Александр Конторович – Плацдарм «попаданцев». Десантники времени (страница 37)
— Еще двадцать лет назад суд Лондона вынес приговор нескольким солдатам войск короля. Потерпев крушение, они попали в руки дикарей. От изгнания, как чужаков и как следствие — от голодной смерти их спасло то, что они согласились взять в руки оружие и отразить набег соседнего племени. После этого они прожили там еще несколько лет, периодически оказывая такую помощь этому племени. Некоторые даже взяли себе жен и завели там семьи. Наконец им посчастливилось вернуться в Англию, где они тут же и попали под суд. Им вменили нарушение присяги и измену. Голову не отрубили и не повесили, но по десять лет тюрьмы им отвалили щедрой рукою. У вас есть основания полагать, что к вам отношение будет иным?
— Я… никто из нас этого не знал…
— Половина ваших солдат, Мору, ирландцы и шотландцы. У них есть основания горячо любить короля? Который, давайте говорить откровенно, попросту бросил вас всех тут подыхать? За год ни один англичанин даже не поинтересовался — выжил ли кто-нибудь после боя? Вы и после этого сохраняете ему верность?
— Но… вопрос ведь так не стоит, сэр?
— Стоит, лейтенант. Или вы с нами — тогда король отдыхает, или с королем.
— А что тогда?
— Тогда вы уходите из поселка. Для вас будет построен форт на границе наших земель. Будете сдерживать индейцев — против этого у вас, надеюсь, нет возражений? Подумайте, я вас не тороплю. И все ли солдаты уйдут вместе с вами в форт? Вы в этом уверены?
Плескаю еще по полстакана настойки и отхожу к печке — надо подкинуть дровишек. Похоже, что меня действительно продуло, не скопытиться бы еще…
— Сэр…
— Да? — поворачиваюсь к лейтенанту.
— Но как тогда быть с присягой? Мы все присягали королю…
— Который, бросив вас на произвол судьбы, сам ее и нарушил. Ведь факт присяги имеет и оборотную сторону, не так ли? Сюзерен тоже обязуется защищать своих подданных, ведь так?
— И теперь мы должны будем присягнуть испанскому королю?! Так, что ли, сэр?!
— Ну, я же не похож на сумасшедшего, лейтенант?
— Нет, сэр.
— Вы все являетесь моей
— Что-то вроде преторианской гвардии, сэр?
Начитан, однако, лейтенант!
— Да, некоторым образом. Можно сказать и так.
— И мы должны будем присягать… кому, сэр?
Хороший вопрос! Знать бы на него ответ…
— А вы все к этому готовы?
— Нет, сэр. Пока… еще нет.
— Так и не буду вас торопить. Это все?
— Да, сэр!
— Я полностью ответил на ваш вопрос?
— Полностью, сэр!
— Все ясно?
— Ясно, сэр! Разрешите идти?
— Минутку, лейтенант, — встаю и, подойдя к столу, достаю из сундука пистолет. — Ваш?
— Мой… да, это мой пистолет, сэр!
— Забирайте его. Надеюсь, лейтенант, для него впредь найдутся
Он вздрагивает.
— Так вы… знали?
— Все это время, Мору. Я много повидал убитых и могу отличить выстрел в упор от пули, прилетевшей издалека. Да и в дом ко мне вы пришли без него, ведь так?
— Да, сэр.
— А все прочие офицеры свои пистолеты отдали. Уже позже.
Мору молчит.
— Вы спасали жизни своих солдат, лейтенант. От бессмысленной гибели во имя неправедных целей. И делали это так, как могли.
— Вы понимаете меня, сэр? И не осуждаете?
— Нет, Мору. Вы — единственный офицер, который не оставил своих солдат и в плену. Все прочие — ушли, и пусть Господь Бог теперь будет им судьей!
— Я… спасибо, сэр…
ГЛАВА 25
— Сержант! — Лейтенант Мору снял кепи и вытер платком вспотевший лоб. — Командуйте привал. Выставите охранение.
Солдаты с облегчением растянулись на земле. Двадцатикилометровый переход, да еще и в форсированном темпе, бодрости не прибавил никому. Хотя… если вспомнить то, какими стали бы они еще года полтора назад… разница была видна невооруженным глазом.
