Александр Кочетков – Испытание (страница 22)
Меня уже заждались мои заготовки под веретено. Саму прялку: доску с шипами на одном из торцов сделать оказалось несложно, с веретёнами возникла закономерная проблема. Они должны быть хорошо отцентрированными по оси вращения. Будь у меня токарный станок — никаких проблем, даже сверлильный подойдёт, если извернуться и на нём можно. Но чего нет — того нет! Подходящие прямые ветки без сучков у меня были. Поверхностную обработку: ошкуривание, выравнивание сильных неровностей, сделать было несложно. Выточить расширяющуюся к основанию форму сложнее. Я долго ломал голову, как придать заготовке цилиндрическую форму. Так ничего и не придумав, отправился погулять по слободе, может кто присоветует что-нибудь. Идти к деду Риору — местному мастеру по дереву не хотелось, он с прошлого раза не отошёл ещё от моих поделок. Не хватало ещё угробить старика! Блуждая по улицам, я все отчётливее понимал, как мне повезло, что в Слободе меня приняли. Без поддержки я бы давно уже забил бы на все, а так ещё барахтаюсь, даже с пользой для себя. У очередного дома я услышал резкие хлопки. Звук был незнаком и я, закономерно, пошёл посмотреть, чего это там так хлопает? Ответ нашёлся быстро в лице коренастого, высоченного мужчины, стреляющего из монструозного ростового лука. Этакий богатырь: широкая грудь, руки как мои бедра, узкая талия, длинные по плечи русые волосы, прихваченные кожаной тесёмкой; сосредоточенный взгляд льдисто-голубых глаз на красивом, волевом лице — цеплял. Сразу было видно — суровый мужик!
Привычно кинув
Имя:???
Уровень:???
Здоровье:???
Статус:???
Впервые такое, обычно распознавание не срабатывает, если цель слишком высокоуровневая, но 46 алхимика оно просветило без проблем, а тут…
Щёлк! Звонко хлопнула по перчатке тетива. Пожалуй, такая и палец отрезать может — усилие там бешенное.
Щёлк! Очередная стрела полетела в мишень. Попробовал распознавание ещё раз.
— Ну и кто это у нас такой любопытный?! — я не заметил, как мужчина переместился вплотную ко мне, — тебе никто не говорил, что некультурно кидаться распознаваниями направо и налево?
— Прошу прощения! Машинально вышло! — начал оправдываться я, подавив дрожь, вызванную неожиданным появлением.
— Случайно или нет, — некультурно это! — наставительно произнёс он, — и что же тебя привело в мой скромный двор?
— Стреляли! — Крикнул Абдула! Ну что за бред в голову лезет, а? — На звуки хлопков пришёл.
— Интересуешься стрельбой? Дело хорошее, — одобрительно покивал он.
— Леброн! — представился мужчина, протягивая руку, для местного аналога рукопожатия. Боязно в его тиски руку совать… но надо. Протягиваю свою, пожали друг другу предплечья, как на земле в средние века, — библиотекарь я местный!
Ага, а я балерина! С такими габаритами, в библиотеку каменных скрижалей нужно идти. По счастью, книги тут вполне привычного вида: твёрдая обложка да пергамент. Стоило присмотреться на месте, где раньше были знаки вопроса появилось имя.
— Михаил — странник! Учусь у местных мастеров уму разуму, — представился я.
— Знаю! Чай не в глухом лесу живу. О тебе молва ходит, что ты "благословлённый"? — он вопросительно приподнял бровь,
— Да, Осар Бог Ремёсел — осчастливил! — как можно более ровно произнёс я, теперь вот не знаю куда счастье девать!
— Правда, значит! — мужчина широко улыбнулся, — пойдём, — ухватил меня за плечо, — расскажешь, что да как.
Вырваться из крепкой хватки Леброна оказалось непросто, он оказался дотошным слушателем и усердно скрипел пером записывая интересующую его информацию. Благо рассказать я мог не так много, по причине банального незнания. За разговорами едва не забыл зачем, вообще, пошёл гулять. Уже уходя, заметил у двери, колчан с длинными стрелами.
— Леброн, стрелы сам делаешь? — обратился я к хозяину дома.
Тот ответил не сразу увлечённый копошением в куче свитков и книг.
— Самому приходится! Рост у меня немаленький и лук соответствующий! Под такой лук стрел мастера не делают, спроса нет, — недовольным тоном ответил он.
— А как ты их такими ровными делаешь? — зацепился я, за промелькнувшую мысль.
— Тебе почто? Силёнок маловато — ростовой лук натянуть!
— Мне не стрелы, мне способ как круглую, ровную палочку сделать нужен, — я даже показал руками какую, — веретено для прялки.
— Вот ты, о чём, — улыбнулся кончиками губ Леброн, — пойдем, покажу.
