Александр Король – Коридор (страница 14)

Старая – это когда человек находится на частоте уже прошедшего времени, а сам он – молодой, из настоящего. И это мешает ему жить, правильно?

– Да, это люди, которые слушают старую попсовую музыку, смотрят старые фильмы, помнят Вторую мировую войну, отмечают праздники типа 23 Февраля и т. д. Все это старая частота. Старая «частота» – это когда, если женщина, то это когда длинные ногти, накрашенные ногти, наращивают волосы, пользуются косметикой, те, кто носит платье, те, кто в каблуках по пляжу ходят, есть такие у нас люди. Это все старая «частота». А это все мужчины, которые считают, что нужно быть бритым, толстым, здоровым, там, да, грубым. Это тоже старая «частота». Старая «частота» – это золото, блистюшки всякие, кольца, серьги, кресты, цепи, это тоже старая «частота», леопардовое там что-то, тоже одежда, тоже старая «частота». Что еще старая «частота»? Старая «частота» – ну это которая у них, получается, из-за этих вещей, из-за того, что они общаются с такими людьми, чаще всего эти люди со старым поколением любят контактировать, из-за этого у них ограничено мышление и у них вариантов заработка нету. Они слепы, они не понимают вообще, что 21-й век сейчас, и это люди, которые работают на работах за 30 тысяч рублей в офисе или где-то там, я не знаю, на заводе, и больше нет никаких вариантов. Вот у них как раз это ограниченное мышление, это люди, у которых ограниченное мышление, они не понимают, что есть планета Земля, и они едут загорать в парк у себя. И плавать в озере, и никуда не выбираются. Это люди, которые очень замкнутые, в своем каком-то мире своего какого-то маленького райончика, в котором они живут. Вот она, старая «частота», это грубая еда, это все борщи с пельменями, вот эта вся грубая еда – она на самом деле считается старыми «частотами». Естественно, если я сейчас съем какие-то пельмени, на меня это плохо не повлияет. Я имею в виду, что если человека вытаскивать, а я таких вытаскиваю людей, то им это запрещается все. Я сейчас перечисляю то, что нужно в первую очередь человеку запретить, чтобы он как бы начал чувствовать что-то современное. Он должен слушать обязательно иностранную музыку. Что нужно, чтобы он попал на современную «частоту», это как раз вот книга «Аврора». То есть я вот это все там перечисляю. Ну, вот, старую «частоту» я перечислил.

– А что можно сказать по поводу того, какую «частоту» продвигает само общество? То есть мы уже видим постоянно, ну, например, рекламу определенных фильмов, которые там идут в кинотеатрах. И реклама эта имеет широкий охват. Много людей ее видят, и на кого-то это действует. Вот эти фильмы, которые простые из кинотеатров, обыкновенных в прокате, в широком, они…

– Стоп, перебью. Сразу добавлю: есть другой также момент. Есть момент такой, с чем я сталкивался, что есть допустим, музыкальный трек, который ну той «частоты», а потом, когда вдруг он попадает в люди, в социум, в быт, он как будто меняет «частоту» элемента. Его как будто могут опошлить. Вот еще какой есть нюанс. И получается, что чтобы вообще понимать, какой «частоты» что, то это надо не элемент понимать, какой он «частоты», да. То есть не фильм по «частоте», а надо посмотреть, какой «частоты» люди смотрят этот фильм, и тогда ты понимаешь, какой он «частоты». Надо посмотреть, чье внимание обратится на этот фильм – вот оно как. И это очень заметно. Потому что есть как раз вот мир вот этих как раз закомплексованных очень, материально-социальных людей, которые помешаны на том, как о них подумают люди, что о них скажут люди, они стараются быть лучше всех, такие материальные обычно людишки, питерские, московские, вот они, допустим, там для них сразу «Ла-Ла Лэнд» вышел – и им надо всем идти, это типа модно, они все об этом между собой говорят. А у меня сразу так: «Фу». Ни в коем случае, если человек из мира плохого сказал про этот фильм, то этот фильм плохой. Я такие еще выводы делаю, то есть как познаю информацию. И получается дальше: человек берет там «Пятьдесят оттенков серого», и я такой: «фу…». Если такой человек об этом говорит, то его фильм плохой. Я сразу для себя такие выводы делаю. Ну вот. Дальше. Что сейчас еще было? Вот вышел сейчас какой-то трек популярный, больше всего у него там рейтинг, какой-то испанский, все слушают – тоже вот как бы это самая попса. И есть люди с попсы, социально-материальные – ну социум, вот у социума, он на все подвергается. Это то же самое, как, я не знаю, там, это больше, если по одежде судить, примеры приводить, это больше женщины, я не знаю. Появились какие-то там. И есть, допустим, низкая «частота», типа модниц, есть женщины, которые носят зачем-то такие кроссовки, и типа такой каблук у этих кроссовок, это ужасно. Это очень низкая «частота», то есть если я хочу загубить человека, вот как раз люди, которые разбились на самолете, они носили такую обувь. Это вот низкая «частота». И вот помимо вот этой обуви, когда появились шапочки с ушками, такие какие-то были, с ушками типа, как у кота, все с козырьком черные носили, вот это тоже из этого измерения. Это прямо определенный вот такой мир. Есть мир – такой, такой, такой. И, в принципе, если идти по городу, я могу прямо, я не знаю, хватать каждого человека и показывать на него пальцем, и рассказывать, куда он пойдет, в какие он ходит заведения, что он кушает, что слушает, кого он знает, и вот в Петербурге, допустим, когда я общался так с людьми, когда я бывал в компании, в другой такой общественной, и когда меня с кем-то знакомили, я беру и говорю: «А ты, наверное, вот этого знаешь, вот этого, вот этого». Он такой: «Да… Откуда ты знаешь?» А я все, я его вижу, ну он прям одет как они. Я беру и говорю: «Ты знаешь вот этих людей. Все. Ты, наверное, еще это ешь, это то, и вот то-то-то». То есть это четко.

