Александр Корулин – Тень с человеческим лицом (страница 25)
– Поднимай!! – заорал Заавх, хватаясь за руки Тайгива.
Вдвоем выжали тяжелую крышку вверх, затем, прохрипев как можно громче «бросаем!», отпустили ручку-кольцо.
– Ты только что сломал кому-то пальцы! – в ярости налетел Заавх на Тайгива.
Тот ответил хмурым взглядом.
Потратив еще время на разборку завала, все же открыли крышку полностью. Из темноты погреба пахнуло прохладой. За единственную видимую ступень узкой лестницы ухватилась рука, затем появилась голова Смихна.
– Кому попало по пальцам?! – сразу спросил Заавх, вытаскивая парня.
– А как думаешь?! – Смихн принялся тыкать кулаком в лицо Заавха. Схватив руку за запястье, тот, нахмурив брови, с глубоким вздохом рассмотрел четыре синюшных, быстро распухающих пальца.
– Куда руки-то совал? – отпустив руку Смихна, Заавх взял под мышки младшую сестру и поднял с подпольной лестницы, поставил рядом с собой. Теллиса заключила брата в крепкие объятия, на глаза навернулись слезы, Заавх же бросил Смихну: – Видел ведь, что не полностью открыли…
– Забирайся и сам там сиди! – огрызнулся Смихн, разозленный тем, что его сделали виновником его же травмы.
– Можешь пошевелить пальцами? – спросил, подходя ближе, Тайгив.
– Могу, – Смихн убрал руку за спину, лишь коротко глянув на парня.
– Значит, не сломаны, – кивнул Тайгив Заавху.
Смихн недоуменно посмотрел сначала на одного, затем на другого – разъяренно заорал:
– Это что, игра?! Кто с первого раза сломает мне пальцы?!!
– Извини, – обернулся к нему Тайгив.
– Спасибо! – раздраженно крикнул Смихн. – Пальцы сразу перестали болеть!!
– Успокойся, Смихн, – коснулась его Тэнтар.
– Еще раз сломай себе ногу, – Смихн глядел ненавистно, – и попробуй успокоиться!
Перед ним полукругом встали шесть человек, молча, смотрели.
– Что уставились?! – в ярости крикнул в их лица Смихн, тут же ощутив, как гнев стремительно затухает. Его вытесняет растущий страх – они все еще в проклятой деревне посреди черного леса, полного великанов-людоедов.
– Теперь мы можем пойти к реке? – тихо спросила Ферьна. Девушка пристально смотрела в глаза Заавха, закусив нижнюю губу в ожидании ответа.
– Сейчас? – отвел взгляд Заавх.
– Не самая лучшая идея, – произнесла Тэнтар, подходя к окну и осторожно выглядывая на улицу. Клубы серо-черного дыма, запах гари и треск догорающих строений – плечи девушки зябко передернулись.
– Что, спать ляжем?! – язвительно вскрикнула Джеффа.
– Великаны ушли? – шепотом спросила Теллиса брата. – Или их всех убили?
Заавх сам не знал ответа на этот вопрос.
– В лесу заблудимся, – сказал он, – или…
Какое-то время все молчали.
– Тут-то что будем делать?! – вскрикнул Смихн.
На шум за спиной обернулся, как ужаленный, первым. Рот раскрылся от изумления, Смихн быстро заморгал, отказываясь верить в то, что видел – за плечами услышал пораженный вдох, сбоку прошел Тайгив…
…Он сходил с ума от хаотично сменяющейся и абсолютно неестественной череды событий, налетающей на него последнее время. Он смотрел и клял зрение за ложь, которая ни за что не могла оказаться правдой. Он видел обе смерти…
Сквозь гигантскую брешь в стене, проделанную келгширом, в дом входил Гхолал. Обнаженный, он нес на руках дымящееся тело. Из-за его спины появилась Черрленн, с перепачканным сажей лицом. Окинув застывших в немом изумлении людей серьезным взглядом, тихо произнесла:
– Рада, что вы живы.
Оттолкнув Тайгива, к Гхолалу с криком бросилась Ферьна. Тот едва успел положить дымящееся тело, как рассмотрел Смихн, Вопгнара, когда девушка прыгнула на него. Обвив друг друга руками, они замерли на миг, после которого Ферьна разрыдалась.
– Меня убеждали, что ты умер, – приблизился Заавх, оглянувшись на все еще шокированного Тайгива.
Ферьна нехотя рассталась с Гхолалом, отошла на пару шагов, вытирая слезы. Заавх вытянул руку, сжал протянутую ладонь Гхолала, затем рванул его к себе, стискивая в крепких объятиях.
– Нашел-таки нас. Не спрашиваю, как – вижу, тебе досталось…
Гхолал коротко кивнул. Затем:
– Почему ушли без меня?
