик? Пошёл обучать соплеменников мудрости?

Свою неправоту я осознал только спустившись на первый этаж. Падаван сидел на крыльце, держа в руках планшет.

— Благодарю вас за мудрость и дары, учитель, — проскрипел бронированный спутник, заметив.

— Ты о чём? — снова подтянув шорты, я рухнул на ступеньки, рядом с ним.

Тот помолчал, шевеля волосами-щупальцами.

— Пиво и сардельки объединяют. Никому нет дела, что ты кобольд, если всем весело, — махнув в воздухе планшетом, продолжил. — А здесь можно найти почти всё, что угодно.

Дождавшись, пока тот опустит планшет, я присмотрелся. Чуть наклонил голову, меняя ракурс.

— Что ты там смотришь-то? — в конце концов поинтересовался я.

Йорик тоже опустил взгляд на экран планшета. Волосы по бокам черепа засветились мягко-фиолетовым. Видео и правда было непонятным. Кобольды, которые купались в каком-то тёмном и странном водоёме.

— Это процедура очищения. Таким мы занимаемся только когда нет лишних глаз, — наконец проскрипел мой падаван.

Я ещё раз глянул на экран, где кобольды плескались в воде, отщёлкивая сегменты своей брони. Посмотрел на его шевелящиеся волосы-щупальца. Подумал. И чуть напрягшись, уточнил.

— Там ведь девушки ваши?

Он тяжело вздохнул.

— Мой дух слаб, учитель. А плоть жаждет удовольствия. Давно не видел я, как шракти обнажают свои прелести, — проскрипел этот просветлённый любитель мягкого порно на природе.

— Шракти — это женщины? — на всякий случай конкретизировал я.

Волосы, что кружились по бокам от черепа кобольда, полыхнули ярким фиолетовым цветом и тот сунул мне планшет.

— Женщины. Простите, учитель. Ничему нельзя отвлекать меня от новых горизонтов, — склонив голову, тот уставился прямо в землю, старательно не смотря на экран.

Вот я на него глянул. Ну а что? Интересно же. Никогда не видел голых и купающихся кобольдок.

Прямо сейчас одна из них снимала с себя сегменты хитиновой брони. Буквально отдирала руками, укладывая на камень рядом с водой. Строение тела было чуть похоже на человеческое. Но моя гормональная система и мозг на них не реагировали. Вот совсем. Скорее наоборот.

— Пошли, юный падаван. Сначала купим одежды, потом пощупаем эту вашу Мглу, а дальше найдём тебе крытый бассейн и хитиновую женщину. Чем меньше в жизни удовольствия, тем хуже работает мозг, — хлопнув его по бронированному плечу, я закрыл браузер.

Взбежав на второй этаж, засунул планшет в импровизированный тайник, где лежало оружие «братьев». Следом чуть повозился с обрезом, прицепив его кобуру на тот самый ремень, где висел метательный диск. Интересно кстати, как эта хреновина постоянно находит ко мне обратный путь? И что за амёбу я вытащил из тела свега? Вчера, на волне эйфории от сарделек с пивом, думать об этом совершенно не хотелось. А вот сейчас мозг активно заработал в этом направлении.

Ружьё я тоже взял. Вручив его кобольду, который ждал внизу. Броня у него уже есть — теперь будет и огневая мощь. Потренироваться бы в стрельбе ещё, да патронов слишком мало.

— Как оно чё? Жыгу убивать собрались? Вы его попытайте сначала, япь. Наверняка нычка есть с баблом, — голос у подошедшего Гоши был хриплым, а вид гоблин имел весьма помятый. — Добычу пополам.

— Не. Мы по магазинам, а потом в Мглу. Глянуть одним глазом, — не стал я давать коротышке ложные надежды.

Тот протяжно выдохнул. Почесал своё ухо. Потом, с тем же выражением лица, поскреб задницу.

— Он ж после вчерашнего, всё равно придёт. Жыга тупой, но такого не стерпит. Сам убивать заявится. Лучше его первым прикончить, так то. Безопаснее, — зеленокожий гений тактики уставился на меня, пытаясь придать лицу выражение максимальной серьёзности.

— Если придёт, я встречу. Нахрена мне время на его поиски тратить? — резонно отметил я.

Гоша глянул на центральную террасу, где на грязном матрасе отсыпалось несколько гоблинов.

— Мы вчера все сардельки сожрали. И почти всё пиво выпили. Стратегический запас, так то. А ты Жыге голову оторвать не хочешь. Ну вот чё тебе стоит? — задрал он голову, воззрившись на меня.

Втянув ноздрями морской воздух, я улыбнулся.

— Ты мне эти сардельки разве сразу предложил? Или про пиво намекнул? Консервы только подсунул, — веско изложил я свои доводы. Но глянув на погрустневшего гоблина, смягчился. — Если придёт, пока меня не будет, скажи, что это место теперь моё. Будут претензии — пусть назначает место и время. Поговорим.

Вот так люди и становятся на скользкую дорожку. Сначала одна встреча, потом вторая, а через год ты уже навсегда увяз в уличных войнах. Хотя то люди. А я дарг. Как встал на дорожку, так с неё и спрыгну.

— Так и скажу, япь. Только это… Место не твоё, так то. Наше оно. Общее, бара-бара, — особой уверенности в голосе карлика не чувствовалось, но позицию он обозначить всё же решил.

— Наше, так наше, — не стал я спорить. — Но Жыге скажи, что моё. А по цене мы потом сочтёмся.

Возмущённо шмыгнув носом, гоблин покачал головой.

— Ты не цверг, ты хуже. Тебя даже нахер послать нельзя, — грустно махнув рукой, он побрёл к своему входу.

Ну а что? Кто его знает, что у этих гоблинов ещё есть? Я сейчас на ящик сарделек соглашусь, а потом окажется, что подвалы золотом забиты. Или там десяток прекрасных эльфиек томится.

Бульвар Ивана Второго, я теперь разглядывал куда как внимательнее. Присматриваясь к местным жителям, открытым заведениям и задерживая взгляд на каждой привлекательной женщине. С этим точно надо что-то делать. И я прекрасно знаю, что. Где бы ещё найти кандидатку?

Расовый состав был разнообразен. Свенгов, гоблинов, людей и кобольдов я узнавал сразу. А порой мелькающие в толпе бородачи, судя по всему были цвергами. Своего Толкиена в этом мире похоже не было — гномами их никто не звал.

Но если кому интересно моё мнение, я бы именно так их и обозначил. Натуральные гномы же. Лопочут правда на своём и непонятном. Похожем на рыкающую смесь литовского с немецким. Порой с примесью испанского.

Денег у вчерашних налётчиков оказалось немного — Йорик наскрёб чуть меньше четырёх рублей. Поэтому запахи пищи я старательно игнорировал. Перед началом вылазки, мы с кобольдом выскребли по две банки консервов — пока получалось держаться. Я даже мимо пекарни тётушки Канн стоически прошёл, не завернув к женщине за пирожком и кофе. Только рукой ей помахал.

На нас посматривали с самыми разными выражениями лиц. По большей части удивлёнными, либо напряжёнными. Некоторые вовсе испытывали неожиданный порыв сменить сторону улицы.

Но самый большой сюрприз поджидал меня, когда мы оказались у нашей первой цели. Магазинов с одеждой, что наконец попались на пути.

— Панцирникам не продаём! — заорал первый же продавец, схватившись за топор. Глянув на входящего меня, выронил оружие, тут же прижав руку к сердцу. — Ох ты ж, едрить воробушка в клюв. Дарг! Батя, подари мне огнемёт!