Александр Коротков – Дикарь (страница 24)
— Они правы, Мирный. Тебе нужно перебороть себя и согласиться.
Может, они и правы, но блин… Как же перебороть себя?! Я цивилизованный человек двадцать первого века, и человеческое жертвоприношение для меня даже звучит дико…
Так, Игорь, соберись! Тебе сейчас предлагают принести в жертву не живого человека, а кусок программного кода. И от этого напрямую зависит твоя возможность выжить и вернуться к нормальной жизни.
Я неуверенно кивнул и протянул заскучавшей Ямиле перстень и сердце оборотня.
Девушка оживилась, выбрала на земле участок, свободный от растительности и принялась что-то чертить. Спустя минуту кропотливого труда передо мной появился ломаный восьмиугольник, в который был вписан круг. Центр круга оказался исписан непонятными письменами и в него же бывшая порная положила перстень.
— Дай мне свою руку, — требовательно приказала она и я, все еще до конца не веря, что участвую в подобном, протянул ей ладонь.
Девушка взяла протянутый Вилларом кинжал, схватила меня на запятье и без предупреждения полоснула по ладони. Я дернулся, но она, проявив недюжинную силу, не выпустила мое запястье из рук и поочередно капнула тягучей кровью на каждую вершину восьмиугольника.
Закончив с моей кровью, девушка наклонилась над рисунком, бормоча что-то на своем языке. Потом взяла перстень и засунула его внутрь сердца оборотня, вновь положила в центр круга. Сердце тут де начало дымиться, вспыхнуло и сгорело в считанные секунды.
— Нужна жертва! Срочно!
Я взял протянутый кинжал и остановился в нерешительности перед жрецом.
— Ну же! Не тяни! еще немного и станет поздно!
Усилием воли отринув сомнения, я поднял жреца за плечи, подтащил к кругу и вопросительно взглянул на Ямилу.
— Горло! Лей прямо в круг! Быстрее!
Зажмурившись, я схватил жреца за подбородок, оттянул на себя и, глубоко вздохнув, резко провел клинком по шее. Ярко-алая кровь фонтаном хлынула в круг, заливая перстень и землю. От колдовского рисунка повалил пар, распространяя по округе омерзительный аромат свежей крови и я в очередной раз возблагодарил судьбу, что внутри Ареала не могу блевать.
Между тем в перстнем начали происходить стремительные метаморфозы. Он «потек», меняя форму, приобретая алый оттенок, пока на профиле не проступила неизвестная мне руна.
— Твой бог благоволит тебе, Мирный, — Ямила устало села на пятую точку. — Еще никогда зачарование не давалось мне с таким трудом.
Я осторожно, словно ядовитую змею, поднял впитавший всю кровь перстень.
Сегодняшний день определенно прошел не зря. Столько бонусов разом я никогда еще не получал.
— Ну что? Давайте отнесем это многострадальное ожерелье Ганнону, что ли…
Фал-Мек, оставив свое игровое тело в одной из таверн Рима, просматривал видеозаписи Ареала. За то время, что он усиленно увеличивал свои способности, еще один игрок окончил свой жизненный путь, нарвавшись на противника, превосходящего уровнем.
Однако наибольший интерес вызывал тот, на кого Ки-Мар велел обратить внимание хозяин. Землянину несказанно везло. Или это не везение, а холодный расчет? Как еще объяснить, что он раз за разом выбирает нестандартные решения, которые ведут не только к максимальному опыту, но и к приобретению уникальных навыков и предметов? Прямо сейас, в данный момент, Фал-Мек оценивал свои шансы в открытом противостоянии на 71 процент. 29 процентов — это слишком большое значение, чтобы им пренебрегать. А значит, следует все силы бросить на собственную прокачку, чтобы исключить возможность провала.
Познающий через разрушение еще раз вызвал момент, когда игрок примитивным оружием, доступным в системе Ареала, прервал жизненный путь занникунца, вошедшего в игру под видом местного жреца. Расставшегося с жизнью, если честно, было нисколько не жаль. Он сам пошел на риск, войдя в систему Ареала. Но в одном господин прав — животное, оборвавшее жизнь высшего создания, не имеет права на существование.
Когда-то очень давно, несколько тысячелетий назад, занникунцы, еще не отказавшиеся от бренной оболочки, держали в качестве домашних животных махиров. В большинстве своем мирные, трехголовые лохматые животные очень редко выходили из под контроля и нападали на своих хозяев. В подобных случаях махира умерщвляли, не взирая на любые прошлые заслуги. Подобное должно произойти и сейчас.
