Александр Конторович – Стоящие за твоим плечом (страница 6)
Народ, постоянно озираясь на гостя, разошёлся по местам.
– Ну, Дед, что поведать желаешь?
– Беда у тебя, боярин? Не можешь с ворогом совладать?
– Не могу, – честно признался тот. – Не принимает открытого боя ворог, прячется! Истинно – как тать ночной!
– Ночной и есть, – кивнул старик. – Тут ты правду глаголешь. Лучше он в ночи видит, это так.
– Да как эдакое быть-то может?! Токмо филин в ночи тако зреть может!
Гость покачал головой, не соглашаясь.
– Филин – может. Однако ж – не токмо он. И иные есть…
– Это кто ж такие-то будут? – покосился Игорь на собеседника. – Не филины… Совы, что ль?
– К тому близко… Совил там…
– Что за нечисть? Не слыхал!
Старик вздохнул.
– Не ты один, боярин, про то не ведаешь… Чужой он нам, не с наших мест. А нечисть или кто… Вот я слыхивал, что за морем страна есть – где воины в юбках ходят! Навроде баб… Однако ж – вои добрые, да крепкие! Так вот, там тоже похожий имеется. Ботукан совил[2] – тоже, вроде бы, нечисть – ан за стариками немощными смотрит! Как домовой нашенский… Зерно, говорят, жёрновом ручным мелет!
– Ишь ты, мельник! – усмехнулся Игорь. – А у нас он что потерял? Где та мельница – и где мы?
– Так то – за морем! Есть ли та страна вовсе, или нет её – неведомо! Может, вообще сказки это… А вот у варягов – это уже совсем другой зверь… С лисой ли у совы грех случился или ещё с кем – то неведомо. Но опасаются его варяги и чтут! Стараются не забижать. Злой он… Недобрый… Но как-то с ним договориться можно…
– Ну договорился, положим, там кто-то… И что? Сил у него втрое больше прибавилось?
– Нет, – покачал головою старик. – Силу он дать не может – нет у совила такой власти. А вот вывести на противника, место для удара тайного указать да глаза отвести… Это, да… Говорили про то прадеды наши. Ежели он за плечом у кого станет – прямая тому дорога в тати! Иного пути ему уже не будет.
– Так уж и не будет? И ничего сам человек сделать не сможет?
– Так он и не ко всякому подойдёт… К тебе же не пришёл? И ко мне не придёт – иные мы с тобой, чужим горем не живём!
– И что теперь? Попа кликать надобно?
– Покличь, – согласился Дед. – Да токмо потом не обижайся… Не поможет тут он тебе. Не тот это враг, чтобы попы с ним боролись…
– Утешил! – фыркнул воевода. – Нечистью застращал, так и поп, оказывается, тут не помощник! А кто?! Рысь свою в подручные определишь, что ли?
– И определю, – наклонил тот голову. – Барсэг! Пойдёшь с ним?
Безучастно сидевший доселе кот медленно повернул голову и – взглянул на Игоря своими зелёными глазищами.
Странный это был взгляд…
Словно человек посмотрел.
Боярин потряс головой, отгоняя наваждение: ну не может ведь кот так смотреть!
Да, большой, необычный…
Но не человек же он! Нет в них такого разумения!
– Князья персидские себе давно уже пардов[3] в охране заводят. Умные они и хозяину преданные. Жизнь свою за него положат, не колеблясь ни мига, – продолжил гость.
– Ну… За псов таковых я слышал – у ромеев[4] это принято было, – согласился Игорь. – Так минули уже те времена!
– У кого как… – пожал плечами старик. – Парда у меня нет, пса ромейского – тоже рядом не вижу, а вот Барсэг – имеется.
– Что за прозвище такое странное?
– Барсэг – по-ихнему, по-персидски – это защитник. На иное обращение он не откликается.
– Ишь ты! – усмехнулся боярин. – Не откликается… Так ежели хозяин повелит…
– Нет у него хозяина. И никто повелеть ему не может.
– И ты?
– И я, – согласился гость. – Сам пришёл – сам и уйдёт, когда захочет. Сейчас вот – со мною рядом. Надо будет – с тобою встанет.
Воевода уже иным взором окинул необычного…
Хм-м-м…
Помощника.
– А что он может?
– От опасного места убережёт, болото какое или бочаг стороною обойдёт. Беду всякую чует – куда там псу! И ещё… Совила он видит издали! День или ночь тёмная – едино всё для него… Очень его не любит – враги они… Чужой тот на нашей земле.
– Сойдутся ежели в схватке – кто кого заборет?
– Не ведаю про то, – покачал головою Дед. – Не слыхивал о подобном. Так что, боярин, ты его тоже береги – и он должником твоим не станет.
После ухода старика воевода вернулся к себе в дом – следовало хорошенько всё обдумать, учитывая то, что тот ему рассказал.
Теперь Игорь не сомневался – враг наблюдает за деревней. И ему нет необходимости сидеть поблизости в кустах – та самая нечисть (а он упорно считал совилов именно ею) всегда как-то (хотя и непонятно – как?) поможет.
Призвав Храбра, боярин распорядился:
– Готовь отряд на розыск, их поведу сам! – не слушая никаких возражений, велел быть готовыми уже к ночи.
Расчёт был прост: если Барсэг поможет обойти вражеских соглядатаев или ещё каким-то образом поспешествует избежать обнаружения дружинников, то можно наконец выяснить хоть что-нибудь!
Вороги не могли прилететь по воздуху, а проплыть по воде – учитывая все повороты извилистой речушки и наличие прибрежных поселений – дело вельми неблагодарное.
Да и как можно укрыться на воде? Не лес – лодку видно издали!
И времени на это у ворогов изрядно уйдёт…
Вышли…
В отряде было чуть более десятка воинов, все – опытные, не раз уже в бою побывавшие. Копий не брали, ограничившись лишь мечами и топорами. Луки – у всех. Не взяли и щитов – с ними в ночном лесу тихо не пройти. Рискнув, воевода доверился словам Деда – авось, удастся пройти незамеченными – да и в прошлый раз щиты не особо-то и помогли…
Доселе мирно дремавший на печи кот, бесшумно выскользнул во двор и…
Словно канул в темноту.
Боярин не стал его окликать – придёт ещё…
Так и оказалось: не успели отойти от деревни и ста шагов, как смутная тень скользнула из ночного мрака, и чья-то голова требовательно ткнулась в коленку правой ноги.
– Ты чего? – присел Игорь.
Кот ещё раз толкнулся лбом и, повернувшись, сделал несколько шагов.
– Туда идти?
Ещё пара шагов…
– За ним! – махнул воевода рукой.
– Чудные дела творятся… – тихо прошептал кто-то позади. – Дожили! За котом по лесу ходить будем! Не иначе – мышей короб к утру притащим!