Александр Колпаков – Колумбы неведомых миров (страница 30)

Напрасно я вначале опасался, что это такой же холоднорассудочный мир бездушных познавателей, какой существует на Гриаде. Когда я увидел залитые светом естественных и искусственных солнц гигантские парки и стадионы, заполненные миллионами радостных существ, бурлящих анергией и жизнью, их танцы и игры, услышал выступления артистов на массовых концертах, я ощутил, как на меня повеяло чем-то близким, родным, почти знакомым…

Власть метагалактиан над природой была почти сказочной. Полное познание гравитационной формы движения материи позволяло им творить чудеса. Я видел на экране отрывок из истории освоения шестой внешней планеты, предназначавшейся для размещения избыточного населения материнской планеты. До освоения шестая планет представляла собой мрачный мир, подавлявший безрадостным унынием своих ландшафтов. Куда ни посмотришь, всюду дикие нагромождения горных хребтов, зловещие черные скалы и осыпи. Межгорья и равнины засыпаны толстым слоем зеленоватого “снега”, еле светящегося отраженным светом далекого центрального солнца, яркий синеватый диск которого с Шестой планеты казался не больше медного пятака. Это мерцание снега - не что иное, как сконденсировавшиеся в условиях межпланетного холода тяжелые газы атмосферы: аммиак, метан и другие вещества.

Но вот сюда пришли метагалактиане. Неисчислимые армады космических кораблей всевозможных форм и размеров окружили намеченную планету. Полчища причудливых электронные механизмов, управляемых на расстоянии, воздвигли сотни куполообразных сооружений вокруг горных хребтов планеты. Автоматы-“рудокопы” прогрызли тысячи туннелей под скалами и горами. На приемники куполообразных сооружений была направлена вся мощь энергостанций внутренних планет. Купола загудели, зазмеились зелено-голубыми молниями.

- Генераторы антитяготения, - пояснил Петр Михайлович.

И вдруг могучие горные хребты, покачиваясь, стали медленно отрываться от поверхности планеты, словно пушинки, колеблемые дуновением ветра. Как ненужный хлам, значительная часть гор была сброшена в мировое пространство, “отбуксирована” затем к солнцу и сгорела в его огненных океанах. Оставшиеся, горные массивы были расположены так, чтобы обеспечить правильную циркуляцию ветров будущей искусственной атмосферы планеты. Те же генераторы антитяготения, работая в обращенном режиме, создали вокруг планеты искусственную атмосферу необходимого для жизни состава.

Начался новый этап “оживления” безжизненного мира. Химические установки и генераторы в продолжение десятилетий “перерабатывали” вещество замерзшей аммиачно-метановой атмосферы и горных пород в кислород, азот, углекислый газ, неон, аргон и иные составные части искусственной атмосферы. Одновременно другие группы установки синтезировали воду и создали первые обширные водоемы и целые моря. Искусственные солнца восполнили недостаток лучистой энергии от центрального светила. В необычайно короткий срок биогенераторами была выращена растительность, развитие которой чрезвычайно ускорялось ионизирующими излучениями тончайших ритмов, антитяготением и микрорастворами особых биогенных стимуляторов.

И вот спавшая миллиарды лет материя планеты ожила, задышала, забурлила соками жизни. Как только механизмы наладили атмосферную циркуляцию, процесс развития жизни на планете, поддерживаемый, однако, различными энергетическими воздействиями, вступил в естественное русло. Через полвека напряженной работы шестая планета была подготовлена для жизни общества численностью в два-три миллиарда существ.

Вскоре наше внимание, привлекла одна странность: когда Уо (таково было имя гиганта - командира метагалактиан) показывал нам волшебные картины из жизни своей далекой родины, мы заметили резкое несоответствие в росте его соотечественников и окружавших нас гигантов-астронавтов.

- Почему вы раза в полтора выше своих земляков? - спросил Петр Михайлович.

С непонятной нам грустью, следя за картинами на экранах, Уо медленно заговорил:

- Мы принадлежим к особой расе, начало которой положили наши предки - обычные жители планеты Авр, превратившиеся в покорителей безграничной Вселенной. Они посвятили себя изучению Космоса и в течение многих тысячелетий не бывали на родине.

