Александр Козлик – Криминальные истории по материалам уголовных дел (страница 3)
Что же выяснилось по делу. Фамусов работал врачом-психиатром в психиатрической больнице и к нему обратилась некая гражданка Даниленко с предложением, чтобы он подыскивал, среди своих больных одиноких и престарелых, лиц, имеющих квартиры в городе, и передавал ей сведения об этих людях: место проживания, паспортные данные и образцы их подписи. За каждую выявленную такую личность он получит 200 тысяч рублей. Фамусов, конечно, понимал, что это ведет к завладению квартирой больного, но его это меньше всего интересовало, главное – деньги неплохие платили. Через некоторое время, проверяя своих больных, он выяснил, что у больной Кольцовой, имеется квартира, родных нет и она вряд ли уже будет выписана из больницы. Все требуемые сведения Фамусов передал Даниленко и через некоторое время она попросила его получить оригинал подписи Кольцовой на чистом листе бумаги, что он и сделал, а ему передали деньги в размере 200 тысяч рублей.
Все было бы хорошо, но деятельность черных риелторов попала в поле зрения правоохранительных органов и началось расследование по факту завладения квартиры Кольцовой. Фамусов был задержан, доставлен в следственный отдел и допрошен следователем в качестве подозреваемого. Понимая, что отпираться невозможно, он дал полностью признательные показания, в связи с чем его арестовывать не стали, отпустили на подписку о невыезде.
Вернувшись домой, Фамусов рассказал матери обо всем случившимся, и они решили, что необходимо искать пути к следователю, чтобы дело в отношении его прекратили. Через некоторое мать Фамусова сообщила, что такой человек нашелся и они с ним встретились. Рассказали о своей беде и попросили помощи. Таким человеком оказался Андрей, знакомый Николая. Оценивая случившееся, Андрей заявил, что потребуется 1,5 млн. рублей, не меньше. О себе любимом и своих запросах, он не забывал.
Ознакомившись со всеми материалами уголовного дела, Николай решил действовать и пригласил к себе Фамусова для допроса, а вернее фальсификации допроса. Сам же подготовил протокол, где написал от имени Фамусова, что он не знал для каких целей у него, запросили данные Кольцовой и что Даниленко представилась ему родственницей Кольцовой, а проверить ее слова он не мог, поэтому пришлось выполнить ее просьбу. Когда у него появился Фамусов, Николай объяснил ему, что ранее данные им показания он должен забыть и сказать, что подписывал их, не читая, и в дальнейшем должен говорить так, как записано в протоколе, который ему он предъявил. Фамусов расписался и ушел, а Николай направился к Тихомировой и предъявил ей протокол допроса Фамусова, заявив при этом, что он допросил его от ее имени, пусть она подпишет и приложит его к уголовному делу. Затем объяснил, что доказательства в отношении вины Фамусова очень хлипкие, поэтому дело в отношении его надо прекратить, так как в суде лучше иметь крепкого свидетеля, чем обвиняемого со слабыми доказательствами, по которым суд может его оправдать.
Тихомирова, полагаясь на опыт работы Николая, согласилась с ним и тогда он предложил ей, что сам напечатает постановление о прекращении уголовного дела в отношении Фамусова, от ее имени, а она его только подпишет. Настя, с благодарностью, согласилась.
Через несколько дней, Николай передал через Андрея постановление о прекращении уголовного дела в отношении Фамусова и получил за это, ту большую «благодарность», которую ему обещали. Все были довольны, все было хорошо.
Но вмешались непредвиденные обстоятельства. При проведении проверки надзирающими органами, куратору не понравилось такое расследование и дело из следственного отдела района забрали в городское управление.
Началось повторное расследование, в ходе которого была выявлена фальсификация материалов дела. Николай был уволен из Следственного комитета и теперь уже в отношении его было возбуждено уголовное дело по факту фальсификации материалов дела и превышения своих полномочий.
По результатам расследования уголовного дела были передопрошены все лица, которые ранее проходили по делу, в также следователи, Фамусов и его мать во всем признались, привлекли и Андрея, который также дал признательные показания и по окончанию расследования, дело было направлено в суд для рассмотрения.
Николай был осужден на несколько лет лишения свободы и для отбытия наказания отправлен в сторону южную, откуда прибыл в Санкт-Петербург.
По материалам уголовного дела о коррупции
Это дело обращает на себя внимание не только объемом и количеством привлекаемых лиц к уголовной ответственности, но и той уверенностью в своей безнаказанности в хищении государственных средств наших чиновников. Читая дело, понимаешь откуда берутся у них дворцы, элитные автомашины и прочая роскошь, ведь никто элементарно не боится, что за все придётся отвечать, никто с них не спрашивает, откуда берутся деньги на все это.