– Александр, ну, тогда получается, что все, допустим, медиапродукты, имеющие бешеный охват, имеющие бешеную популярность, они автоматически получаются низкой «частоты», потому что те люди, которые низкочастотные, их это захватывает. По такой логике получается, там, The Beatles, Rolling Stones, они должны быть низкой «частоты», потому что в свое время их слушали буквально все, то есть те, которые, грубо говоря, сейчас пойдут на «50 оттенков серого».

– Не совсем. Не совсем. Вот я хороший пример вам сейчас приведу. То, что мы, наверное, как раз не учли, и обязательно нужно учесть. У меня есть такая заметка, глава, я написал, она очень была такая актуальная популярная, очень задела как раз всех людей, особенно все социально-материальные люди откликнулись как раз – закрытые как раз материальные люди, их это прямо задело. Они обратили через это на меня внимание, в моей духовной книжке. Это когда я перечислил, что есть, допустим, от одного до девяти классов, как школа. Получается, этих измерений, «частот», не важно – давайте не будем вдаваться в конкретику. И вот это с первого по девятый класс, это когда человек стремится стать супер-пупер крутым. То, что сейчас есть, человек на троечку развит, на четверочку, на пятерочку. Вот девятый класс – это когда человек, у него на груди написано Dolce & Gabbana, когда у него Bentley, золотой унитаз, ну и все вот такое. И девушка двухметровая, с грудью как Змей-Горыныч. То есть вот это вот – это девятый класс, это вот девятый уровень такой, до которого доходят люди, у которых уже до хрена бабла, но они вот такие вот все крутые. И все, кто ниже, все к этому стремятся, все люди на таких смотрят, типа, блин, вот хотят вот такими же стать. Но самое интересное… Все к этому идут, я через это проходил, у меня был золотой телефон Vertu, все вот эти побрякухи золотые, золотые часы были, все модные вот эти шмотки, – все это клевое было, но а там, кто что купит. Но суть не в этом – там был вот этот выпендреж. Но самое интересное – когда ты это, ну, проходишь дальше, дальше же еще что-то есть! Но об этом уже никто не знает, потому что это уже так не проявляется. Почему видны эти девять классов? Потому что они четко выражаются социально-материальным каким-то вот таким положением, а дальше начинаются классы, которые не выражаются так, и люди, которые до девятого класса и по девятый включая, они не знают о том, что дальше, они не видят круче людей. Но они есть – эти крутые люди. И вот есть 10, 11, 12 класс – это те люди, что я могу идти по городу, допустим, я не знаю, ехать по городу, у меня сломается велосипед, ко мне подойдет мужик, починит его, извазюкается там и запачкает все свои руки, а он, там, – самый богатый человек вообще в России. Вот есть такие люди. И они вообще, они очень скромно выглядят, они как раз слушают совсем другую музыку, они совсем ведут другой образ жизни, их нигде нету ни в соцсетях, ни в тусовках, вот так. У них все по-другому, они прям отличаются, они как будто, ну индивидуальны. У них как будто свои какие-то вот меры. И когда для меня это открытие произошло, я был в шоке. Ну и следовательно я сам туда и попал. Я не знаю, как вы меня видите, но вот люди, с которыми я общаюсь, а я общаюсь с разными мирами, специально посмотреть, как разные миры меня воспринимают. И когда я сейчас общался с человеком, который из Москвы, и такой, ну, высокого уровня материального, скажем так, в первую очередь, ну и не дурак, человек с образованием – этот человек, он сказал сразу, что, по мне видно, что я типа не простой и очень индивидуальный. И видна эта самодостаточность, и что вот я очень сильно отличаюсь от людей. Они видит, что я круче всех этих выпендрежных, у кого там унитазы золотые на шее висят. Он это видит, но он не может объяснить, он не понимает в чем. Он видит, что я не так, как все, я не знаю, там, фотографируюсь. Да, человек видел меня, там, в соц. сетях, он видит, что я не как все, там, не стараюсь, там, показать себя с какой-то хорошей стороны, да, что я как-то, не стесняюсь быть собой. Это очень сильно выделяется, и он видит, что: «Ни хрена себе, какой вот, наверное, пофигист с одной стороны». Он это чувствует, но не может объяснить, потому что это не его работа, да. Там это все изучать, объяснять. А люди, которые ниже этого человека… И реально вот, когда я начал недавно запускать рекламу и все, как на меня люди-то реагируют: «Бомж». Все думают, что я какой-то бомж, бродяга, какой-то пацан, то есть никто не понимает. Все же в меру своего развития видят? И получается, что все «частоты» видят по-своему, и получается, что все «частоты», которыми кишит Интернет, они все думают, что я «лох». Никто не понимает, что я пипец какой серьезный дядя, они все думают, что я какой-то «лох-пацан». Все стебут: «Кто этот лохматый чувак?», «Да ему надо волосы постричь!», «Да че он несет???», «В какой-то футболке!». Они вообще ни хрена не впирают, что эта футболка, ну я не знаю, в сто раз дороже, чем чувак, который для них авторитет и ходит в костюме за тысячу рублей. Они этого вообще не понимают. То есть не понимают, что тот, кто сейчас, там я не знаю, в отеле Rixos в Сочи отдыхает, что это как бы полный отстой по сравнению с тем, что, как бы, взять и слетать в ту же Исландию, они этого не понимают. Вот и все, вот это вот как раз вот это вот восприятие.