Александр Коротков – Новые Боги (страница 33)

Больше всего внешне неведомая тварь напоминала рожденную больным воображением, раздутую до огромных размеров помесь богомола, пчелы и паука. Чудовище до последнего маскировалось и приглушало свою ауру, поэтому неудивительно, что я не почувствовал его в забитом смертью городе. Потому что оно само было порождением магии Смерти.

Кентавры бросились врассыпную, благо улица в этом месте сильно раздалась вширь и была, по сути, придворцовой площадью. Кто-то выпустил несколько стрел, но они лишь бессильно звякнули об защиту неведомой твари.

Атака не произвела на нее какого-либо впечатления. Она даже не шевельнулась, но я был уверен, что белесые глаза видят абсолютно всех. А затем жвалы на страшной роже зашевелились и чудовище заговорило ужасным скрежещущим голосом:

— Я надеялась, что рано или поздно ты вернешься сюда, Якостроф. Не верила, что ты мог погибнуть в той битве, поэтому оставила химеру.

Я с каким-то отстранением подумал, что никто даже не удосужился проверить, чем все это время занималась Элиза. Да и ее отсутствию в битве тоже никто не придал значения. Как оказалось, зря.

— Я знаю, что это ты натравил лича на Карфаген и поставил мою страну и мой клан на грань уничтожения. Однако расплата настигла тебя куда быстрее, чем я думала. Теперь ты знаешь, каково это — терять все. Жаль, что не от руки клана Танатис. Я должна была убить тебя, маг. Но, к сожалению, на мне долг спасения жизни. Поэтому даю тебе шанс. Химера не станет атаковать из засады. Справишься с ней — и будешь жить.

Жвалы клацнули и некротическая тварь прыгнула на нас.

Глава 18. Безрогий

— Берегись! — заорал Фелир, но в понуканиях я не нуждался. Вбитые на уровне рефлексов навыки начали действовать куда раньше, чем мозг осознал опасность, так что огромная смертоносная туша химеры опоздала на какие-то мгновения, рухнув туда, где я только что стоял.

— Не приближайтесь к ней! Обстреливайте издалека!

Я выхватил из за пояса чудом сохранившуюся пистоль и пальнул разгоряченным снарядом прямо твари в плоскую морду… И обескураженно уставился на невредимую химеру. Пуля взорвалась, угодив точнехонько в глаз, но не разнесла его в ошметки, да и вообще не причинила особого вреда. Белесое бельмо лишь потемнело на мгновение, но затем снова налилось мертвенной белизной. В момент попадания я почувствовал кратковременную вспышку некротической энергии, заблокировавшей снаряд.

Кажется, Элиза ответственно подошла к созданию монстра, по максимуму настроив защиту от конкретного мага. Меня.

Защелкали тетивы — разбежавшиеся в разные стороны кентавры принялись обстреливать врага. Однако все стрелы лишь бесполезно отскакивали от прочной костяной брони. Химера не пыталась атаковать и вообще застыла, словно изваяние. Лишь голова чуть поворачивалась из стороны в сторону, будто наблюдая, какие еще бесполезные потуги предпримут эти бесполезные букашки.

Но все изменилось в мгновение, когда одна из стрел угодила в узкую полоску мертвой плоти между костяными плитами. Тварь резко пришла в себя, зашевелилась. Но вместо того, чтобы попытаться нашинковать обидчиков в мелкий фарш, зашевелила жвалами, выкрикнув несколько слов на наречии плана Смерти. Я поспешно прикрылся щитом, за мгновение до того, как из тела химеры во все стороны разлетелась волна некротической энергии.

Твою мать, это особенность такая, что могущественные некромантские твари колдовать умеют?!

Как оказалось, щитом прикрывался я зря. Кентавры, не обладающие магией и попавшие под действие заклятия, не понесли никакого урона. Зато лежащий возле стены труп горожанки с перерезанным горлом выгнулся дугой, засипел, словно пробитые кузнечные меха, а затем принялся бодренько подниматься на ноги. А следом за ней еще один. И еще. Тварь вернула к не-жизни всех нашедших свою смерть в этом месте несчастных.

Ожившие покойники тут же бросились на кентавров, вожделея свежего мяса. Положение конелюдей резко стало очень тяжелым, потому что стрела против мертвеца — не самое эффективное оружие. К тому же зомби оказалось много и свежей кентаврятинки они не отведали только лишь по причине расторопности и жгучего желания жить последних.

Химера же, избавившись от побочной проблемы, немедленно приступила к решению главной. Ударив передними лапами друг о друга, тварь бодренько побежала на меня. Я принялся вырывать из земли и стен здоровенные пласты. Один за другим раскаленные глыбы полетели в некротическую страховидлу, но резко ставшая чересчур подвижной тварь смогла в немыслимых пируэтах увернуться почти от всех. Один из магических снарядов подмял под себя неудачливого ожившего покойника и улицу заполонила вонь паленого протухшего мяса.

