Александр Кондратов – Священный союз (страница 4)
Движимый неведомой силой, корабль, задрав нос кверху, понёсся к поверхности и вынырнул так сильно, что ватерлиния галеона оказалась выше уровня воды на три метра. С грохотом рухнув на поверхность моря, галеон покачнулся и замер.
Выжившие матросы сплёвывали отравленную солёную воду, два мрачных вампира стояли в полный рост, лишь едва пошатываясь. Сам адмирал, не чувствуя левой руки, едва встал и, опёршись о борт, выдохнул.
Небо над кораблём очищалось, тучи растворялись, и ласковое солнце осветило место страшной битвы.
Волны успокаивались, водная гладь, покрытая деревянными обломками и трупами монстров, замирала в покорном молчании. Адмирал и вампиры напряжённо вглядывались в море, ожидая, что Белый Волк сейчас вырвется из стихийного плена, но ничего не происходило.
— Этого не может быть… — Прошептал один из вампиров.
Адмирал покачал головой, не рискуя что-либо сказать. Сегодня произошло нечто такое, о чём говорить простому человеку даже в таком высоком военном ранге нельзя. Чувствуя, как левая рука немеет, адмирал отошёл от борта и позвал лекаря. Но на галеоне никто не мог оказать помощь адмиралу, ведь все, кроме вампиров, нуждались в срочной помощи.
Шхуны взяли курс на галеон, маги на них пытались через амулеты связаться с кем угодно на галеоне, но всё, что было магического на корабле вышло из строя.
Внезапно над морем пронёсся длинный трубный звук, подул ледяной ветер, и морская поверхность покрылась льдом! Шхуны, пробив несколько метров льда, замерли недвижно, даже накренившийся галеон не мог двинуться.
Адмирал, трясясь от холода, посмотрел в ту сторону, откуда доносился звук. На самом горизонте показались прямые разноцветные паруса. Ладьи и крупные драккары приближались к застывшей флотилии с невероятной скоростью, невозможной для обычных судов. Скорее всего, они движутся так быстро благодаря магии, подумал моряк.
Уже через несколько минут ладьи приблизились к кромке льда, и первые воины в массивных доспехах, обильно обшитых шкурами, спрыгнули на лёд, размахивая секирами. Но не успело разгореться сражение, как произошло невероятное!
Раздался тихий гул, лёд, сковавший корабли, задрожал, а спрыгнувшие на него воины едва не упали. Тряска всё усиливалась, и вдруг рядом с галеоном, всего в сотне метров, лёд взорвался тысячами осколков, и из воды вырвался огромный фонтан. Он мгновенно превратился в ледяную крошку, осыпавшись на лёд сплошным облаком.
Из этого облака медленным шагов вышла потрёпанная замёрзшая фигура с блестящим клинком в руках. Фигура приблизилась к незнакомым кораблям и замерла. Повисла невозможная тишина, даже море, казалось, решило помолчать в столь ответственный момент. Подобно грохоту лавины, раздался громкий насмешливый голос:
— Это вы заны? Я вас ждал несколько раньше.
После этих слов неподалёку от льдины на поверхность всплыло огромное тело мёртвого бога. Заны замерли в суеверном страхе, он смотрели то на вырвавшегося из пучины воина, то на тело одного из самых могущественных созданий в мире, и не знали, как поступить. Высыпавшие из шхун на лёд воины тоже не понимали, как поступить.
И в это время адмирал Темар Сарпо, повинуясь внезапному душевному порыву, ударил кулаком в грудь и во весь охрипший голос крикнул:
— Да здравствует Белый Волк! Да здравствует Гардарика!
Матросы на галеоне, услышав своего капитана, повторили жест и выкрикнули те же слова. Их голос достиг шхун и отдалённых флейтов, и все до единого члены команды и солдаты ударяли кулаками в грудь и выкрикивали торжественные слова.
Заны, потрясённые происходящим, только лишь построились прямым строем, выставив щиты вперёд, и приготовились сражаться. Но тут из большого драккара с красивыми красными парусами и фигурой неведомого существа на носу вышел поистине огромный, на голову выше самого императора, огненно-рыжий воин, держащий в руках широкую двустороннюю секиру.
Тяжело спрыгнув на лёд, он медленно приблизился к непоколебимому Белому Волку и замер в двух шагах. Десяток секунд он просто смотрел в синие глаза незнакомого полководца и, решив, приложил топор к груди и кивнул.
Глеб, улыбнувшись, повторил этот жест. Посмотрев в глаза настороженному военачальнику, он сказал твёрдым голосом:
— Отныне ваш народ свободен от плена падшего бога и его слуг. И я от имени своей империи Гардарики хочу предложить вам и вашему народу союз.
