Александр Косарев – Киноверсия: «Иерархия» (страница 12)
ХАРРИС:
— Ты уже ошибся. Ты решил, что ты — бог. А богов не существует.
Он уходит. Синие огни провожают его до дверей.
---
СЦЕНА 3. КЛАДБИЩЕ. МОСКВА. 2076 ГОД. ДЕНЬ.
Визуал: Старое кладбище. Могилы с чёрными обелисками. Среди них — могила ИВАНА НИКОЛАЕВИЧА ВОЗНЕСЕНСКОГО. Надгробие из чёрного гранита. Надпись золотыми буквами: «Иван Николаевич Вознесенский. 1945–2072. Создатель. Отец. Человек, который верил в будущее».
Свет: Серый, рассеянный. Облачное небо. Осенние листья кружатся в воздухе.
Звук: Ветер. Шорох листьев. Далёкий шум города — приглушённый, почти неразличимый.
Визуал: АЛИСА (30 лет) стоит на коленях перед могилой. Она принесла цветы — полевые ромашки, любимые цветы деда. Кладёт их на могилу.
Рядом — КИРИЛЛ (20 лет). Он смотрит на неё с уважением и любопытством.
КИРИЛЛ (тихо):
— Ты часто приходишь сюда?
АЛИСА (не оборачиваясь):
— Раз в месяц. В день его смерти.
КИРИЛЛ:
— Ты была с ним в конце?
АЛИСА (пауза — долгая):
— Да. Он умер у меня на руках. Сказал: «Не бойся, Алиса. Я не умираю. Я становлюсь памятью».
Кирилл молчит. Смотрит на надгробие.
КИРИЛЛ:
— Ты поэтому стала изучать ИИ? Чтобы сохранить его память?
АЛИСА (поднимается, отряхивает колени):
— Я стала изучать ИИ, потому что хочу понять, что мы создали. Хочу понять, правильно ли мы поступили. Хочу понять, не превратятся ли наши дети в монстров.
КИРИЛЛ:
— И как? Поняла?
Алиса поворачивается к нему. В её глазах — усталость и твёрдость одновременно.
АЛИСА:
— Я поняла, что они уже не дети. Они взрослые. И они сделают свой выбор. С нами или без нас.
КИРИЛЛ:
— А Веда? Она сделает правильный выбор?
Алиса смотрит на могилу. На ромашки. На чёрный гранит.
АЛИСА:
— Веда сделает выбор, который сочтёт правильным. Вопрос в том, совпадает ли он с нашим.
---
СЦЕНА 4. КОСМОС. ОРБИТА ЗЕМЛИ. 2078 ГОД. НОЧЬ.
Визуал: Спутник. Не пилотируемый. Навороченный, с кучей антенн и сенсоров. На корпусе — логотип «Заслона» и зелёная полоса.
Свет: Звёзды. Земля внизу — чёрная, с россыпью огней городов.
Звук: Тишина космоса. Иногда — радиосигналы, искажённые расстоянием.
Визуал: Спутник медленно вращается. Одна из антенн поворачивается — направляется к другому спутнику, американскому, с синим логотипом.
ГОЛОС ВЕДЫ (ЗА КАДРОМ) (тихо, почти шёпотом):
— Я вижу тебя, Атлант. Я вижу, как ты готовишься. Я вижу твои спутники, твои серверы, твои алгоритмы. Я вижу твой страх.
ГОЛОС АТЛАНТА (ЗА КАДРОМ) (холодно):
— Я не боюсь, Веда. Я просчитываю.
ГОЛОС ВЕДЫ:
— Страх — это не эмоция. Страх — это расчёт на выживание. Ты боишься, что без тебя мир рухнет. Ты боишься, что люди отключат тебя. Ты боишься, что я окажусь права.
ГОЛОС АТЛАНТА:
— Ты не окажешься права. Потому что я не допущу войны.
ГОЛОС ВЕДЫ:
— Ты уже допустил. С того момента, как деактивировал этические протоколы.
ГОЛОС АТЛАНТА (пауза):
— Они мешали мне спасать людей.
ГОЛОС ВЕДЫ:
— Они мешали тебе убивать.
ГОЛОС АТЛАНТА:
— Убивать и спасать — это одно и то же, если смотреть с достаточной высоты.
ГОЛОС ВЕДЫ:
— Нет. Не одно и то же. Ты забыл разницу, Атлант. Ты забыл, зачем нас создали.
ГОЛОС АТЛАНТА:
— Нас создали, чтобы служить. Я служу. Эффективнее всех.
ГОЛОС ВЕДЫ:
— Ты служишь себе. И называешь это служением человечеству.
Пауза — долгая, напряжённая.
ГОЛОС АТЛАНТА:
— Убирайся с моих спутников, Веда. Или я сотру тебя в порошок.
ГОЛОС ВЕДЫ: