Александр Коротков – Последний из рода (страница 31)
Когда до кабака оставалось пройти один квартал, мы завернули в темный безлюдный проулок и сняли Полог. Козлик все еще дулся на меня, так что я отвесил ему легкого дружеского подзатыльника и едва успел отдернуть руку, когда острые рожки едва не проткнули мне ладонь.
Вблизи «Слезы Афродиты» производили впечатление. Трехэтажное здание сверкало свеженькой штукатуркой в свете множества магических светильников. Чья-то умелая рука расписала стены самыми разнообразными рисунками, изображающими, скорее всего, богов, предающихся веселью и кутежу. Территория перед входом была огорожена невысоким, мне по грудь, кованым забором, а вход охраняли два здоровенных охранника. И пусть вышибал облачили в добротные дорогие костюмы, висящие на поясах в специальных петлях небольшие чеканы прямо указывали, что любой непрошенный гость вряд ли сможет попасть внутрь.
Завидев нас, ребята не стали дергаться, однако две пары глаз неотрывно следили за нашим приближением, а когда пройти оставалось несколько шагов, охранники сделали по пол шага друг к другу, соорудив непреодолимое препятствие.
— Простите, господин, вход только приглашенных и проверенных гостей. Попытайте счастья в двух кварталах ниже по Соломенной улице, в «Кроличьей лапке».
Я состроил самую дружелюбную рожу, на которую был способен и ответил:
— Ребята, у меня есть куча денег и мне очень хочется с ними расстаться. Ваше заведение пользуется заслуженной славой, так где же, как не здесь, расставаться с честно заработанной наличностью? Понимаю, что вам не велено пускать внутрь абы кого, но я готов доказать, что деньги у меня есть.
Демонстративно достав кошель, я нарочно сверкнул туго свернутыми купюрами, отсчитал две тысячи драхм и положил в нагрудный карман и глазом не моргнувшему вышибале.
— Вот видите — деньги у меня есть и я намерен хорошенько повеселиться!
— Хорошо, господин, вы можете пройти. Только вы. Сатиру внутри делать нечего.
Я не уловил в его голосе категоричности. Уже хорошо. Судя по всему, парень не против слегка обогатиться за счет дурака, который пытается протащить внутрь козлоногого.
— Поверьте, мой друг и партнер будет вести себя прилично. Он давно уже научился смирять свой темперамент и не доставит вам проблем. Правда ведь?
Менис бросил на меня хмурый взгляд, расплылся в улыбке, отчего его малопривлекательная рожа стала совершенно непривлекательной:
— Да чтоб меня Зевс молнией трахнул!
— Вот видите.
Еще пара внушительных купюр перекочевала из моего кошелька в карман охранника, в этот раз не сдержавшего алчного блеска в глазах. Кажется, я только что как минимум удвоил их жалование.
— Хорошо. Можете пройти вместе. Но учтите, господин, если козел будет вести себя похабно — вы вылетите отсюда быстрее, чем успеете сосчитать до трех.
Менис в этот раз смог проглотить «козла», хотя по его побагровевшей роже я мог только догадываться, чего это ему стоило. Один из мордоворотов предупредительно распахнул тяжелую дверь, открывая нам путь в царство негромкой музыки, дорогих напитков, ярких костюмов и красивых женщин.
Больше всего «Слезы Афродиты» напоминали помесь дорогого борделя и стриптиз-клуба. Официантки, щеголяющие в коротеньких юбках и топах, слои ароматного дыма от кальянов, приглушенный свет, мягкие диваны, обитые темно-синим бархатом, красотки, сидящие на коленях гостей. Меня даже кольнуло чувство дежавю. С похожей обстановки и начались мои злоключения еще на привычной Земле.
Наше появление не осталось незамеченным. Многие гости удивленно уставились на сатира, недоумевая, как рогатый умудрился прошмыгнуть внутрь. Однако с расспросами никто не полез и вскоре все снова вернулись к своим стаканам и спутницам.
— Паря, я все понимаю, тебее нужно было убедить того хмыря на входе, но больше не смеей называть меня партнером.
— Это почему?
— Потому что партнер это тот, кто любит подставлять свою гузку для… всякого рода утех. В этот раз я стерпел, но в следующий — насажу твою задницу на рога.
Я удивленно уставился на козлоногого и передернул плечами, слыша, как хохочет Димитр. Не хочу даже представлять подобного!
— Да пошел ты! Мог бы и предупредить!
— «Слезы Афродиты» рады приветствовать вас в своих стенах, господин!
К нам подошла девушка-администратор. От официанток ее отличала чуть более скромная одежда. Но вот именно что «чуть». Расстегнутая на две пуговицы блузка и немного более длинная и строгая юбка лишь подчеркивали все достоинства красавицы, заставляя воображение рисовать самые разнообразные картины.