Заметив удивление на наших лицах, он поспешил разъяснить:

- Много тысячелетий назад наши предки построили искусственную планету и отправились на ней в путешествие по Вселенной. На этой планете было все, что нужно для жизни многомиллионного общества: совершенный круговорот веществ, искусственная атмосфера, города, парки, фермы и заводы. Однако для удобства жизни искусственное поле тяготения на планете было ослаблено в несколько раз по сравнению с тяготением Авр. Поколения за поколениями жили в слабом поле тяготения, приспосабливая организм к новым условиям. И вот результат - выкристаллизовалась раса астронавтов-гигантов, которые уже не могли жить в сильном поле тяготения родной планеты без специальных приспособлений. В конце концов искусственная планета стала их второй родиной. Наши отцы уже не были на планете Авр, общаясь с родимой лишь с помощью радиотелевизионных аппаратов.

- А где же теперь ваш “корабль Космоса”? - спросил академик.

- Далеко, там. - Уо указал в сторожу плывущих на экране картин. - Планета-корабль находится сейчас в окраинных областях нашей Вселенной… Мы сдаем сейчас экзамен.

- Какой экзамен?

Вместо ответа Уо передвинул диски настройки. Крупным планом на экране появилось удивительно четкое и красочное изображение сиявшей огнями искусственной планеты, о которой рассказывал Уо. Она была выполнена в форме эллиптического параболоида. Огромные реактивные двигатели позволяли планете двигаться почти со световой скоростью.

- Сколько же нужно энергии, чтобы сообщить целой планете такую скорость? Из каких источников получают эту скорость? - бормотал Самойлов, лихорадочно включая свой неизменный магнитофон. - Это надо обязательно зависать.

Временами от планеты отделялись гигантские шаровидные корабли, подобные тому, в котором мы (находились. Пробыв несколько секунд в поле зрения, корабли исчезали в пространстве.

- Почему корабли словно тают в Космосе? - допытывался я у Петра Михайловича, но тот лишь досадливо отмахивался, внимательно слушая короткие комментарии Уо к отдельным картинам.

Перед нами возникла панорама огромного города - столицы искусственной планеты. В центре величественной площади, заполненной гигантами, на очень высокой колонне покоится голубой шар-корабль. Мы видим, как группа гигантов во главе с Уо поднимается по трапу и исчезает в люке этого корабля. Их провожают прощальными возгласами и жестами.

- Это мы уходим в Космос, - поясняет Уо, - чтобы держать экзамен на исследователя… Когда юноши на нашей планете достигают зрелости, отцы отправляют их в Космос развивать свой интеллект в бесконечном процессе познания Вселенной, а главное - для того, чтобы искать пути в другие Метагалактики. То, что вы называете Космосом, или пространством-временем, для нас является открытой книгой. Миллион лет мы изучаем материю в разнообразных ее проявлениях. Бесконечная Вселенная раскрыла нам множество новых форм существования ее. Гравитационная форма движущейся материи не является абсолютной, вечной, универсальной. В нашей части Вселенной, отделенной от вас расстоянием в двести семьдесят миллиардов световых лет, действует иная форма взаимодействия тел, чем гравитация. И наше пространство-время отличается от вашего. Время в вашей Галактике течет в десятки раз быстрее, чем в нашем мире. Мы пробыли на Гриаде шестьсот лет по вашему счету, а фактически наши организмы постарели лишь на двадцать лет. Мы избегаем надолго уходить от шара-корабля: создаваемое вокруг него поле взаимодействия обеспечивает нам наше течение времени. Уходя из этого поля, мы начинаем очень быстро стареть. Пока я встречал вас на берегу лагуны, я потерял шесть месяцев жизни. Вы сейчас тоже живете в другом времени, отставая далеко от своего.

Я слушал Уо, как завороженный. Самойлов лихорадочно писал что-то в блокноте, тут же перечеркивая написанное, непрерывно перезаряжал магнитофон, торопливо перебирал связки грианских микрофильмов с “научными истинами” познавателей. Капельки пота градом катились с его лба.

А Уо продолжал певучим голосом:

- Вы спрашиваете, почему шар-корабль, вначале ясно видимый на фоне звездной сферы, расплывается в очертаниях? Потому, что вы наблюдаете полет корабля, который движется в особом ритме. Ведь в Космосе можно “высверлить” своеобразные “туннели”, “каналы”, затрачивая на это грандиозные количества энергии в ничтожно малые промежутки времени. Войдя в такой “туннель”, а точнее - в узкую зону перестроенного пространства - времени, космический корабль начинает движение со световой скоростью по кратчайшим путям Вселенной. Но в обычном состоянии материи движение со скоростью света невозможно. Величайшим достижением кашей науки является умение перестраивать электронную структуру вещества. Расстояние между нашими Вселенными - двести семьдесят миллиардов световых лет - наш корабль покрыл за двадцать ваших лет только благодаря электронно-мезонной форме движения.

Экраны рассказали нам всю историю путешествия экипажа, возглавляемого Уо.