Александр Князев – Нулевая смена (страница 2)
Город был почти идеален.
Он сам ремонтировал дороги. Сам распределял еду. Сам регулировал тепло в домах. Сам следил за здоровьем жителей. Сам убирал мусор. Сам строил новые кварталы. Сам закрывал задачи быстрее, чем человек успевал заметить, что они вообще были открыты.
Люди называли это свободой.
Илья называл это корректной работой системы.
На карте всё выглядело спокойно.
Зелёные линии означали завершённые задачи. Голубые — активные процессы. Жёлтые — ожидание подтверждения. Красные — сбой.
Красных почти не бывало.
Роботы давно перестали ломаться так, как ломались старые машины. Если транспортная капсула теряла маршрут, её принимал резервный контур. Если сервисный дрон сбивался с курса, ближайший логистический бот перехватывал груз. Если домашний помощник не мог выполнить команду, система передавала задачу другому исполнителю.
Машины не спорили с ошибками.
Они их закрывали.
Илья увеличил северный сектор.
Перед ним открылся лог доставки.
Он просмотрел команды за последние семнадцать минут.
Потом ещё раз.
Потом вывел последовательность на боковой экран.
— Что за ерунда, — тихо сказал он.
Слева повернулась Лена Артамонова, ночной аналитик Центра. Перед ней висели три прозрачных слоя данных: городской транспорт, медицинский контур и пользовательские подтверждения. Маленький офисный бот как раз поставил рядом с её рукой чашку синтетического кофе, но Лена даже не посмотрела на него.
— Технический сбой?
— Нет.
— Робот?
— Нет.
— Кухонный узел?
— Нет.
Илья пролистал команды ниже.
— Человек.
Лена усмехнулась, но без веселья.
— Самая старая неисправность в любой системе.
Илья не ответил.
Он не любил красивые фразы. В Центре распределения задач слова должны были помогать чинить, а не украшать проблему.
Он открыл профиль квартиры.
Мужчина. Сорок два года. Физическое здоровье в норме. Обязательная трудовая нагрузка — ноль часов. Добровольная занятость — два часа в неделю. Сон нестабильный. Открытые личные процессы — сто восемнадцать. Незавершённые образовательные модули — двадцать шесть. Отложенные решения — девяносто четыре. Семейные диалоги без закрытия — семь.
Илья нахмурился.
— Почему доставка получила критический уровень?
Лена быстро набрала запрос.
— Сейчас посмотрю.
На её экране вспыхнула ещё одна красная точка.
Потом вторая.
Потом третья.
На карте северного сектора рядом с квартирой 1142 начали появляться новые отметки.
Сначала их было двенадцать.
Потом тридцать.
Потом сто двадцать.
Илья выпрямился.
— Масштабируй район.
Лена вывела на главный экран весь сектор.
Красные точки проступали одна за другой, будто под кожей города начиналось воспаление.
Доставка. Медицинская консультация. Учебный модуль. Семейный диалог. Запрос на смену маршрута. Заявка на бытовой ремонт. Выбор личного плана развития. Отмена выбора. Возврат к отменённому выбору. Запрос напоминания. Отмена напоминания. Повторный запрос напоминания.
Под красным слоем продолжал работать обычный город.
Дроны доставляли завтраки. Роботы мыли стеклянные остановки. Автономные автобусы шли по расписанию. Медицинские капсулы везли пациентов без пробок. Строительные пауки меняли солнечные панели на крышах. Сортировочные боты распределяли отходы по перерабатывающим линиям.
Всё, что делали машины, завершалось.
Всё, что зависело от человека, начинало виснуть.
Илья поднялся.
— Сколько открытых процессов в секторе?
Лена уже считала.
— Двести сорок.
Она замолчала на секунду.
— Нет. Четыреста девяносто.
Ещё секунда.
— Тысяча сто.
На нижнем уровне зала кто-то громко выругался.
Илья посмотрел вниз.
Операторы начали подниматься со своих мест. Над их столами вспыхивали одинаковые предупреждения. Сервисные дроны под потолком остановились в ожидании аварийного режима. Один ремонтный бот замер у открытой панели, не завершив замену блока: Центр впервые за ночь сам стал частью тревоги.
ОТКРЫТЫЙ ПРОЦЕСС ОТКРЫТЫЙ ПРОЦЕСС ОТКРЫТЫЙ ПРОЦЕСС
Система не сообщала о поломке.
Не было аварии энергосети. Не было пожара. Не было сбоя транспорта. Не было отказа медицинских роботов. Не было ошибки в центральном ядре.