Александр Колпакиди – Как Николай II погубил империю? (страница 9)
Детализация тоже любопытна. Особенно пассаж, что противнику выгодна «абсолютизация негативных аспектов и сопоставления их с современной Россией в негативном ключе». В переводе с умного языка на русский это означает: если вы говорите, что в Российской империи жить было плохо, тем самым льете воду на мельницу вражеской пропаганды. Такие передергивания не то что в реальной истории штабелями громоздятся – они уже афоризмами стали. Если не хотите брать журнал – значит, не сочувствуете детям Германии?
Кстати, если говорить о монархическом спектре, то взгляды автора левее левых. Он даже признает (о ужас! Монархисты трясут головами и мелко крестятся), что это не большевики виновны в развале России, что до них подсуетились другие, и были эти другие из самых что ни на есть российских верхов. В книге о. Тихона центр тяжести перенесен с Октябрьской на Февральскую революцию, что уже само по себе приятно. Признание церковного деятеля такого уровня, что это не большевики скинули царя и угробили империю, есть крупный шаг вперед по сравнению с тем, что говорилось в церковных кругах раньше. Впрочем, сейчас, на нынешнем уровне знания истории, обвинять большевиков в крушении России как-то уже и неприлично. До них было кому постараться.
Но это не значит, что с озвученной о. Тихоном версией можно согласиться. Поскольку он не отвечает на самый главный вопрос: почему все-таки погибло великое и прекрасное государство под названием «Российская империя»?
Как пишутся исторические труды? Человек досконально изучает какой-либо частный вопрос, а потом встраивает его в общую картину времени. Которую он не изучает – ни критически, ни просто так, а проходит в рамках университетского курса или берет из спектра общепринятых вариантов. А зачем изучать – это же общая часть, по сути, предисловие, на раскрытие темы никак не влияющее. Ну каким образом на труд об особенностях семеноводства конца 20‑х годов влияет, какая в то время была оппозиция Сталину? Тут ведь важна не политика, а урожайность новых сортов зерновых, правда?
Но когда речь идет о причинах гибели державы, такой вариант не прокатывает категорически. Потому что общая картина – не предисловие, а фундамент событий. На чем было построено здание под названием «Российская империя» – на камне или на песке? А может быть, на камне, но оказалось слишком тяжелым для своего фундамента? Или его подмыла вода, подточили жуки-древоточцы? А может, и стены сгнили?
В качестве общего фона о. Тихон взял эмигрантско-монархическую картинку под общим названием «Как упоительны в России вечера». Изображать Российскую империю процветающей державой начала еще русская эмиграция. Для них, представителей верхушки общества, страна, в которой они очень неплохо жили, и вправду была «потерянным раем». Вспомним хотя бы «Лето Господне» Ивана Шмелева – воспоминания сына московского купца о сытом и радостном детстве. А для работников его папеньки жизнь была так же светла? А для бедной вдовы с ребенком, приходившей за подаянием?
Сын купца об этом не задумывался. Мог бы задуматься взрослый писатель, но у него все затмевала ненависть. Его сын, врангелевский офицер, был расстрелян в Крыму, сам писатель оказался в эмиграции. Кстати, относился к той части русской эмиграции, которая приветствовала Гитлера, и еще как! Наступление немцев под Москвой он сравнивал со вступлением Сергия Радонежского в свою обитель. Интересно, переменил ли он мнение, когда узнал, что творили немцы на нашей земле?
Но мы отвлеклись. Многие, слишком многие представители высшего общества и просто общества восприняли Февральскую революцию восторженно. Однако вместо приличных демократических преобразований в стране началось такое, что вся верхушка, или, как нынче модно говорить, «элита», оказалась кто в Париже, кто в Берлине. И полетел над миром «плач Ярославны» по загубленной империи. Раз большевики разорили их, хозяев русской жизни, значит, они разорили и Россию, чего тут непонятного? Ведь они – лучшие люди державы, а значит, они и есть Россия.