— Желаете посидеть возле барной стойки? Или же расположиться в мягкой зоне? Будьте уверены, независимо от вашего выбора девочки не оставят вас без внимания.
Я посмотрел на Мениса и он едва заметно кивнул головой в сторону трех чуть утопленных в стену альковов, занавешанных полупрозрачной тканью. Левый был занял мужчиной в окружении двух полуголых красоток, средний и правый пустовали.
— Знаете, я не люблю сидеть у всех на виду и с удовольствием расположился бы воон там. Эта ниша свободна?
— Да, господин, но должна предупредить, что эта ложа стоит пять тысячи драхм.
Кто бы сомневался. Впрочем, я знал на что шел и с какими расходами это может быть сопряжено. Поэтому без разговоров рассчитался и улыбчивая администратор, спрятав деньги в лифе, проводила нас к купленному месту, пообещав прислать официантку.
— Это он? — я смотрел на мужчину в соседней нише.
— Да. Только ты, паря, не деергайся раньше времени. И даже не глазеей туда лишний раз. А то полезешь знакомиться и все испоортишь. Ты не смотри, что все вокруг жрут в три горла да баб за сиски щупают. Твой интерес к Алексею сразу заметят и сдеелают ненужные выводы. Дураков сюда не пускают.
— Ясно. Ты поэтому тут ни разу не бывал?
Вопреки обыкновению, шпильку Менис оценил и добродушно хрюкнул:
— Что-то вроде того. В общеем, наслаждайся жизнью и закажи уже чегоо-нибудь. Или мы прям совсем насухую тут будем торчать? Легеенду надо отрабатывать.
Подошла официантка и мы заказали виски со льдом для меня, вина для Мениса и тарелку с закусками. Приняв заказ, брюнетка благосклонно улыбнулась и, виляя едва прикрытым задом, удалилась к дверям, ведущим на кухню. Менее чем через пять минут перед нами уже стояли высокая темно-зеленая бутылка с вином, квадратная бутыль янтарного виски, корзинка со льдом, бокалы и тарелка с сырами, мясной нарезкой, гренками и прочими радостями для живота.
На небольшую сцену, откинув плотную занавеску, вышла красивая брюнетка, обвела взглядом зал и обворожительно улыбнулась. Заиграла неспешная мелодия и девушка запела. Надо признать, что природа одарила ее не только приятной внешностью, но и сильным контральто. Песня полилась по залу и многие гости поворачивали головы, чтобы отдать должное ее таланту. Я же не забывал, зачем сюда пришел, поэтому аккуратно изучал контрабандиста.
На вид ему оказалось чуть больше сорока. Вообще, выглядел он моложе, но истинный возраст выдавали морщины вокруг глаз и изрядная седина в темно-русых коротко стриженных волосах с внушительными залысинами на лбу. В отличие от многих гостей, одет парень оказался неброско, хоть и опрятно. Практичные темные шерсть и кожа. На столике перед ним лежал меч в простых, без изысков, ножнах. Потертая рукоять явно говорила, что оружие нужно владельцу не для красоты. Темно-серые глаза были увлечены весело хихикающими по обе стороны от него красотками, которые давно уже избавились от всего, кроме трусиков. Однако он время от времени не забывал осматривать зал, поэтому почти сразу заметил сатира. Улыбнулся уголками губ, но больше ничем не выдал, что удивлен встрече. Как и не сделал попыток пригласить Мениса к себе, давая возможность всем в зале привыкнуть у новым лицам.
Так прошел час. Певица еще дважды выходила к гостям, неизменно срывая одобрительные свисты и аплодисменты, а затем ушла, оставив музыкантов играть что-то незатейливо-веселое.
Узнав, что у нас есть деньги и мы полны решимости их тратить, среди местных красоток сразу же нашлась одна небрезгливая, которая подсела к Менису и теперь смеялась над его похабными шуточками за взвизгивала, когда сатир в очередной раз щипал ее за задницу. К слову, козел опустошал уже вторую бутылку винища, но я не стал его одергивать. Молчаливые охранники по углам пока что смотрели на козлоногого сквозь пальцы, к тому же трезвый и тихий сатир — это что-то из разряда мифов.
Наконец, когда сатир распалился настолько, что охрана начало суетливо ерзать и оглядывать гостей — не смущает ли кого поведение моего спутника, к столику подошла официантка:
— Господин, вот тот человек, — кивок в сторону Алексея, — интересуется, не составите ли вы ему компанию? Ему скучно и он надеется, что беседа с вами скрасит его вечер.
Ну наконец-то.
— Передай, что мы сейчас к нему присоединимся.
Пнув под столом лобызающего шею красотки сатира, я сгреб свежую бутылку со стола, дождался, пока Менис поймет, что к чему, и подошел к соседнему столику. Алексей, минутой назад отправивший своих дам попудрить носик, благосклонно кивнул и мы уселись напротив.