Огромный воин помолчал немного, пытаясь понять, откуда неизвестный полководец знает язык занов. Но, приняв это как данность для того, кто только что одолел бога, он развернулся к своим воинам и, подняв высоко топор, закричал, подобно пещерному льву.
Все до единого воины закричали в ответ, подняв к небу своё оружие. На кораблях воины насторожились, уцелевшие маги были готовы ударить всем, что есть, по мелким судам варваров. Но ни один воин северян не собирался сражаться. Они приняли, как равных, императора Белого Волка и его верных последователей.
Глеб же, скрывая довольную улыбку, подумал: «Первый шаг выполнен. Переходим ко второму».
Глава 2
За прошедшие два с небольшим года с момента заключения союза Гардарики и Мирелийского Каганата, оба государства серьёзно изменились. И если изменения Гардарики можно описать одной фразой — хижина превратилась во дворец, — то в Каганате всё было не так кардинально.
Впервые за многие десятилетия никто в степном государстве не испытывал нужды в металле, а особенно в оружии. Цена на хороший меч упала в четыре раза, арсеналы любого уважающего себя хана ломились от смертоносного железа, а гардариканские купцы везли домой трещавшие от золота и серебра кошельки, а некоторые и целые сундуки.
Естественно, купцы тратили деньги на собственный бизнес, и когда цена на металл упала, они продолжали искать новые выгодные товары для сбыта на новом рынке. Да и купить всегда востребованной провизии, которую Гардарика не в состоянии производить в достаточном количестве, они были рады.
Благодаря интенсивной торговле Мирелийский Каганат вступил в эру процветания. Нищих стало намного меньше, жители даже самого низкого происхождения получали хорошую работу на десятках и сотнях предприятий, открываемых под протекцией самого императора в основном и влиятельных гардариканских торговцев в остальном.
Благодаря огромным вливаниям средств из Гардарики в союзный Каганат, оба государства значительно выигрывали. Гардарика развивала торговые связи и наращивала товарооборот, от чего уже начали возникать стихийные торговые города, а в покорённых землях никто даже не думал о мятеже. Все жили намного лучше.
В Каганате всё было несколько сложнее. Народ очень медленно выползал из нищеты, совсем немного больше людей могли позволить себе что-либо, кроме самого необходимого. А вот элита степи, все ханы — от самых мелких, до больших и самого Кагана — стремительно богатели. По всему Каганату, чьи территории расширились почти вдвое, не говоря уж о взятых под протекцию землях, как грибы росли дворцы.
Среди всего этого благополучия лишь один единственный аристократ, чьё влияние в скором времени может превысить влияние самого Кагана, совершенно не думал о деньгах. Он, точнее, она жила в своих покоях во дворце под охраной двадцати воинов из числа самого сильного военного соединения в мире, гвардии Его Величества императора Глеба Белого Волка, воспитывая подрастающего наследника двух держав.
Молодая девушка, даже после рождения ребёнка не утратившая своей поразительной красоты, находилась в специально обустроенной для ребёнка большой комнате в своих покоях, играясь с маленьким мальчиком, как две капли воды похожим на своего отца. Ребёнок, смотревший на мир синими, как небо, глазами, увлечённо переставлял на полу десятки деревянных фигурок маленьких солдат, вырезанных специально нанятыми резчиками.
В коллекции полуторагодовалого княжича было уже несколько сотен фигурок, среди которых были представители практически всех армий мира. И низкорослые гномы, и статные пушистые зверолюды, и стремительные степняки, и суровые орки, и незнакомые никому воины в больших шерстяных одеждах с массивными секирами, которых заказывал сам Глеб. Но элитой деревянной армии были высокие, выкрашенные в чёрные цвета воины на могучих вороных конях.
Гвардию Гардарики уважали все, и никто не осмелился бы оспорить её репутацию. Особенно после того, как Глеб громил во время восточных войн сильнейшие войска, часто даже не используя хитроумных планов, которыми он прославился и заслужил уважение, и разбивая врагов лобовой атакой своей конницы. Многие ханы сражались бок о бок с величами и даже самим императором гардариканским и, по возвращении из походов, рассказывали небылицы о непобедимых воинах, которые, как уверенно считали степняки, вели свой род от древнего бога войны Велиарда. Даже едва заметная схожесть имени бога и народа воинов воспринималась, как знак.
Сами величи относились к слухам о них самих нейтрально. Абсолютно всех воинов этого народа, не считая погрузившихся в политику высших офицеров, волновала лишь судьба человека и соотечественников. А там пусть хоть как обзывают, лишь бы зла не помышляли.
Айанна сидела рядом с маленьким сыном, подыгрывая в его любимых военных играх. Она, выросшая в окружении потомственных степных воинов, многое знала о военном деле и легко обыгрывала сына в незамысловатых играх, но тот только веселился и не успокаивался, пока на поле боя не останутся только его солдатики.