Выйдя во двор, мужчина споро направился к стоящему в глубине двора сараю. Широко раскрыв двустворчатые двери, он махнул мне рукой.
— Вот мой механизм! — с толикой гордости произнес он, — такого большого ни у кого нет!
— На мельницу похоже, — ляпнул я, рассмотрев механизм.
Но хозяин, видимо, не обиделся такому сравнению.
— Принцип тот же, только зазор выставляешь под диаметр стрелы, жернова двигаются и стачивают лишнее, — мужчина похлопал по конструкции, — ох и намучился я с калибровкой!
Диаметр, калибровка — продвинутое средневековье? Странно звучат эти слова из уст этакого былинного богатыря. Расценив моё молчание, как приглашение продолжать. Он углубился в подробности постройки машины. Вывалив целый ворох информации, напоследок предложил забрать ненужные ему камни. Лопнувшие в процессе транспортировки, может, подберу себе подходящие.
Результатом моего похода стали два плоских, будто и неприродных камня. Распознавание сути выдало: диабаз — высокая прочность. Он был среднезернистым, с выраженной структурой — идеальный грубый камень. Дальше проще между пластинами кладётся заготовка, пластины начинают двигаться относительно друг друга, постепенно выравнивая заготовку. Сложно было заставить заготовку вращаться для цилиндровки, но мне это удалось. Спустя час с небольшим, у меня в руках была ровная цилиндрическая палка тридцати сантиметров в длину и двух сантиметров в диаметре. Теперь предстояло сточить её на конус, для утяжеления одного из концов. Мучиться пришлось долго, верхняя плита все норовила ускользнуть, портя заготовку. Сточив под углом большую часть длинны, принялся делать юлу — нижнюю часть на которой вращается веретено. Потом маленьким округлым осколком вытачивал чашку, в которой оно будет вращаться. Венцом моих мучений стало сообщение:
Класс: механизм
Материал: мягкое дерево
Износ деталей: 70/70
Прочность: 133/133
Вес: 32
Интересно каким боком прялка — механизм. Не то чтобы я был против, просто, странно. В ней нет подвижных деталей: доска прялки, на которую сверху кладут кудель, два веретена, одно про запас, и чашка для него. Где тут механизация? Ладно! Не стоит забивать голову подробными вывертами системы, хватает и того что она надо мной стебется.
Отобедав у Эабора, я направился к белошвейкам, пора начинать учиться прясть. Так как делала бабушка на весу, у меня вряд ли получится для это нужно очень много практики. Я выбрал более простой вариант, когда веретено одним концом упирают в чашку и крутят. Аглая встретила меня с распростёртыми объятьями. В мастерской было, как всегда светло, пахло травами, которыми перекладывали шерсть от моли. Во всём здесь чувствовался женский дух и уют. Никого кроме Аглаи я не встретил, странно рабочий день ещё не кончился…
— Ну наконец-то, кудель сохнет — прясть пора, — вместо приветствия начала она, — а тебя все нет и нет!
— Аглая, побойся богов! Вчера у тебя был и причину объяснил! — взмолился я.
— Мне-то объяснил, кудели — всё равно.
— Сегодня же начну! — пришлось пообещать, не отстанет ведь.
— Рано ещё, нужно тебе снова вычесать тресту — она огорчённо покачала головой, — плохие у тебя чесалки, больно уже редкие.
Горестно вздохнув, кивнул, раз мастерица говорит надо — мы говорим есть! И вновь я чешу роксо, разного мусора действительно много, тут бы идеально подошла чесалка для собак — металлическая, у мастериц я видел похожие. Либо крепкий гребень с частым зубом. Нечего облизываться! Вместо 209-ти единиц, полученных ранее, осталось — 192, остальное ушло в мусор. Но всё равно гора кудели впечатляла. И ведь эту гору придётся превратить в нити…
Вернувшись в мастерскую, нос к носу столкнулся с Ксаной.
— Ой! Привет! — радостно воскликнула она, — ты не представляешь, как девчонкам понравилась история! — от неё, так и веяло радостью и довольством, — вечером буду ещё раз рассказывать.
— Ты с первого раза все запомнила? — удивлённо смотрю на неё.
— Да, — девушка радостно кивнула, — на память никогда не жаловалась!
— А где все? — решил сменить тему, пока меня не раскрутили на ещё одну историю.
— В поле, роксо заготавливают, а меня тебя учить прислали, — Ксана буквально лучилась самодовольством. У меня из подмастерий лучше всех получается с грязной куделью работать. Пошли покажу, — она бесцеремонно схватила меня за руку и потащила вглубь мастерской.
Удивительно, но прялка была подписана. На потемневшей от времени доске виднелась стилизованная вырезанная надпись — Ксана.
— Какая старая прялка! — я с интересом рассматривал украшающую её резьбу.
— Моя… с восьми лет на ней работаю, — девушка с любовью погладила прялку, — вместе со мной росла!