Александр Конторович – Страж. 3 книги (страница 11)
Вот тебе и здрасьте — а я что могу противопоставить? Хрен его знает, какой кирпич у Дина заготовлен на этот случай?
И назад не отыграть — даже сославшись на выпивку и похмельное состояние. Мастер Дин в таком же состоянии — а работает!
Горн у нас у каждого свой. Своя же и наковальня.
Причём, я её устанавливаю не абы как, а сориентировав по сторонам света. Точно так же располагаю и емкость для закаливания.
Дин закаливает просто в воде — а у меня свой собственный состав. Масло, всевозможные добавки и так далее…
Все предварительные операции с заготовками произведены заранее — как у меня, так и у Дина. Сегодня — финальная стадия.
Собственно, он уже закончил и уволок клинок куда-то в подсобку. Как я понимаю — накладывать на него чары.
Бог с ним, у меня сейчас процесс старения идёт. По древней японской традиции. Дважды я уже нагревал клинок до нужной температуры — и дважды же давал ему остыть. Это не меч, там такая процедура требует почти целого дня — раз десять надобно повторить. И очень важно правильно выдержать температурный режим!
А кинжалу — хватит и трех.
Присаживаюсь на обрубок бревна и вытираю пот. И кто-то ещё спрашивает — отчего толстых кузнецов не бывает? Вот посмотрю я на него, опосля такого вот процесса… Жилистые и крепкие — почти повсеместно. А лишнего жира тут не нагуляешь! В таком-то жару…
Любопытные поглядывают издали, да расспрашивают подмастерьев, которые, то и дело выбегают на улицу за водой. Всем интересно — слух о споре моментально разнёсся по казарме. А я, ещё в процессе пивопоглощения, поведал старинную легенду о японском кузнеце. Ту, где он отсёк руку коллеге, решившему попробовать температуру жидкости для закалки. Мол, неча чужие секреты воровать!
И это было правильно воспринято мастером Дином, он только покивал понимающе. Слушавший всё это Ян, сделал свои выводы — и к нам в кузницу никто и не пробует заглядывать.
Всё, процесс окончен. Теперь — шлифовка, полировка…
Опять же — точило у меня своё. Поаккуратнее, нежели у местных коллег. И прочий инструмент тоже — а это не может не сыграть своей роли. Дайте Пикассо вместо изящной кисточки малярный квач — он дофига им нарисует? Сомневаюсь, что подобный «шедевр» потрясёт внимание публики…
— Ещё воды! — и срывается с места подмастерье.
Блин, даже и пожрать толком некогда — хаваем наскоро прямо здесь. Краем уха слышу, что кое-кто уже и ставки принимает. На того, кто выиграет в этом поединке.
Ну, одного-то выигравшего я точно знаю — усатый дядька в любом случае внакладе не останется.
Наконец, работа закончена — и сияющий Дин появляется на улице. Как я понимаю, процесс наложения чар на изделие прошёл вполне успешно.
Ну, мне накладывать нечего, но вот поработать над клинком, пожалуй, надо бы ещё… Шлифовка, доводка, да и ножны ему точно не помешало бы сделать.
Но — всё это после. Зрители в нетерпении приплясывают около нашего усача — всем уже невмоготу! Не каждый день тут такие развлечения!
Перед Яном два клинка, которые он с интересом рассматривает.
— Так… Заклятие двух ударов? — берёт он в руки кинжал моего оппонента.
То есть, как тотчас же комментирует кто-то из толпы, клинок точно не сломается после первого и второго удара. Как я уже знаю, редко какой мастер может придать изделию более одного магического дара — это удел очень и очень немногих специалистов. Уровня хорошего кузнеца тут явно недостаточно — нужен маг! Да и то не всякий…
Кузнец важно кивает — мол, а чего ж ты, друг ситный, ещё хотел? Что могу, то и делаю. Практически вся Серая стража ходит с его клинками. Редко кто может позволить себе купить на стороне что-либо более навороченное — дорого!
Теперь в руках у наставника уже моё изделие.
Форма — непривычная для этих мест. Обоюдоострый на первой трети, слегка изогнутый там вниз — за образец я взял хорошо известный мне ятаган, привнеся в него кое-какие добавки. Нестандартная рукоятка — без привычной гарды, но с «ушами». И — более длинный клинок, смотрящийся очень хищно. Поскольку такой агрегат приходилось ковать не в первый раз, у меня в запасах имелись рукоятки, которую я и поспешил поставить на место.
Кинжал Дина — тяжелее и не так хорошо сбалансирован. Впрочем, для такого рода клинка это и не обязательно.