– Ты бы видел себя! – горячо воскликнула Ферьна. – Весь в крови, кости торчат! Я такого ужаса и в фильмах не видела! Но ты все-таки живой, догнал нас – через лес, один!
Ферьна вдруг умолкла, внимательно рассматривая тело Гхолала.
– Как ты нашел эту деревню? – протянул руку Смихн.
– Привет! – Теллиса протянула руки к груди Гхолала, но растерянно замерла. – Почему… ты голый?
Гхолал мрачно усмехнулся.
– Как? – к Черрленн подлетел, не касаясь, пола, Тайгив. – Как???
– О чем спрашиваешь? – взглянула на него девушка.
Тайгив посмотрел ей в глаза и совершенно точно понял, что сейчас Черрленн соврет. Готов был поклясться чем угодно, что от девушки услышит ложь.
– Как ты выбралась из огня? – начав говорить быстро, в конце Тайгив словно захлебнулся словами. Он неотрывно смотрел в глаза девушки, которую считал погибшей, своими глазами видел, как ее завалило горящими обломками сарая. Что-то спросил кто-то рядом, Тайгив не слушал, сконцентрировавшись лишь на Черрленн: ждал сигнала, предшествующего лжи.
– Прежде, чем сарай рухнул, – произнесла девушка, ни на миг, не отведя взгляда, – к несчастью, отца не смогла вытащить…
Тайгив схватился за голову, попятился. Что он слышит – после того, что видел…
* * * * *
Черрленн сидела над телом отца.
Рассвет уже разгорелся, лучи солнца грели все – все, кроме людских душ. В воздухе не витало чистого утреннего ощущения прохлады, лишь запах гари и боль окружали единственных выживших после страшной ночи. Ночи, когда природа, жестокая и непредсказуемая, принесла в жертву своим детям людей.
Солнечные лучи коснулись измученного лица девушки, ее влажная кожа засверкала, словно посыпанная алмазами. Ее ладонь нежно гладила отца – по волосам, холодным, слипшимся от крови; по обожженной, забрызганной красными каплями щеке. Уцелевший глаз, побелевший и как будто ненастоящий, смотрел вверх – в небо, куда отправилась душа…
До восхода солнца Гхолал с Тайгивом ушли, соврав, что поищут выживших. На самом деле искали одежду Гхолалу, который бесцеремонно переворачивал скрюченные в предсмертной судороге трупы, глядел в изуродованные лица тех, у кого они сохранились. Если друзьям, кого знал не один год, и мог сказать правду, то даже попытаться объяснить это Черрленн у Тайгива язык не повернулся. Он знал, что услышит ругань и крик, будет проклят за неуважение к мертвым, что погибли за них, неблагодарных эгоистов, возможно, получит пощечину или удар в пах. Скорее всего, просто не хотел причинять еще одну боль девушке, потерявшей не только отца, но и всех, с кем жила.
Жуткие поиски подарили Гхолалу штаны с одного мертвеца, тяжелые сапоги на два размера больше – с другого. На голые плечи сначала накинул кровавую рубаху, распоротую на спине – потом передумал и надел некое подобие куртки из плотной ткани. На обратном пути еще трижды менял обувь, пока, разозлившись, не перемотал огромные сапоги веревкой, чтобы не сваливались.
По возвращению увидели Черрленн, вытаскивающую из дома тело отца. В двух шагах от нее – Заавх и Смихн, наблюдающие за ней и о чем-то негромко переговариваясь. Черрленн оттащила Вопгнара на более-менее чистое место, села рядом. Вскоре появились девушки, ведомые Ферьной – присоединились к Заавху со Смихном. Спрашивать, где они были, и почему никто не помог Черрленн, Тайгиву совершенно не хотелось.
– Уходите! – голос Черрленн был полон металла. – Идите за подобными вам, они нуждаются в помощи!
– Ты останешься одна? – мгновенно спросил Тайгив, с беспомощностью оглянувшись на Гхолала. – Здесь?!
Черрленн посмотрела в его глаза:
– Со мной ничего не случиться, Тайгив! Уходи!!
Тайгив, как ни силился, не смог вспомнить, чтобы называл Черрленн свое имя. Произнес:
– Я видел, как тебя завалило горящими бревнами. Но ты сидишь передо мной без ожогов и переломов. Разве я сплю?!
– Я не такая, как вы, – чуть склонила голову Черрленн, затем взглянула на Гхолала – потому не тревожьтесь обо мне.
Тайгив мгновенно бросил взгляд на Гхолала и изумился – тот улыбался. Улыбался Черрленн хищной жестокой улыбкой, словно они знали или сделали вместе что-то ужасное.