Александр Коцюба – Охота на военкора. Раненый Алеппо (страница 4)

Вот и сейчас он ехал по сирийской пустыне в сторону Алеппо, где в блокаде оказались несколько тысяч его соратников: русская авиация никак не давала им вырваться из кольца, и это притом, что на помощь окруженным регулярно пыталось прорваться значительное подкрепление.

Примерно через два часа езды от базы боевиков в Идлибе до окраины Алеппо «джихад-мобиль» одного из самых одиозных полевых командиров «Джабхад Ан-Нусра» Вахида, прозванным за свою жестокость «Палачом», въехал в спутник Алеппо – город Хандарат. Не сбрасывая скорости, машина буквально пролетела мимо полуразрушенных зданий на окраине города и резво юркнула в огромное жерло пещеры. Здесь располагался штаб одного из ударных подразделений фронта «Ан -Нусры». Тысячи вооруженных до зубов ваххабитов укрывались от авиационных ударов российских ВКС под толстенными стенами и перекрытиями в скале, пробить которые не была в состоянии ниодна, даже самая мощная, полуторатонная бомба.

Здесь же боевики устроили свой импровизированный госпиталь, где оправлялись от ран сотни «лихих братьев». Тяжелораненых среди них не было – их оставляли на поле боя, а тех, кого в пещеру приносили полуживыми, добивали свои же чудо-лекари. Потом тела умерших соратников бросали в отдельный ров неподалёку от одного из входов. Тела убитых периодически заливали бензином и поджигали, а уже затем присыпали землёй. Так бородачи пытались бороться с жуткой вонью от гниющей на пятидесятиградусной жаре плоти.

В самой пещере, неподалёку от входа, прямо на сырой земле валялись наспех перевязанные какими-то грязными тряпками легко раненые боевики, а рядом стояла большая отара овец. Они в ужасе жались друг к другу, все время блея от страха. Бородатые мужики периодически подходили к несчастным овцам, хватали первую попавшуюся, бросали на землю и тут же пускали кровь, уверенно орудуя большими ножами. Готовили еду чуть поодаль, вглубине пещеры, причем процесс приготовления пищи порой состоял лишь из непродолжительного валяния в костре больших кусков мяса.

Ещё дальше стояли большие ржавые клетки, как в зоопарке, только вместо диких животных в них сидели рабы: женщины, мужчины, старики и дети, все вместе – очень худые, полураздетые и грязные, они обреченно молчали, стараясь не привлекать к себе внимания. Клеток с людьми было много, некоторые из них стояли друг на друге. Бородачи периодически подходили к ним, медленно обходя всю свалку и выискивая очередную жертву. Кого-то выводили, чтобы тут же избить или изнасиловать. Стоны, ругань, крики и предсмертные хрипы людей и животных перемежались с ревом моторов снующих пикапов и периодической стрельбой из зенитных установок по каким-то неведомым целям.

Пещера на несколько километров уходила вглубь, приэтом была очень широкая, давая возможность с разных точек наблюдать за внешним миром. Таких «смотровых площадок» здесь было немало, а поскольку естественное укрытие находилось на возвышенности, километрах в семи от Алеппо, то вся восточная часть города вместе с близлежащими районами лежала как на ладони. С этих командных пунктов главари «Нусры» отдавали приказы своим подчинённым, отсюда они корректировали огонь и указывали основные направления ударов. Это была стратегически важная пещера всей обороны Алеппо – города, который ещё называли северной столицей Сирии.

– Здравствуй, брат! – с распростёртыми объятиями подошел к остановившемуся пикапу невысокого роста и крепкого телосложения бородач в увешенной гранатами разгрузке. – Слава Аллаху, ты приехал ко мне! Теперь мы возьмём этот город и очистим его от неверных, – крепыш расплылся в улыбке. Это был командир всей этой «бородатой гвардии», и он давно ждал приезда Вахида.

– Всевышний указал мне путь к тебе, брат мой, – выйдя из авто, восторженно приветствовал Вахид в ответ, – мы вместе наведем порядок на этой земле. Я давно хотел тебя увидеть, чтобы бить неверных вместе с тобой, Рахим!

Они несколько раз обнялись, после чего крепыш протянул правую руку вперед, любезно предлагая гостю проследовать в указанное направление.

– Ты, наверное, устал в дороге, брат мой? – медленно проходя мимо окруживших помощников и заместителей, поинтересовался крепыш.

– Дорога была непростой, русские самолёты могли в любую секунду выйти на нас, но мы прорвались, слава Аллаху, – с некоторой иронией ответил Вахид.

– Знаю, знаю, дорогой мой, но у тебя прекрасные воины, которые знают здесь каждую кочку. Пока они рядом, я спокоен за тебя. Кстати, пусть твои бойцы отдохнут как следует. Еда и лучшие женщины уже готовы, я приказал своим людям, чтобы проводили их, – крепыш лукаво улыбнулся.