— Хм… — наставник озадаченно вертит в руках моё изделие. — А почему он так изогнут? Понимаю, что не просто так — но зачем?
А вот тут у меня есть ответ — предвидя подобные вопросы, я кое о чём заранее позаботился. И это — маленькая капелька (а может — и не такая уж и маленькая…) на мою чашу весов.
Для этой цели я попросил помощи у Яна, мол, дай мне парочку своих учеников. Зачем, для чего — там всё сам и увидишь.
И сейчас эти ребятишки быстро выволакивают на плац парочку досок и всякие там бревнышки различной толщины. Устанавливают (я заранее им объяснил — как именно и в каком порядке) и отходят в сторону.
— Мастер Ян, вам же несложно будет пробить кинжалом мастера Дина… ну… хотя бы — вон ту дощечку?
«Дощечка» почти дюймовой толщины. И пробить её насквозь кинжалом, разумеется, можно — только удар должен быть достаточно сильным и хорошо поставленным. А рукояти у него нет — в смысле, не имеется хорошо пригнанной рукоятки. Так-то щечки на клинке имеются, но вот более качественную рукоятку надо будет ещё потом изготавливать. И поэтому его не так удобно держать. Настоящий мастер всегда старается подогнать оружие под владельца — но вот как раз с ятаганом это особо-то и не требуется.
— И вон то бревнышко срубить…
«Бревнышко» уже потолще — пара дюймов там точно есть. Снести ятаганом — пара пустяков, а вот обычным кинжалом — уже не так просто. Он, вообще-то, совсем для другого предназначен.
Но усатого такими пустяками не смутить. Он подходит к мишени, делает пару пробных замахов, проверяя баланс оружия и то, насколько хорошо оно сидит в руке.
Раз!
Доску он, конечно же, пробил — острие клинка вылезло аж на сантиметр.
Два!
А вот срубить бревно с первого удара не получилось
Ещё замах…
А пресловутое заклятье двух ударов?
Перерубить бревно не вышло и на этот раз, даже пришлось высвобождать клинок, накрепко засевший в древесине.
Третий удар — ну, тут уже всё пошло правильно…
— Опа…
А внутрь бревна, оказывается, вставлен металлический штырь! Не шибко толстый — миллиметров пять, но он там есть! Я бы даже сказал, что это больше похоже на гвоздь… Разумеется, для кинжала это не сильно большая помеха — он и два-три таких гвоздика зараз перерубит без большого напряга. Но вот лезвие теперь надо править и заново затачивать — удар-то был уже не первым!
— Есть ли заклятье на моём клинке, мастер Ян?
Здесь ответ был категоричным — нет тут ничего!
— С вашего позволения, мастер, я попробую это сделать сам — вам такое оружие непривычно…
Никто и не спорит. Как мне всё это знакомо… Сам придумал — сам и исполняй! С тебя и спросят в случае неудачи.
Везде так…
Резкий взмах!
А клинок-то у ятагана не просто так сделан именно такой формы… И не просто так имеет утяжеление в передней части. Тут и до меня умные люди много уже осмыслили — я только кое-какие мелочи додумал.
— М-м-да… — хмыкает усач, осматривая доску.
Здесь и комментариев никаких не нужно — клинок вылез с той стороны почти на ладонь.
— Прошу прощения, мастер Ян…
Взмах — щелчок — и верхняя часть бревна косо втыкается в песок плаца — я тоже не просто так именно это место выбирал для демонстрации. Мягкая тут почва…
А рубить подобным образом меня давно уже обучили — это всегда очень эффектно смотрится. И на зрителя воздействует соответствующим образом.
Резкий поворот — бросок…
Ятаган-то ведь и метать можно, если кто не знал!
Недалеко — но очень даже неплохо. Я и это умею. Благо, двор на участке у меня большой, посторонних нет… а вот возможность появления непрошеных гостей — очень даже велика! «Времена ноне суровые — соцдействительность!» — именно так говорил один из главных злодеев в старом советском детективе. Так что, тренируюсь… тренировался, блин!
— Прошу осмотреть клинок, мастер!
Словом, мне теперь ему ещё и ножны делать… потом, когда после дружеской попойки отойду…
А сегодня мы (то есть, усач, двое «случайных» попутчиков и я) топаем на рынок. Затея с аджикой не даёт моим будущим компаньонам покоя, так что вопрос с сотником и магистром благополучно разрешён. Ну, скажем, за сотника я и не сомневался — он в доле, а вот магистр и по сей день так и оставался для меня неизвестной величиной.
Но как-то, наверное, смогли убедить и его…