Только обвинительное заключение по уголовному делу состоит из свыше тысячи листов, а привлекаемых лиц порядка десятка человек, хотя могло быть и больше. Но перейдем непосредственно к рассказу. Фамилии обвиняемых изменены и рассказ не является документальным в полном смысле этого слова.
Мамедов Ираклий приехал в Питер еще будучи совсем молодым человеком из далекого грузинского городка для поступления в институт. Говорил он по-русски с большим акцентом и писал с большими ошибками, но это не помешало ему поступить в учебное заведение, так как в Советском Союзе при поступлении в институт имелись разнарядки для кадров из союзных республик. Тем более, что у него было направление из райкома партии, (была такая рекомендация) что он направляется для учебы. Папа его работал инструктором в райкоме и посчитал, что его сыну лучше сделать карьеру, окончив питерский ВУЗ. Ираклий поступил в строительный институт и с большим трудом его окончил, но сумел. Молодец! Правда пришлось заниматься комсомольской работой и подтверждать преданность партии, но он все преодолел. Мало того, после получения диплома был направлен в большой строительный трест и там стал комсоргом. Организаторские таланты у него открылись. А вскоре и перестройка подоспела. Вообще хорошо стало. Организовал Ираклий свой кооператив, папа мал-мало помог деньгами. Так и началась карьера бизнесмена в Питере. К началу 2000 годов Ираклий владел несколькими строительными трестами, и с другими профилями имелись кампании. Занимался всем, что приносит деньги, ничем не брезговал и денег у него хватало. В общем, стал он «уважаемым» человеком, как говорил Аркадий Райкин. Комсомольских друзей его тоже везде разбросало по всем направлениям и кампаниям, и связи с ними он поддерживал. Так, от одного из них стало известно, что одному из районов города выделяют свыше 300 миллионов рублей на санитарную очистку и ликвидацию самовольных свалок мусора. Ираклию сразу интуиция подсказала, что тут можно хорошо подзаработать, только надо было найти выход через своего человека на главу администрации. Озадачив своих друзей, Ираклий стал ждать. Через несколько дней ему позвонил Михаил Квашнин и сказал, что его приятель является близким другом главы администрации Карпова Николая Ивановича. Ираклий предложил всей кампании провести ближайшую субботу у него на даче, обещая шашлыки, девочек и прочие угощения. Михаил согласился и обещал перезвонить. Через час поступил от него звонок, что все согласны и будут. Вызвал Ираклий своего помощника, Георгия, велел ему подготовить дачу к субботе на высшем уровне. Беридзе Георгий работал у Ираклия не первый год и знал, что означает «высший» уровень.
В субботу к 12 часам вся кампания собралась на даче у Ираклия: баня топилась (там было на выбор три отделения: финское, турецкое и русское), накрыты столы по первому разряду со всевозможными закусками и выпивкой и заказаны девочки из сопровождения ВИП-персон. Кампания немного погрелась, друзья, как воспитанные люди, удалились и Ираклий с Николаем Ивановичем решили побеседовать.
«Николай Иванович, – обратился Ираклий, – я слышал, что Вашему району выделены средства для санитарии, это правда?».
«Да, это так», – ответил Николай Иванович.
«У меня к Вам есть хорошее предложение. Мои кампании готовы выполнить любую работу и для Вашего района мы готовы выделить 10 % от всей суммы», – сказал Ираклий.
«Всего 10 %?» – спросил Николай Иванович.
«Нет, это только для Вашего фонда, – ответил Ираклий, – с остальными людьми мы то же рассчитаемся».
«Тогда другое дело, – ответил Николай Иванович, – вот телефон моего первого заместителя Сергея Петровича, он будет заниматься этим вопросом, я его предупрежу. Позвоните в понедельник и договоритесь встретиться, обговорить все вопросы, в том числе и порядок оплаты». На том и порешили. Отдых продолжался до позднего вечера.
В понедельник утром, после совещания, Николай Иванович обратился к своему первому заместителю Сергею Петровичу Капустину: «Сергей Петрович! Задержитесь немного. Нам на район выделено 300 млн. рублей для санитарной очистки района и ликвидации несанкционированных свалок мусора. Заниматься этим будете вы и подбирайте для этой работы кампании. Вам сегодня позвонит некий Мамедов, его фирмы готовы работать у нас по санитарии. Вам надо с ним встретиться и обговорить все вопросы, в том числе и порядок оплаты, для моего фонда – отдельно. Держите меня в курсе. Все ясно?» «Так точно!» – ответил Сергей Петрович, его военная закваска давала себя постоянно знать и это очень нравилось Николая Ивановичу. Никогда лишних вопросов Сергей Петрович не задавал.