III.
Окончен счёт. И начат поиск.
И Сумасшествие пошло.
Недолго поиск продолжался,
Лень сразу, первую нашло.
Потом услышало, как Вера
о чём-то с Богом спорила,
Её искать уже не нужно,
продолжило свои дела.
Где Страсть упрятались с Желаньем,
Оно узнало по тому,
как угрожающе в вулкане
дрожало всё, сгущая тьму!
Затем нашло Оно и Зависть,
и догадалось сразу где
Триумф скрывался —
на верхушке, средь листьев, словно в бороде.
Ну, Эгоизм искать не нужно,
не повезло Ему чуток:
Он в улей спрятался, и дружно,
пчелиный рой Ему дал толк!
Вдруг Сумасшествие смутилось,
увидев, как Сомнение
сидело около забора,
решая уравнение:
«С какой же стороны укрыться,
чтоб дольше не смогли найти?
Вот если б взять и разделиться:
и там и здесь, куда ж идти?!»
Принять решенье не сумело,
и было найдено Оно,
ведь принять твёрдое решенье,
Сомненью – вовсе не дано!
От изнурительной работы,
у Сумасшествия уже
возникла жажда, до икоты!
Предел терпенья – на меже!
Немного чтобы освежиться,
и сухость удалить во рту,
к ручью пошло Оно напиться,
там увидало – Красоту.
И так почти все оказались
Им найдены: Талант – в траве,
Печаль – в пещере укрывалась,
Ложь – в радуге или на дне,
уж если честно признаваться,
на океанском дне была.
Ведь Ложь есть Ложь, и удивляться
тут нечему, там и была!
Не найденной лишь оставалась
одна Любовь, её никак
найти нигде не удавалось,
ни в ручейке, ни в облаках.
Но Сумасшествие искало
за каждым деревом, в горах,
и, наконец, Оно решило
искать и в розовых кустах.
И с нетерпеньем раздвигая,
все ветки розовых кустов,
Оно услышало стенанья,
что издавала их Любовь.
Непоправимое случилось!
Шипы, благоуханных роз,
в глаза Любви, случайно впились!
Слепою стала! Вот курьёз!