– Благодарю тебя, Рахим! – учтиво произнёс Вахид – но…

– Да и тебе, брат мой, не мешало бы расслабиться, – оборвал его на полуслове крепыш. – Даже слышать ничего не желаю. Я, конечно, понимаю, что русские могут начать бомбить в любую минуту. Но уверяю тебя, дорогой мой, в этой пещере мы можем чувствовать себя вполне безопасно. Ни одна бомба этих шайтанов не пробьёт такие толстые стены. К тому же у нас есть часок другой на отдых. Если это можно так назвать, – крепыш подмигнул Вахиду. – Нам есть, что обсудить с глазу на глаз. А мои люди приготовили к твоему прибытию отличный подарок. Он медленно поманил его пальцем, прося нагнуться пониже, и прямо в ухо прошептал, – Мои друзья достали нам несколько совсем ещё юных девок. Крепыш повел игриво бровями и после короткой паузы подытожил, – Это русские девки… совсем юные… мы с тобой первые их попробуем. Он зло засмеялся и подтолкнул своего гостя рукой, заставив его ускорить шаг и идти перед собой.

– О, Рахим! – расплываясь в улыбке, бодро зашагал Вахид. – Ты знаешь, как поднять боевой дух брату по оружию. С таким подходом к делу я готов обсуждать любые вопросы.

– Я вижу, твой кинжал по-прежнему при тебе, – констатировал крепыш. – Значит, сегодня будет разговор по душам. Русские нам за все ответят, – ещё громче рассмеялся главарь пещерных бородачей.

– За моим кинжалом дело не станет, – констатировал Вахид. Он слегка замедлил шаг. – Тем более что мне нужно обсудить с тобой одну идею.

– Да что ты такое говоришь, брат? – не переставая ёрничать, продолжил крепыш. – Мы сейчас с тобой такие идеи утвердим, ни одна русская шлюха в обиде не останется, – уже громко смеялся командир. Шедшие за ним приближенные тоже заулыбались.

– Я не об этом, Рахим, – попытался оправдаться Вихид.

– А я именно об этом, – толкая в спину остановившегося гостя, веселился хозяин пещеры. Они шли по узкому коридору между каменными стенами и, пройдя метров пятнадцать, вышли в огромного размера пустоту в пещере. Дневной свет сюда не попадал, поэтому всё это пространство было освещено обычными лампами. Свет медленно переливался, сверкая то алыми лучами, то синими, переходя из зеленого в желтый и так далее. Посередине этой сверкающей пещеры был натянут своеобразный шатёр из ярких тканей и кожаных вставок. Справа и слева от входа стояли шестеро вооруженных охранников. Заметив вошедшего в пещеру командира, они выпрямились, изображая из себя подобие воинского приветствия. Из шатра доносилась едва слышная восточная музыка. Всё это было похоже на какую-то огромную цыганскую повозку, застрявшую посреди обожженных пламенем каменных стен.

– Так и живем… – лукаво прошипел крепыш и слегка наклонился, руками призывая гостя зайти внутрь этой палатки.

– Ты, брат мой, хорошо устроился, – оценил жилище Вахид.

– Что ты! Это моя походная комната для уединений. Здесь я иногда отдыхаю, и, конечно же, принимаю дорогих гостей. Вот когда мы освободим Алеппо, я тебе покажу, как должен жить правоверный мусульманин. – Прошу! – охранники раздвинули куски яркой ткани на входе, и они оба вошли внутрь, где Вахид увидел внушительных размеров стол, уставленный медными кубками и чашами с различными яствами и мясными деликатесами. В этот момент музыка заиграла чуть громче, и пока двое мужчин усаживались за стол, из-за ширмы выскользнули четыре полуголые девушки и начали эротично двигаться в такт восточным напевам. Вахид первым делом достал из ножен свой огромный тесак и положил на стол справа от себя.

– Узнаю мудрого воина, – одобрительно произнес крепыш, – я, пожалуй, тоже сегодня поиграю. Он щелкнул пальцами, и один их охранников пулей вылетел из шатра, но через несколько секунд вернулся и положил на стол большую, широкую и слегка изогнутую саблю.

– Сегодня мы обсудим все детали предстоящей операции, – звонко произнёс крепыш, взял трубку от массивного кальяна и глубоко затянулся. Вахид одобрительно покачал головой и последовал его примеру. Бородачи сделали несколько смачных затяжек, не проронив при этом ни слова, только улыбались друг другу, выпуская изо рта клубы дыма….

– Пока я к тебе ехал, – начал Вахид, – видел вертолёт в небе. Это ведь русский борт?

– Да-а, – выдыхая очередную порцию дыма, захрипел крепыш, – русский транспорт. Они частенько летают над нашими деревнями из Латакии в Алеппо и обратно. Ты, наверное, хочешь спросить у меня, почему они до сих пор летают? – надменно улыбнулся Рахим, отложил трубку кальяна и потянулся рукой к блюду с жареной бараниной. – Так вот, я тебе скажу, что мои люди не могут сбить эти вертушки, потому что слишком высоко они летают. Эти шайтаны-лётчики ниже четырёх тысяч не опускаются, а я не могу из обычного пулемёта дотянуться до них. Пока не могу…. Но если ты, брат, поможешь мне, то дело выгорит, – он положил в рот внушительный кусок мяса и принялся медленно пережевывать его.