Радовало одно — в Карфаген прибыл другой игрок, который тоже успел развить своего персонажа до весьма солидного уровня общей силы. Фал-Мек был уверен, что Ареал сведет обоих на узкой дорожке, рано или поздно. И тогда останется устранить победителя схватки.
На службе славного Карфагена…
Прошло уже три недели с тех пор, как наша гоп-команда провела кровавый ритуал и отправила к виртуальным праотцам жреца Эшкара, так удачно подвернувшегося мне под руку. Хотя, думаю, будь жрец жив, насчет «удачно» он бы поспорил.
Первые дня три я опасался лишний раз отсвечивать на улицах, поэтому сразу после посещения Ганнона и сдачи квеста мы завалились в дешевую гостиницу и сидели тише воды ниже травы. Лишь Виллар регулярно отправлялся «в люди», посмотреть и послушать, что происходит в городе.
Пропажу жреца, конечно, заметили. И через день нашли место проведения ритуала. Даже поняли, что его принесли в жертву, но кто именно, узнать так и не смогли, даже несмотря на то, что отцы города подняли на уши чуть ли не всю городскую стражу. Против Карфагена сработала его терпимость. В городе постоянно или временно присутствовали представители стольких народностей, что воины Баал-Хаммона, а по совместительству боевые маги, лишь развели руками. По слухам, все, что им удалось установить — это то, что ритуал, скорее всего, проведен по обычаям одного из кельтских или германских народов. А, учитывая, что иберы давно и прочно переплелись с кельтами, смешав культуры друг друга, под такое описание подходила пара тысяч человек в городе.
Поэтому на четвертый день, когда меня уже начали посещать мысли, а не предложить ли моим спутницам тройничок, я наконец вылез из берлоги в поисках квестов.
Их в городе оказалась просто тьма тьмущая. Разработчики, где бы они не находились, не поленились и закрыли этот вопрос на «отлично». Правда, очень часто попадались однотипные, типа «Сходи и прикончи разбойников», «Найди убийцу моего сына и покарай», но мне-то какая разница? Опыт капает, награду выплачивают.
Так что за все время пребывания здесь я подтянул свой уровень до 14-го, обзавелся приличным шмотом и приодел своих спутников. Теперь наша банда представляла из себя весьма грозную силу. Выбирая задания, я не брался за сомнительные и откровенно бандитские. И дело тут вовсе не в моей щепетильности, которая очень сильно поубавилась за это время, а в простом расчете. В сколько бы игр я не играл в своей нормальной жизни, всегда и везде за «хорошего парня» играть было проще. Даже если игра предоставляет полную свободу выбора и действий. Такой подход не остался незамеченным среди славных жителей великого города. Очень скоро по Карфагену поползли слухи о воине-варваре, который может помочь в любой неприятной ситуации и надавать по щам нечестивцам. Только о награде не забудь.
Как оказалось, слава о нашей компании гуляла не только среди черни и торгашей. В это утро я и Ямила сидели за столиком, который хозяин гостиницы выделил в наше постоянное пользование и уминали завтрак. Вообще, жизненной необходимости в жратве Ареал не предусматривал, но в какой-то момент я узнал, что пища, приготовленная из нужных ингредиентов, способна кратковременно слегка приподнять те или иные характеристики, так что я взял за правило при каждом удобном случае отведать супчику или мясного рулета. К тому же вкусовые ощущения никуда не делись и вкусная еда даже внутри Ареала оставалась вкусной едой.
За этим занятием нас и застали пятеро сурового вида мужиков, по-хозяйски ввалившихся в дверь и оглядевших зал. Трактирщик, увидев гостей, потерял дар речи и превратился в соляной столп. Я же внимательно оглядел их. Изрядно окрепшая Мудрость позволила определить в вошедших воинов Священного круга. Элита из элит, экипированная и обученная в лучших традициях греческих гоплитов. Попасть в отряд можно только карфагенянину, никаких наемников. Насколько я знаю, ребята охраняли Бирсу и подчинялись напрямую совету.
Один из гоплитов, держа в руках крепкий шлем с красным гребнем, подошел к нам:
— Ты есть Мирный Герцог, германец?
— Есть я Мирный Герцог, ага. — от волнения я начал подражать манере речи магистра Йоды.
Воин удовлетворенно кивнул.
— Меня зовут Гасдурбал. Я раб мит Священного отряда. И мне поручено передать тебе приглашение совета.
Я моргнул. Что еще за «раб мит»? Они там что, в прямом смысле принадлежат совету?
Услужливая Кристина тут же подсунула мне справку:
— А что понадобилось многоуважаемому совету от такого маленького человека, как я?
Гасдурбал повторно оглядел меня, но решил оставить комментарии насчет «маленького» при себе: