Александр Козачинский – Огненные годы (страница 59)
— А може, и нет…
Мишка настороженно озирался. У ближайшего бандита за поясом он заметил пистолет и решил при случае воспользоваться им для обороны. Нет, теперь уж он живым в руки не дастся!
— А ну, дай дорогу! — раздался окрик с порога.
Бандиты расступились, и перед Мишкой очутился здоровенный верзила лет восемнадцати. На голове копна растрепанных волос, нос картошкой. Он встал посредине хаты, неуклюже переминаясь с ноги на ногу.
Атаман, видимо, решил повеселиться и потешить свою побитую банду.
— Ша, хлопцы! — он еще раз хлестнул по столу плетью.
Все притихли.
Махно обратился к верзиле:
— Видишь этого чижика, Битюк?
— Бачу, — ответил парень, поворачиваясь лицом к Мишке.
— А побить его можешь?
— Кого?.. Цего?..
— Ну да, на кулаки взять!
— А на що? — удивился верзила. — Вин же воробушек.
Банда разразилась хохотом.
Мишка вспыхнул от обиды:
— Но-но, ворона, не очень задирай! В другом месте я б тебе показал «воробушка»…
— Так бей его, Битюк! — взвизгнул Махно, — Это ж буденовец!
Бандиты дружно заулюлюкали:
— Дай ему трепку!
— Ату его!
— Ну што ж, могу, — согласился молодой Битюк, не торопясь снимая куртку и засучивая рукава рубахи.
Мишка заложил руки за спину:
— А я не желаю! Что я вам — цирк?.
Махно вскочил:
— Дерись, звереныш! Если ты побьешь Битюка, катись на все четыре стороны!. И баста!
— А ты не брешешь? — усомнился Мишка.
— Что-оо? — взбеленился Махно. — Слово атамана свято, как у господа бога. Начинай, Битюк!..
— Ладно, коли так, — отозвался Мишка, вставая в боевую позицию, — только как будем драться — по правилам бокса или куда попало?.
— Бокса? — верзила вытаращил глаза, — Яка бокса? Та я ж тебя и без боксы пришибу, як червя. — Он сделал шаг вперед.
— А ну, давай, верблюд! — подзадоривал Мишка, спокойно стоя на месте. — Попробуй пришибить буденовца!
— Бей его, Битюк! — завыли бандиты, плотной стеной окружая бойцов. — Цель в ухо!..
Битюк сжал свой огромный кулачище и размахнулся изо всей силы… Мишка мгновенно пригнулся, кулак просвистел в воздухе, верзила пошатнулся и, получив крепкий удар в челюсть, отлетел в сторону.
— Получай задаток, кабан! — крикнул Мишка.
Бандиты ахнули:
— Вот так звезданул петушок!
— Давай, давай, Битюк!
— Катай его!
Разъяренный Битюк в бешенстве бросился на Мишку, нанося беспорядочные удары куда попало. Ловко отражая нападение, Мишка с поразительной быстротой бил противника по рукам, заставляя его плясать вокруг себя, как медведя на цепочке.
Махно и бандиты хохотали от удовольствия, свистом и криками подбадривая Битюка.
Но тот, уже избитый в кровь, вторично отскочил от Мишки, задыхаясь от бессильной ярости.
— Ну, я ж тебя убью, собака! — прохрипел Битюк и, наклонив мохнатую голову, быком ринулся на Мишку, направляя удар в живот.
Но Мишка, как кошка, отпрыгнул в сторону и с такой силой трахнул Битюка кулаком по затылку, что тот всей тушей грохнулся на пол и забороздил носом.
Бандиты взвыли.
Не дав противнику опомниться, Мишка вскочил ему на спину и придавил коленом шею:
— Ну что, верблюд, сдаешься, или еще наддать?.
— Та вже ж, шоб твои очи повылазилы! — прохрипел Битюк.
— То-то же, вперед буденовцев не трогай!
И, толкнув Битюка ногой в зад, Мишка направился к выходу:
— До скорого свидания, разбойники!
Но Битюк-отец загородил ему дорогу:
— Куда прешь?.
— Как, куда? Ваш батька обещал мне свободу, если я побью твоего дурня.
На лице Махно появилась злорадная усмешка:
— Верно, Битюк, дай ему сотню хороших плетей и пусть уходит, если сможет… И баста!
Смертельно оскорбленный, Мишка бросился на казака с пистолетом и попытался выхватить у него оружие. Но Битюк-отец успел перехватить Следопыта и поволок его во двор.
Здесь Мишка увидел картину, достойную времен Тараса Бульбы.
Посредине двора красовалась поставленная «на попа» бочка с выбитым дном. Вдребезги пьяные бандиты, кто чем мог, черпали из нее самогон и, запрокинув головы, пили, пока не валились с ног. Трое уже спали, развалившись посредине двора. Один отчаянно отплясывал гопака под губную гармошку. Другие во всю силу легких горланили песни.
В конце двора стоял большой сарай, около которого весело фыркали две верховые лошади гнедой масти и одна черная, как вороново крыло. Прислонившись спиной к запертой двери сарая, тяжело дремал сторож, вероятно, тоже пьяный. Сюда-то и привел Битюк Следопыта.
— Эй, Петро, отчини дверь, — потребовал Битюк, толкнув ногой сторожа.
Сторож недовольно пробурчал что-то себе под нос, с трудом нашел карман и, вынув ключ, начал возиться у замка.
— Вот проклятая дирка! — ругался сторож, тыкая ключом мимо замка. — Засорилась, чи що?
Пока пьяный сторож возился с замком, Мишка огляделся и заметил, что в десятке шагов от сарая в высоком заборе не хватает одной доски.
Сторож продолжал канителиться с замком, ругая на чем свет стоит неуловимую «дирку».
Битюк, крепко державший за руку Мишку, разозлился: