Александр Коротков – Последний из рода 2 (страница 9)

Я сжал медальон в руках и сосредоточился. Источник откликнулся на мой призыв и начал медленно заполнять ключ силой, которой, кстати, понадобилось довольно много. Если это еще одна «защита», то сейчас она играет против меня, учитывая, что мне придется проделать эту процедуру еще раз, чтобы Агатон смог вновь открыть дверь, если мы вернемся.

Так, стоп. Никаких «если». Когда вернемся. Только так и никак иначе.

— Готово.

Я не стал возвращать ключ Агатону. Вместо этого шагнул вперед и вложил костяшку в выемку. Только на этот раз эффект не заставил себя долго ждать.

Для минотавров все это выглядело как яркая зеленая вспышка, сопровождаемая мелодичным перезвоном, чем-то похожим на музыкальную шкатулку. Я же видел, как меняется структура контура, перенаправляя поток в линии, замкнутые друг на друга. Когда этот процесс завершился, дверь сухо щелкнула и теперь держалась только лишь на мощном засове, который, уверен, не стал бы для Монстра сколько-нибудь серьезной преградой.

Я быстро достал ключ из выемки и как можно скорее вновь напитал его силой. Протянул Агатону:

— Ключ работает.

— Возвращайтесь с успехом. Я буду ждать сколько потребуется.

Преодолевая неловкость, он шагнул к сыну и крепко обнял:

— Даже не вздумай погибнуть там. Я уже терял тебя на несколько лет и не собираюсь потерять еще раз.

Мы переглянулись с Актеоном. Он покрепче перехватил двухлезвийный топор и кивнул. Я потянулся к заранее припасенному мешку с землей, создал два «снаряда», пока что не став напитывать их силой огня. Резко дернул засов и распахнул дверь.

В лицо ударил сырой холодный воздух, в котором ощутимо пахло плесенью и едва заметно — тленом. Но нападать на нас никто не спешил. Подаренный Агатоном «светлячок» нырнул внутрь вслед за мной, освещая пространство на несколько метров вокруг, но никаких зубищ-когтей я не увидел.

За спиной глухо стукнула закрывшаяся дверь и охранное заклятье тут же перенаправило потоки, снова напитав основной контур силой. Какой бы маг не создал это — он определенно был виртуозом своего дела. По эту сторону двери я смог в полной мере оценить те изящество и мастерство, с которыми работало заклинание. Судя по всему, оно стягивало силу в пару накопителей, каждый из которых вмещал в себя целую прорву доступной энергии. Причем вытянуть ее наружу не представлялось никакой возможности. Я прекрасно видел плетение-«вампира», которое при любом внешнем воздействии на контур начинало тянуть силу из агрессора. Великолепная защита от магов и магических созданий. Поэтому я сказал минотавру внимательно вертеть башкой по сторонам, а сам принялся изучать структуру плетений.

Кто-то скажет, что место самое что ни на есть неподходящее для ученичества, но пройти мимо подобного я просто не мог. Возможность ослабить противника дорогого стоит. К несчастью, «вампир» сработал даже при попытке изучения, так что я быстренько отошел подальше, прекратив магические манипуляции. Придется просто запомнить «на глаз» структуру и потом попытаться воссоздать по памяти.

Я обернулся к минотавру и наконец сделал то, что следовало сделать с самого начала — изучил помещение, в котором мы оказались.

Чем-то этот зал напоминал тот, из которого мы сюда проникли. По крайней мере, размерами. Тот же мрамор, но здесь он нес на себе печать многовекового запустения. Толстый слой пыли покрывал весь пол, однако на нем легко угадывались сравнительно свежие следы, разной степени «пыльности». Кто-то время от времени подходил к двери. И не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто именно. Монстр.

Осторожно приблизившись к двери, я еще раз внимательно изучил ее поверхность, но на этот раз меня интересовала не магическая составляющая. К счастью, на двери была простая металлическая ручка, к которой я и привязал свободный конец крепкой веревки. Помнится, именно так по земной легенде из Лабиринта выбрался Тесей. Актеон, узнав о моей задумке, фыркнул, но потом вынужден был согласиться, что подобный способ не лишен практичности.

Выход из зала был всего один. Я пошел первым, держа наготове «Земляную кожу», щит и меч. Два снаряда летели чуть позади, готовые в любой момент получить приказ и поразить цель — спасибо Феодору и его урокам. Поддержка заклинания больше не требовала постоянной энергетической подпитки.

Однако уже через несколько шагов свет магической «лампочки» выхватил первый сюрприз. А именно истлевший мумифицированный труп, которому кто-то оторвал руку. Я без всякой брезгливости изучил остатки одежды и заметил знакомый символ клана Якостроф — зеленый росток. Кажется, здесь нашел свою смерть кто-то из далеких предков Димитра.

