Александр Конторович – Изгой (страница 23)
Даже я понимаю, что цену он заломил несусветную. Позарился на то, что чужак перед ним, сразу начал мне мозги запудривать, чтобы я согласился. Стоит мне сказать да, особенно, если поддамся на его заклинания, то по местным понятиям я согласился, и обратного хода договору нет. Останется только платить за поиски, какой бы несправедливой ни была цена. Сам ведь вроде соглашался, никто же за язык не тянул. А вот результатов-то он мне и не гарантировал – сказал, «сделаю всё, чтобы найти вора». Ну, поколдует он, может быть, даже и приметы жулика назовёт – и что? Он же не сказал, что краденое вернёт, так ведь? Не сказал… А с вора что взять? Может, он тот самый кинжал давно уже кому-то толкнул? И ничего никому не предъявишь, и в гильдию с жалобой не пойдешь.
Приметы вора тебе назвали ведь?
Да.
Ну, так и ищи его… за отдельную плату.
Братец, ты не на того напал. Магия твоя на меня не действует, и не делай из меня дурачка. Думаешь, мозги мне сейчас запудришь, я деньги-то и выложу, даже не поторговавшись. Ага, разбежался. Кроме того, что ты жадный, так ты еще и глупый.
– Простите, уважаемый, нет у меня с собой таких денег. Придется ехать за ними.
– Я с тобой, – чуть не подпрыгнул маг. – Заодно иделом сразу займёмся по пути. Я же с хозяином рядом должен быть – иначе заклятие силу потеряет. Куда ехать-то?
Ага, забеспокоился, что не действует на меня твое заклинание.
– Я в казармах Серой стражи остановился, гостем у мастера Дина, по старому знакомству.
Досточтимый Рене как-то сразу сник и погрустнел. Тут и дураку ясно, что стражники моментом настучат магистрам, если только почуют нечистую игру. А, если гильдия усмотрит тут недобросовестное отношение к клиенту, сыщику не поздоровится. Одно дело – чужак, ему уже по умолчанию веры нет. И совсем другой расклад, если свои стражники предъяву выкатят. Они-то тут всех знают… Лучше дома остаться, авось клиент-лопух все-таки деньги притащит.
А вот второго мага отыскать не удалось – по указанному месту вообще никого не оказалось, даже хозяева дома отсутствовали. К сожалению, домик стоял вообще на отшибе, так что никакие расспросы соседей тоже ничего не дали бы.
Кстати, никаких вывесок на доме не имелось, и вообще ничего не указывало на то, что здесь проживает представитель сей почтенной профессии.
Блин…
Чего делать-то?
Ну, что ж, завернем в монастырь. Это, так или иначе, давно уже сделать надо бы. Особой религиозности среди местного населения я, честно сказать, не замечал. Но это ещё ничего не значит – мало ли какие у них тут правила? И очень даже может быть, что непосещение церкви долгое время вполне способно привлечь ко мне нежелательное внимание. Ну, а что за этим последует… ну, его на фиг!
Кое-какие вещи мне ещё и брат Ино рассказал, так что, зайдя в монастырь, я не стал бродить туда-сюда, а направился сразу же в конкретное место.
Есть тут некто, вроде дежурного священника – вот его-то и побеспокоим. Не просто тот, кто в настоящий момент служит в церкви – а специальный…гм-м-м… поп, который призван решать сложные и непонятные случаи. Ну, а поскольку лично мой вопрос как раз к таковым и относится, то смело топаем именно к этому дядьке.
Встречный монах указывает мне направление.
Отдельный небольшой домик прилепился к монастырской стене.
Стучусь в дверь и, услышав ответ, захожу в комнату.
Несмотря на царивший тут полумрак, сразу же замечаю обитателя – тот сидит в углу за небольшим столиком. Не прямо напротив входа, как можно было бы ожидать – а чуть слева. На столике – толстая книга, которую он отодвигает при моём появлении.
– Добрый день, э-э-э…
– Брат Мон. Зови меня так. Что привело тебя к нам?
И при этом он внимательно смотрит на бляху, которая висит у меня на груди.
– Понятно… Присаживайся… – жест в сторону широкой скамьи у окна. Он и сам опускается на неё, совсем рядом.
– Я слышал о тебе… Признаться, мы ожидали тебя раньше.
– Но вы же знаете о бое с графом…
– Знаем, – кивает монах. – И тем более – ты мог бы прийти раньше.