Где-то мы уже такое слышали, причем совсем недавно. «Это Россия уехала от вас, м… Потому что Россия – они, а не вы». История повторилась еще раз, в виде фарса. Действительно, куда уж стране выжить без раскрученных комедиантов! Но она, как оказалась, вполне способна прожить и без дворян с купцами. Как такое можно признать?
А поскольку успехи Советского Союза настолько очевидны, что отрицать их не получается, что остается? Доказать, что империя была процветающей державой и добилась бы того же самого без всяких революций, причем с намного меньшими издержками.
Метод, кстати, был избран совершенно социалистический – жонглирование показателями. Доказать-то можно все, что угодно, если умело обращаться с цифрами – что люди ходят на руках и люди ходят на боках, особенно если априори объявить всех несогласных вражескими агентами.
Что же произошло такого, что империя вдруг обрушилась – причем одномоментно, за несколько дней и по всей стране? Что, русские мужики вдруг все хором возжелали конституционной монархии? Решив развести Николая с Александрой Федоровной и женив его на принцессе Конституции1? Им-то чего спокойно не сиделось, не пахалось, не воевалось?
Если прочитать первые главы «Гибели империи», сие совершенно непонятно. Просто помрачение какое-то нашло. О. Тихон приводит цитату горячо любимого русскими монархистами писателя Владимира Солоухина, с которым явно солидарен.
Дальше речь пойдет о так называемом «передовом прогрессивном обществе» (это оно гнило), на которое многие эмигранты, так ничего и не поняв, постарались взвалить вину за гибель империи. Ну, а что можно понять, глядя на мир из окна столичной барской квартиры?
Проще говоря, задачка имеет два ответа. Первый: все цвело, но русский народ внезапно кинулся разрушать собственное государство. Почему?
Александра Федоровна, жена последнего императора, честно ответила на этот вопрос. В 1905 году она изронила в письме золотое слово: «
Ни один монархист тоже ничего внятного, кроме неких злокозненных революционеров, пляшущих под дудку внешних врагов и смущающих народ, не придумал.
Второй вариант – не ответ, а, скорее, нуждающийся в проверке вопрос: а точно ли все цвело?
Цифра что дышло
В чем заключаются основы сказок о золотой «России, которую мы потеряли»? В попытках доказать, что если бы не революция, то Россия бы – о-о-о! Империя была экономически развитой державой, которую революционеры сперва разорили, а потом снова индустриализировали. А если бы не разорили, так и большевистская индустриализация была бы не нужна, и результаты выше.
О. Тихон Шевкунов.
Темпы роста – вообще интересный показатель. Приведем простой пример, доступный ученику начальных классов. Допустим, есть две страны. В первой имеется один металлургический завод, во второй – десять. Каждая из них построила еще по одному. В первом случае мы получили рост в 100 процентов, во втором – в десять процентов. Какая страна имеет лучшие перспективы – та, в которой два завода, или та, в которой одиннадцать? Правильный ответ: та, в которой два, ведь у нее темпы роста выше.
А это точно так?
Экономика, конечно, росла – было бы уже совсем странно, если бы она оставалась на том же уровне при общемировом росте, но царь-то здесь при чем? Какое отношение он имеет к промышленному росту в стране, где существует свобода предпринимательства? Кому надо было, те и двигали экономику, и кто были эти люди – надо еще разбираться, как и надо разбираться в том, кто что с этой индустриализации получал и что с нее имела держава.
Существует и еще один показатель, непонятно как исчисляемый, но считающийся надёжным – валовой внутренний продукт, он же ВВП.
О. Тихон Шевкунов.
Все очень мило, но, согласитесь, несколько странно сравнивать страну с населением в 40 млн человек, какой была Франция, и Россию, в которой проживало вчетверо больше людей. В таких случаях используются показатели на душу населения. И вот тут все гораздо более грустно.