Взвод подняли по тревоге индейцы-разведчики. Неподалеку от лесоразработок были замечены неизвестные люди. Явно европейцы. Вооруженные, что впрочем, было совсем неудивительно, ибо дураков ходить здесь безоружными было катастрофически мало, они, тем не менее, совсем не стремились к жилью. Наоборот, увидев следы деятельности человека, неизвестные в быстром темпе ушли в лес. А вот это уже было странно! Поэтому, недолго думая, командование и распорядилось направить на проверку этих сведений дежурный взвод. Им как раз и оказался взвод английской роты. Желая проверить в деле солдат, командир роты отправился вместе с ними. И вот уже вторые сутки продолжается эта гонка. Надо полагать, неизвестные ничуть не стремились к встрече, отчего и стремились, как можно быстрее, увеличить разрыв со своими преследователями.
— Решили передохнуть, лейтенант?
Мору вздрогнул.
К привычке мисс Марии подходить к собеседникам тихо привыкнуть было нелегко.
— Присаживайтесь, мисс… — лейтенант привстал, освобождая место на поваленном дереве. — Мы идем в таком темпе уже три часа, солдаты уже несколько подустали…
— Не буду с вами спорить, сэр, — кивнула собеседница. — Вы командир — вам и решать.
Мору покосился в ее сторону. На этот раз она была одета так же, как и любой из его солдат. Свою пятнистую одежду инструктор сменила на обычную для всех форму. Разве что чуть более тщательно пошитую. А вот вместо привычных сапожек обулась в тяжелые ботинки непривычного вида. Над правым плечом у нее виднелась рукоятка меча. Видел лейтенант, как лихо крутила она эту штуку на тренировках — впечатлило… Помимо традиционного пистолета в деревянной (!) кобуре у нее было еще и странного вида ружье с необычайно толстым стволом и трубкой прицела наверху. Раньше она никогда его с собою не брала, ограничиваясь пистолетом или двумя револьверами. Их как раз недавно начали выдавать офицерам. Как опытный военный, Мору сразу же оценил те преимущества, которые давало это оружие своему владельцу. Скорострельное и многозарядное — целых шесть выстрелов! Незаменимая вещь в рукопашной! И хотя его перезарядка тоже требовала времени, по сравнению с традиционными пистолетами, револьверы выигрывали во всех отношениях. А когда полковник и «мисс невидимка» (как окрестили Марину солдаты его роты) показали, как можно стрелять из этого оружия одновременно с двух рук… свободного времени у офицеров почти и не осталось. Этому искусству учили пока только их, на всех остальных револьверов еще не хватало. Полковник же обмолвился о том, что в перспективе ими вооружат не только сержантов (что было, в общем, понятно), но даже и солдат! Хотя лейтенант понимал, насколько вырастет огневая мощь подразделения, однако привыкать к неожиданным идеям командира было не так уж и легко… да и непривычно, откровенно говоря. А пока… два револьвера увесисто оттягивали пояс Мору, успокоительно похлопывая по бокам на ходу. Носить их так, как это делали испанцы, — на бедрах, было непривычно. Да и хотелось пусть даже такой, на первый взгляд незначительной, деталью, подчеркнуть свою индивидуальность. Тем более что полковник в этом вопросе никаких ограничений не ставил.
— Как вы полагаете, мисс, далеко ли от нас сейчас эти беглецы?
— Отчего вы называете их беглецами, сэр?
— Оттого, мисс, что они именно убегают от нас. Если им нечего скрывать, могли бы и подождать. Мы же не стремимся обязательно нападать на них?
— Ну, у них может быть и свое мнение на этот счет… Да и кроме того, лейтенант, солдат в такой форме они уж точно не видели. Так что могут посчитать вас кем угодно.
— Вы думаете? Ну… вполне возможно…
— А на вопрос, как далеко они от нас… надо полагать, ответят разведчики.
— Так они ушли еще пару часов назад! И до сих пор не вернулись!
— Вас что-то беспокоит?
— Ну… не то, чтобы я всерьез опасался за их жизнь… все же командир разведчиков учит своих солдат достаточно хорошо, но… их нет. И я просто обязан предположить все, что угодно.
— Резонно. Пить хотите? — и она протянула лейтенанту обтянутую сукном флягу.
— Не откажусь, — Мору с благодарностью взял ее и сделал несколько глотков. — Что кладут в этот напиток наши лекари? Бодрит и утоляет жажду лучше, чем простая вода!
— Ну, они на такие штуки мастера! Дай им волю…
— Сэр! — подбежал к беседующим сержант Мак-Грегор. — Разведка пришла!