Последним снарядом, когда до химеры оставалось каких-то три метра, я ее все таки достал. Тварь уже занесла пилообразные лапы для сокрушительного удара, когда начиненный магией огня булыжник угодил ей в грудь. Вновь полыхнула некротическая защита, поглощая силу взрыва, но от инерции она не спасла, отбросив химеру назад на десяток метров.

Вместо того, чтобы попытаться развить успех, я, насколько возможно быстро, одного за другим создал двух боевых големов, начинил их клинки убийственной магией огня. Положение кентавров из очень плохого быстро становилось критическим. Один из них уже лежал в луже крови, а оживший труп десятилетней девочки с жадностью вырывал из него куски мяса и запихивал себе в рот.

В тот момент, когда химера оправилась от удара и поднялась на ноги, глаза последнего голема загорелись зеленым магическим огнем и я отдал приказ:

— Убейте немертвых! Не трогать химеру!

В любое другое время стоило бы гордиться той скоростью, с которой получилось призвать себе союзников. Но не тогда, когда могущественная некротическая тварь, скрежеща жвалами, прет на тебя в надежде разорвать на куски. Големы принялись методично шинковать зомби, а я едва успел отмахнуться мечом от удара лапы химеры. И даже умудрился сбить в сторону удар второй лапы. Но с ударом хвоста сделать ничего не успел.

В последний момент моя кожа покрылась земляной броней, так что результатом атаки стала не пробита насквозь грудная клетка, но все равно удар вышел сокрушительным. Треснули многострадальные ребра и я отправился в полет на несколько метров назад.

Впечатавшись спиной в стену какого-то одноэтажного здания, я упал на одно колено, сплюнул наполнившую рот кровь и призвал верный клинок. Стараясь не обращать внимания на боль в сломанных ребрах, я принялся крест-накрест полосовать мечом воздух. На каждом взмахе с острия срывался огненный шар и тварь поубавила прыть, сосредоточившись на защите. Одновременно я почувствовал, как поселившаяся в моем источнике новая сила самостоятельно обнаружила поврежденные кости и принялась усиленно залечивать переломы.

Определенно, сущность гаргантюа не желала подыхать вместе со своим незадачливым носителем.

Понимая, что шанс на победу пошатнулся, почерневшая в местах попадания огненных шаров химера запрокинула глотку и завизжала так, что я запнулся на очередном взмахе и потерял концентрацию от резкой боли в ушах. Не знаю, что за умение она применила, но по широкой улице, ставшей полем боя, прокатилась волна ощутимой энергии, призванной причинить физическую боль всем живым существам. Кентавры попадали на землю, зажимая уши руками. Вот только големы оказались стойкими ребятами и даже не дрогнули, продолжив шинковать ожившие трупы на суповые наборы.

— Ори, тварь. Ори. — я прислушался к ощущениям и понял, что еще недавно сломанные ребра полностью зажили. — Считай это своей предсмертной песней.

Камень под ногами химеры превратился в болото и она разом провалилась на полметра. Попыталась выбраться, но я уже отпустил заклинание, и топь мгновенно превратилась обратно в камень.

В этот момент големы расправились с последней немертвой тварью и теперь застыли каменными истуканами, выполнив приказ и ожидая нового. Химера задергалась, но даже вложенной в нее мощи не хватило, чтобы вырваться из плена. Тварь вновь запрокинула свою уродливую башку, намереваясь завизжать, но ее усилия пропали зря — вспыхнувшая вокруг нее Янтарная сфера остановила волну, не дав распространиться дальше.

Возможно, до моего ранения, путешествия в самоцветную пещеру и жертвы гаргантюа все могло закончиться куда более плачевно. Неизвестно, смог бы я справиться со столь могущественным некротическим созданием. Но теперь, после того, как дух земли пожертвовал своей жизненной силой, я словно разом шагнул на другую ступень развития. Готов поклясться — до этого момента я не знал заклинания, способного обратить камень в зыбкую топь. Оно словно само всплыло в памяти в нужный момент. Да и Янтарная сфера, ранее всегда отжиравшая ощутимую долю моего магического запаса, в этот раз далась до безобразия легко.

— Убейте тварь.

Получившие приказ големы сорвались с места и началось избиение. Пламенеющие клинки методично поднимались и опускались в не знающих усталости руках. Химера вопила во всю глотку, пыталась защищаться, клацала жвалами. Все зря. Уже через полминуты горящие мертвенным огнем белесые буркала погасли, откатившись в сторону вместе с отсеченной головой.

— Фелир, что у вас?!

Горячка боя схлынула и я только сейчас понял, что эта часть улицы перестала существовать. Големы в погоне за мертвяками особо не церемонились, да и я не заботился о сохранности и без того разрушенного города. Несколько зданий горело, а окончательно упокоившиеся мертвые распространяли омерзительные миазмы.