— Отец рассказывал, что раньше находились смуельчаки, пытавшиеся сокрушить Муонстра. — Актеон бесстрастно смотрел в пустые глазницы потемневшего черепа. — Впрочем, оттуда смогли вернуться лишь двое. Один с белой как луна головой, а второй с немного помуутненным умишком. Мог только хохотать и за всю оставшуюся жизнь успел добежать до уборной от силы раз пять. Так что лет сто пятьдесят назад храбрецы кончились.

— Обнадеживающе. И что, никто из Пиролатов не помог?

— Это муне неведомо.

Я покачал головой. На что надеялись эти безмозглые дураки, не имея в арсенале ни одного мало-мальски приличного атакующего заклинания? Видать, не только на Руси-матушке дураков лет на двести вперед припасено. На Крите этого добра тоже хватает. Двое из таких сейчас как раз сунулись в Лабиринт.

Я нервно хохотнул и виновато подал плечами, заметив удивленный взгляд быка. Со мной всегда так, когда предстоит серьезная работа. Скоро это пройдет, особенно когда дело запахнет жареным. Тогда мозг отринет сомнения и станет работать на рефлексах, а не на рефлексиях, простите за каламбур.

Мы продвигались внутрь уже минут пятнадцать, когда жуткий, пробирающий до костей рев эхом загулял по стенам лабиринта. Я тут же вскинул сжатую в кулак руку, но Актеон и так встал как вкопанный. Ревела тварь очень громко, но запутанные ломаные коридоры лишали меня возможности хотя бы примерно оценить расстояние до твари. Несколько минут мы жадно вслушивались в оглушительную тишину, но, кроме собственного дыхания, больше ничего не услышали. Судя по всему, Монстр где-то неподалеку, но отчего-то не спешит показываться нам на глаза. Кажется, решил поиграть в кошки-мышки.

Нетрудно догадаться, какая роль в игре отведена нам. У голема плоти было пятьсот лет, чтобы досконально изучить все многочисленные коридоры и ответвления. Тут мне его не переиграть.

Я возблагодарил богов, что Агатон смог найти в библиотеке подробный план Лабиринта. Веревки-веревками, но надо иметь хоть малейшее представление, куда идти. Мой однорогий друг предложил взять карту с собой, но я отказался. Сделана она была в незапамятные времена, на глиняных дощечках. Мало того что хрупких, так еще и довольно увесистых. Так что два часа подготовки я потратил на то, чтобы постараться ее запомнить. Задачка оказалась сложной — хитромудрых ответвлений в лабиринте было... как в лабиринте. Но я все же смог накрепко запомнить путь до ближайшего широкого зала.

Нет сомнений, что тварь почувствует нас и постарается побыстрее устроить «теплую» встречу. Так что сейчас я стремился именно к этому залу, где у нас появится какое-никакое пространство для маневра. За это время тварь еще дважды давала о себе знать, причем с каждым ее ревом крепло ощущение, что мы к ней приближаемся. Хотя бы по усиливающемуся запаху... нет, не разложения. Все, что здесь могло гнить — давно это сделало. Нас преследовал запах тлена, словно внутри старого разграбленного кургана.

Когда от зала нас отделял последний поворот, мы остановились. Я до боли в ушах прислушивался, но не смог уловить ни единого шороха, хотя запах уже зверски щекотал ноздри. Я не смог сдержаться и сдавленно чихнул. Актеон не стал меня корить за это, так как сам чихнул минутой ранее.

Приказав огоньку потухнуть, я осторожно выглянул из за угла. В отличие от тонущих во мраке коридоров, зал слабо освещался десятком магических светильников, только каких-то странных. Все магические источники света, которые я встречал до этого момента, больше всего напоминали обычные лампочки накаливания. Такой же желтоватый яркий свет. Но не в этот раз. Здешние лампочки отчего-то распространяли вокруг себя красноватый зловещий свет, под стать общей мрачности места. Кроме того, мое внимание привлекла какая-то бесформенная пирамидообразная куча прямо в центре, но что это такое, я со своего места разглядеть не смог.

И никаких признаков монстра. Хотя интуиция стояла над правым плечом и надсадно вопила в ухо, требуя быть максимально осторожным. Не знаю, предусмотрены ли у големов какие-то зачатки разума. Скорее всего, нет. Но тварь, на которую я объявил охоту, при всем желании нельзя назвать заурядной. А уж за пятьсот лет даже обезьяна, проживи она столько, смогла бы научиться поэмы сочинять.

Я протянул руку за спину и Актеон вложил в нее увесистый сверток из непромокаемой ткани. Я развязал тесемки и выудил на свет три солидных куска свежего мяса, швырнул один вперед как можно дальше.

Это была идея Лии. Ламия сказала, что однажды уже сталкивалась с порождениями колдунов Смерти. Немертвые в большинстве своем испытывали неутолимый потусторонний голод, который заставлял их жрать все подряд, но насытиться они все равно не в состоянии, даже если завалить их дармовым мясом. А уж наш клиент пару веков ничего не видел, кроме эха и пыли.