Так… Похоже, что какой-то косяк я всё же упорол…
– К сожалению, я почти ничего не помню…
Выпад!
Совершенно на автомате я отбиваю удар, отбрасываю руку в сторону…
– Вот видишь, – спокойно произносит монах. – Это – ты помнишь. А другое?
– Тело помнит, брат Мон.
– Ковать – ты тоже не разучился. Почему?
– Я не маг… откуда мне знать ответы на столь сложные вопросы?
– Ладно, – вздыхает монах. – Давай с самого начала…
Разговор получился долгим, монах дважды наливал мне воды – промочить пересохшее горло. Понятно, что полной откровенности не получилось – не настолько же я лопух? Насколько мне известно, монастырские подвалы всегда отличались глубиной и качеством постройки. Так что желания проверить это на своём опыте у меня не было, да и возникнуть не могло. Изменил я и некоторые обстоятельства общения с ныне покойными членами банды Пестрого.
А во всем остальном – придерживался правды. Ну и про мифическое Зеркало… тоже старался ничего не придумывать. Мол, есть у меня такая штука, верно. А откуда… да, кто ж его знает? Лично я – так вообще теряюсь в догадках…
– Странно… – произносит брат Мон. – Я не чувствую лжи в твоих словах. Некоторые сомнения и неправильные толкования – есть, и я их вижу. Вполне возможно, что ты искренне заблуждаешься в оценке тех или иных событий и в их последовательности. Но это, в принципе, объяснимо – не каждому человеку удаётся выпить столько зелья Забвения – и остаться в живых! О таком никто из нас даже и не слышал никогда! Тебе повезло, да…
– Может быть, – осторожно вставляю свою версию, – дело не в везении?
– А в чём же?
– Тот, кто пытался провести нужный ритуал, попросту что-то перепутал. Или и вовсе не знал. Вот всё и пошло как-то не туда… и не так!
Монах задумывается.
– Возможно… Мы подумаем над этим. Но сейчас – вернёмся к тебе. Почему ты убил графа? Ведь он, насколько я знаю, уже не имел возможности к сопротивлению?
– Странный вопрос! – пожимаю я плечами. – А тот факт, что он на моих глазах убил нескольких моих солдат и пробовал убить меня – он вас не удивляет? По-моему, каждый, кто поднимает оружие на человека, должен быть готов к тому, что может погибнуть и сам. Око за око, брат Мон, и зуб – за зуб!
– Страшные слова ты сейчас произнёс… – качает головою монах.
– Я неправ?
– В том-то и дело, что прав… Но этих слов уже давно никто не произносил в наших стенах. Я имею в виду – из тех, кто живёт за ними. Ты взвалил на себя тяжкую ношу!
– В смысле?
– Определить вину и назначить наказание – это удел очень немногих! Риск ошибки слишком велик! Было бы понятно, если бы ты убил его для того, чтобы одержать победу в битве.
– Ну и для этого, разумеется, тоже…
– Но сказал-то совсем другие слова! А то, что сказано первым – идёт от сердца.
Монах задумывается.
– Мы не станем тебя удерживать. Пока для этого нет никаких оснований. Тебе нанесли тяжкий урон, от которого, возможно, и не суждено уже никогда оправиться. И поэтому некоторые проступки вполне объяснимы – и неподсудны. Но я вижу изменения в твоём сердце – и они меня страшат!
– Что же мне, покорно ждать, пока меня зарежут, что ли?
– Церковь не может дать такого совета! Каждый человек может – и обязан защищать себя и своих близких!
Что-то я совсем запутался… Странные постулаты у здешних батюшек… Вместо «подставь другую щеку» – обязан защитить себя и близких.
– Чем ты собираешься заняться?
– Своим ремеслом, чем же ещё? Ну и…
Рассказываю ему об объявлении, которое слышал от глашатая.
– Что ж, – неожиданно соглашается монах. – Найти разбойника – благое дело. А вернуть украденное хозяину – тоже правильный поступок.
– Я что-то сильно сомневаюсь, что найденный разбойник тотчас же раскается и привёзёт украденное на двор к почтенному торговцу… – качаю в сомнении головой. – Да, и насколько я слышал, этот самый Коса… Тоже, короче, не образец благочестия.
– Ты знаешь, чьим именем названа эта обитель?
М-м-да… и опять я лопухнулся… кто спросить-то мешал?